Замуж за демона? Да легко! (СИ)

Внезапно Кхан щелкнул пальцами и в одно мгновение руки Соэра покрылись странными белыми символами в области запястий. Демон рыкнул, тут же сморщился и из его пальцев выскочила какая-то монетка — серебренная, с гравировкой в виде пера ворона и…
И какая-то уж больно знакомая она была…
В голове возник странный образ… Подвал в доме… Но ведь… но ведь квартира же была… Тогда откуда взялся дом? Отец сидит, что-то пишет и… Он перебрасывал между пальцев монетку…
Картины перед глазами мелькали будто в замедленной съемке. Без звуков и ярких красок, лишь с шумом дыхания и легким дуновением ветра, летящим низко по самому полу. Я шла босиком, кралась на самых цыпочках и видела, как отец с большой усталостью в глазах сидел за своим большим столом и растирал переносицу — большие очки с крупными стеклами давили на кожу, поэтому у него всегда оставался этот странный след в виде толстой полоски.
Заваленный бумагами, он смотрел в пергамент или… Нет, какой может быть пергамент? Там была бумага… да, точно! Листы бумаги и чертежи рабочие, ему часто приносили их на исправления и корректировку…
Пока Соэр приходил в себя и тихо рычал от боли, осознав, что обманный маневр с провокацией не сработал, я медленно ехала вперед, верхом на Волке. Иногда мне казалось, что я падаю, но дэймон удерживал, вовремя меняя положение тела.
— Анна, — голос Морока заставил вздрогнуть, но я так и не смогла вырваться из плена воспоминаний, — Анна…
Подвал… Но почему стол в подвале? Разве он там стоял? И почему вместо лампы свеча на столе? А хотя нет, лампа под пото… стойте… Разве там была лампа?
Монетка на столе… гравировка в виде вороньего пера… Я тяну к ней свои маленькие ручки думая, что отец не видит, а потом…
— Анна! Не трогай это! — голос отца обеспокоенный. Он тут же убирает монетку в сторону.
— Но почему?
— Потому что это что-то странное!
— Но почему?
— Потому что это принес мне странный незнакомый мужчина. Говорил какую-то ерунду, явно бредил… И вот что это за монетка? 
В голосе ложь… И страх… Отец не понимал, что происходит, боялся чего-то очень сильно, но что же случилось? Кто отдал ему эту монету? И самое главное — для чего и как? Кто-то из этого мира смог пробраться в мой? Может существо, проникшее к нам в семью и есть тот, кто просит что-то вспомнить? Ничего не помню.
— АННА! — на сей раз из воспоминаний меня выдернул Свэн. Полоснув кончиками когтей по поверхности кожи на моем плече, он через боль заставил меня вернуться в реальность, — в чем дело?
— А что это за странная монетка? — голос все же подвел, немного дрогнул. Я сделала вид, что сильно хочу пить, принимая флягу из рук Кхана.
— Разрушитель оков, — хмыкнул Морок, — редкая штука. В свое время эти монетки были очень полезны. Стоило попасть в плен, дождаться подходящего момента, активировать встроенное заклинание и вуаля! Ты уже на свободе, твои руки развязаны, ножки свободны, вот только хитрый демон не учел, что мы тут все умные собрались! Как будто я не знал, что эта дрянь все еще существует среди демонов твоего отряда! Ты же сам хвастался, Соэр!
— Это было десять лет назад! Кто же знал, что ты такой злопамятный! — рыкнул тот в ответ, пытаясь растереть распухшие прямо на глазах запястья, — скотина…
— Еще какая! — рассмеялась Лита, с большим удовольствием играя монеткой в ладони, — мы тут все просто отменные сволочи, гады и вообще не порядочные твари. Особенно жена Кхана! Явилась непонятно откуда, все планы вам испортила, замуж за твоего брата вышла, а Рианна теперь небось в предателях ходит, да? Кстати, как она?
— Не понимаю, о чем ты…
Судя по тому, как побледнел Соэр, он прекрасно понимал, на что намекала Лита. Нимфа при этом лишь гадко ухмыльнулась, словно испытывала чувство триумфа, но я не понимала его причины.
— Скорее всего Рианна мертва, — тихо заметил Волк, в очередной раз поясняя мне понятные вещи, — она вызвала тебя в этот мир и в итоге планы Зарльцхейна оказались под большой угрозой. Ее отец такого не прощает.
 
— Тогда смысл ее из плена доставать?
— Вот в этом и есть вопрос — она либо для чего-то нужна, либо он просто хотел убить ее сам. Этот человек гнилой и мерзкий, и любит истязать людей и демонов. Да он вообще все живое мучает… Рианне не повезло с отцом.
И это еще мягко сказано. Но если подумать, в нашу первую встречу они ругались, разве может кто-то противостоять правителю Левкар и разговаривать с ним в таком тоне, с учетом репутации и жажды убийства? Надеюсь, что Рианна выжила, есть у меня к ней пара вопросов относительно злополучной книги!
Тем временем Соэру стало заметно лучше. Демон тяжело вздыхал, на каждом привале вел себя тихо и злобно смотрел на Кхана, вот только мне все это казалось каким-то… Ребячеством? Нет, это слово не подходит… Словно подросток обиделся на родителей, решил бунтовать и влез в такую яму с какахами, из которой и самостоятельно уже не выбраться и помощи попросить стыдно, да и сидеть в ней тоже отвратительно. Вот и Соэр сейчас смотрит на брата как на врага, рыпается, огрызается, но со стороны это все кажется больше мольбой о помощи. Я могу ошибаться, но если бы демон хотел убить своего брата, неужели не смог бы? Учитывая тот факт, что он вхож в его дом? Интересно, насколько Соэр младше Кхана?
— Намного младше, — печально ответил Волк, произнеся эти слова вслух. Все тут же обернулись на нас, но дэймон будто бы и не заметил столь маленькой оплошности, — этот идиот еще совсем ребенок. Запутался, накосячил, как говорят в твоем городе, испугался. И вроде брат по крови, да прекрасно знает, что из-за него у Кхана с братьями горе было. Им без родителей очень тяжело пришлось, а этот жил себе спокойно, титьку мамкину посасывал, потом еще и издевался над ними. Каен Кхана вечно останавливал, этот же чуть что, сразу себе руки резал, орал, что уничтожит всех к кузькиной бабушке, кровью своей плескался на всех… И глаза такие прям бешеные… огромные…То еще зрелище, я тогда чуть сам копыта не отбросил! Только представь… Сижу, никого не трогаю. Коула жду, как приказано. А этот гаденыш по коридору несется, весь в красном, лицо в крови, из носа эта дрянь тоже течет, слуги от него шарахаются, чуть ли не на люстры запрыгивают, а я ж приказу подчиняюсь — сказал мне Коул сидеть, я и сижу… Да и бежать было некуда…
— Да, я помню, — рассмеялся Кхан, понимая, что Волк специально заговорил вслух. Понять бы, почему, — в тот день я с кухни варенье украл. Оно по цвету красным было, словно кровь… ты тогда сам чуть на люстру не запрыгнул, а я всего лишь за твоей спиной спрятаться хотел.
— Ага… Хотел он… чудовище… Я ж после этого три дня в себя приходил! Икал как не в себя! И вот надо было красть банку ради этого идиота? Соэр тогда выговор получил от отца, а тебя на три дня в темноте заперли… Все же какая ж ты скотина, Соэр.
— А помните, как этот рогатый в купальни прокрался, когда я мылась? — мечтательно вспомнила Лита, мгновенно вгоняя всех в краску. На Соэра стало страшно смотреть — он покраснел от кончиков пяток до кончиков ушей, — вот только встретил там не меня, а Свэна...
— О да, я ему всю спину расцарапал, — хмыкнул оборотень, — надо же было парня реабилитировать! А то не так бы поняли — вроде пробраться пробрался, а ничего в итоге не обломилось, да?
Все дружно загоготали, я вообще не понимала, что происходит, потому что как оказалось прошлое у них у всех довольно яркое, и самое главное — сплоченное. Но разве они так давно знакомы? Неужели действительно друг друга с раннего детства знают? И кстати да, сколько Кхану лет?
— Ты смотри, Кхан, — смеялась нимфа, привязывая коня к поваленному дереву, — твою жену сейчас разорвет на тысячи маленьких рогатиков. Ее любопытство не знает границ!
— Конечно не знает! — тут же подтвердила я, — я думала, что вы уже в отряде познакомились все, а оказалось, что нет…
— Я тут самая… давняя, — прошептала нимфа, но Cвэн мгновенно сдал свою подругу с потрохами.