Зверь 3 (СИ)

Я проводил её взглядом, который особенно задержал на пятой точке. Что же, будем надеяться, что мне никуда встревать не придется, чтобы провести ещё одну ночку в кафе, а на утро объявить себя помещиком Эдгартом Южским, властелином этих земель. Тогда Тисвиса точно челюсть на пол уронит. А глаза недавних морфов вылезут из орбит.
Когда Тисвиса отошла на приличное расстояние, то я набрал номер императора. Его недовольный голос послышался после четвертого гудка:
— Чего тебе?
— И я безумно рад тебя слышать, Всемилостивейший государь, — хмыкнул я в ответ. — Ладно, не буду распинаться. Спрошу только — ты зачем моих слуг забираешь?
— Чего-о-о? Не проспался с дороги, что ли? О чем ты болтаешь, ведьмак? Каких слуг? — раздраженно бросил император.
— Да вот, стою тут перед твоей дверью в Сумеречный Мир. На верхушке ворон горластый недавно угомонился. Это же твой ворон? Ты же им владеешь? Мелкого орчонка зачем хочешь забрать?
Возникла пауза. Похоже, что император переваривал сейчас сказанное мною. Или подбирал слова, чтобы не материться.
— Ведьмак! Ты болтаешь ерунду! Мне больше дел нет, как в Сумеречный Мир двери открывать. Это злое место. Темный мир, жестокий. Туда вход давно уже запечатан. Ты о чем вообще? Какой ворон?
Судя по голосу, император и в самом деле был в недоумении.
— Да вот, стою как раз перед такими воротами. На них сверху ворон выбит. По краям лоза какая-то с завитушками. Да чего ты мне рассказываешь? Уже не первый день такая дверь появляется! Её и раньше люди видели.
— На Тамбовской земле? На вотчине Кощея? — приторным голосом спросил император. — Да там хоть мор прошел — и то я узнал бы в самую последнюю очередь. Мне этот самый… князь Старицкий ни о чем таком не докладывал. А без доклада… Люди всякое болтают.
— Так значит, это не твой ворон? — спросил я. — Может, какой двойник? Ну не так много болтающих воронов по свету носится.
— Их всего два было, — глухо ответил император после паузы. — Достались нам с братом в наследство от отца. А тому от его отца. И мой ворон достался бы Елене, когда я освободил престол. И следы возникновения воронов идут вглубь веков. И когда мой брат пропал без вести на охоте, то и ворон с ним вместе сгинул. А тут… Может ты ошибся, ведьмак? Может всё не так плохо?
В моей голове щелкнуло. Нитки сплелись воедино, и я спросил:
— Так значит, если ты помрешь, то ворон достанется твоей дочери?
— Да, а что?
— А то, что похоже, я нашел след, ведущий к Елене. Мне вот только надо немного покопаться тут… Ты это… Если что прикроешь меня на учебе? Не хочется, чтобы меня отчислили раньше времени.
— А тебе вообще эта учеба нужна?
— Конечно, я же собираюсь дальше дворянином быть. А нам, дворянам, без учебы вообще никак. Не комильфо на балах безумные пляски устраивать, если высшее образование не получу. Так что прикрывай, а я…
— Эдгарт, тебе чего? — раздался издалека голос Чопли. — Я только-только договорилась о жареном кабанчике и фазане в жимолости, а ты меня дергаешь…
— Ладно, потом договорим, Всемилостивейший, — буркнул я в телефон и отключился.
Если всё так, как я понимаю, то эти двери появились вовсе неспроста. Совершенно точно готовится очень большой шухер и совершенно точно этот шухер затронет всех на Земле. И конечно же, он может потрогать и вашего незабвенного друга — меня. И потрогает вовсе не так нежно, как меня нынче ночью трогала Тисвиса.
— Чопля, у меня к тебе есть одно предложение, от которого ты не сможешь отказаться, — улыбнулся я.
Чопля словно почуяла неладное и затормозила свой полет. Она перевела взгляд с меня на дверь и нахмурилась:
— Что это такое?
— А это мы и должны с тобой исследовать. Смотри, вот тут вот маленькая пикси выбита. Она тебе случаем не знакома? Вроде бы даже с домовым целуется, — показал я на еле видимый бугорок, прикрытый травой.
— Где? Да где? На, держи! — Чопля подлетела ближе и протянула мне кожаную сумку с ведьмачьими принадлежности.
— Да вот, — я перехватил ремень покрепче, так, чтобы он обвил небольшое запястье пикси. — Вот, смотри.
 
После этого я второй рукой коснулся холодной поверхности двери. Мне почему-то сразу же вспомнилась стена коридора под собором Петра и Павла — там был точно такой же пронизывающий холод.
— Чо пля?!! — раздался протестующий возглас пикси.
В следующий миг перед глазами вспыхнул яркий зеленый свет.
  
Глава 5
 
Как только свет потух, слезы перестали литься из глаз, а в ноги ударила твердая земля, я смог вздохнуть свободно. Ну да, целую вечность, пока мы мчались сквозь пространство и время, окруженные мириадами звезд и мегатоннами матерных выражений Чопли, я не дышал.
Чтобы лучше понять наше состояние, нужно залезть на самое высокое здание в мире (желательно вечером, чтобы огни в окнах зажглись), а потом сигануть вниз. Без парашюта. Даже без зонтика. С одним лютым желанием выжить! Мимо будут проноситься окна, огни и отблески далеких звезд, а вы будете находиться в свободном падении.
Вот только даже с самого высокого здания падение продлится секунд тридцать, а тут… мы мчались вечность!
Вселенные за это время успели родиться, наслушаться воплей Чопли и благополучно взорваться. А мы всё летели и летели…
—… И твой предок по материнской линии в семнадцатом колене сожительствовал с ослом! — на автомате закончила своё яркое выступление Чопля.
— Ну вот и приехали, — выдохнул я. — Теперь мы тут будем жить, плодиться и размножаться…
Пикси живо оглянулась по сторонам и заголосила пуще прежнего:
— Куда ты меня затащил, проклятая бабарка с хвоста грязного осла, с которым сожительствовал твой ранее упомянутый шизанутый предок? Вези меня обратно! Я жить тут не согласна! Да тут вообще никто жить не сможет! Бли-и-ин, ведь не для того маманя ягодку растила-а-а-а! Сгинет тут бедная Чопля, вот ни за хрен собачий сгинет! Ой, тьфу-тьфу-тьфу…
Налетевший порыв морозного ветра радостно зашвырнул в открытый рот пикси скомканный снежок. От подобного подарка она закашлялась и начала отплевываться. Это подарило мне несколько секунд тишины, чтобы успеть осмотреться и порадоваться нашему новому месту пребывания.
Хотя, радоваться особо было нечему. Мы находились на скалистой площадке, сплошь закутанной в снег. Позади нас каменная стена уходящей вверх горы. Ни следа от того прохода, который нас выплюнул в это место.
В трех шагах обрыв, за которым открывается живописный вид на заснеженную тайгу. Горные пики высовывались грязно-белыми резцами из бескрайней простыни леса. Эти пики устремлялись вдаль, к зарождающемуся рассвету. Вид прекрасный, если бы не ледяной ветер, то я даже бы полюбовался им ещё с полминуты. А так… Боюсь, что через полминуты мои бубенчики начнут позвякивать.
И тогда я стану уникумом, а вовсе не мудозвоном!
Позади скала, впереди обрыв. В компании с жалобно стенающей пикси… Ну, о чем ещё можно желать молодому ведьмаку, который толком даже не стал помещиком? А ведь я даже подумывал о том, чтобы в своих деревнях закинуть мысль о праве «первой ночи». Тихонечко закинуть, чтобы меня на вилы сходу не подняли.
А вот если сейчас всё отморожу напрочь, то ни «первая ночь», ни «вторая», ни все последующие мне уже не понадобятся.
Что же, жалеть себя или любоваться ледяными просторами Сумеречного Мира можно долго, пока кровь не заиндевеет, но… Но жизнь дороже, поэтому пришла пора искать выход из сложившейся ситуации.
Я ещё раз огляделся по сторонам и заметил тонкую белую дорожку, уходящую под скалу. Даже дорожкой это назвать сложно, скорее похоже на карниз старинного дома. Шириной не больше ступни, как раз только-только, чтобы протиснуться боком, скользя ноздрями по камням.
— Чопля, хорош выть, а то все волки сбегутся ради знакомства. Я выход нашел. Дергаем отсюда? Или ты хочешь остаться?
— Я? Я? Да ты вообще… — задохнулась Чопля. — Я тебе доверилась, а ты… Зачем? Ну заче-е-ем? Я же только договорилась с домовыми… Только мосты навела и вообще… А ты…