Агенты Разума (ЛП)

С финальным выкриком и вспышкой невообразимо темной магии Лилиана ударила рукой по искореженному краю дыры в металлической стене, распоров себе кожу и пролив на ступени фонтан крови. Через эту кровь, растекающуюся по блестящему металлу, она призвала духов всех мужчин и женщин, которые питали своей силой цитадель Консорциума, и выпустила их на врага.
***
Каллист мог бы им гордиться.
Тратя всю оставшуюся магию на то, чтобы не рухнуть от усталости, держа мана-клинок пускай не мастерски, но вполне уверенно, Джейс обрушил на изобретателя серию молниеносных ударов. Теззерет отступал перед ним, отчаянно парируя удары металлической рукой и не имея даже доли секунды на то, чтобы применить заклинание или достать более эффективное оружие.
Лезвие мелькало вокруг него, как разъяренная гадюка из зачарованного эфирия. Удар наотмашь по лицу, укол в грудь, шаг вперед, чтобы не дать Теззерету отступить; вновь режущий удар, ложный выпад левым кулаком, пинок в живот, еще шаг; уклонение и резкий разворот, удар в висок слева, удар под ребра, шаг. В эти мгновения Джейс применил все, чему Каллист успел научить его, все, что он запомнил с тех пор, когда сам был Каллистом, и позволил ярости вместе с виной за гибель друга направлять свою руку. В эти мгновения он был не магом, а вихрем смертоносных лезвий и сокрушительных ударов. Джейс продолжал теснить Теззерета до тех пор, пока деревья не расступились, и они не оказались посреди трясины.
Однако долго поддерживать столь изматывающий темп он не мог, и оба противника это понимали. Пот ручьями стекал по его лицу и уже насквозь пропитал рубашку, дыхание перешло в надсадный хрип. Теззерет начал отбивать его удары более изящно и уверено, отступать – более расчетливо. Изобретатель осознал, что ему всего-то и нужно, что подольше продержать Белерена на безопасном расстоянии, пока тот не выдохнется сам, и тогда маленький гаденыш полностью окажется в его власти.
И действительно, спустя всего пару мгновений Джейс допустил роковую оплошность. Он взмахнул рукой слишком сильно, и удар занял всего лишь чуть-чуть больше времени, чем было нужно. С первобытным ревом Теззерет толкнул мага в грудь металлической ладонью. От удара, усиленного волшебством и механизмами, скрытыми в руке, хрустнула пара ребер, и Джейс, оторвавшись от земли, полетел навзничь, тяжело плюхнувшись в трясину. Мана-клинок выпал из онемевших пальцев, и теперь, даже если бы Джейс сумел собраться с силами и встать, ему пришлось бы ползать на коленях, чтобы достать его.
– До чего же жалкое зрелище, Белерен, – Теззерет не спеша приближался к нему, наслаждаясь моментом.
– А мне показалось…, я был… на высоте, – надрывно кашляя, просипел маг.
– О, вынужден признать, меня удивило твое умение обращаться с ножом, – Теззерет присел рядом с Джейсом, заглянул ему в глаза и поднял правую руку, демонстрируя царапины и вмятины на металле. – На починку потребуется уйма времени. Но скажи, к чему все это было? Уже в тот момент, когда ты даже не сумел провести свою ментальную атаку, тебе бы следовало понять, что все кончено. Что ты лишь оттягиваешь неизбежное.
А Джейс – Джейс в ответ улыбнулся сквозь гримасу боли, и в его глазах мелькнул задорный огонек.
– Тогда я и не собирался атаковать тебя, Теззерет. Это были переговоры.
Он поднял из воды дрожащую руку и указал пальцем куда-то за спину Теззерету. Почувствовав, как по спине у него пополз предательский холодок, изобретатель машинально обернулся.
Едва заметные в тени кипарисовой чащи, древесные хижины крысолюдей-нэдзуми возвышались над болотом, словно цепкие скрюченные пальцы.
– Они совершенно не рады тебе, Теззерет, – язвительно произнес Джейс.
Изобретатель закричал и рывком вскочил на ноги. В нерешительности он напрягся всем телом, не зная, как ему поступить – прикончить врага, пока у него есть возможность, или бежать со всех ног, пока еще не стало слишком поздно.
Он не успел сделать ни того, ни другого.
Из воды у его ног вырвались почерневшие корни и гнилые мертвые лозы. Они тянулись от болотных деревьев сквозь осклизлую почву, чтобы крепко обвить ноги Теззерета. Схватив его, они сдавили с такой силой, что кожа изобретателя онемела от замедлившегося тока крови. Проплывающие над головой облака поливали его ядовитым дождем, а ползучая плесень разбрасывала вокруг отравленные споры, окутывая Теззерета токсичными испарениями, которые обжигали кожу и раздирали легкие. Любые попытки произнести заклинание были обречены на неудачу, поскольку в приступах мучительного кашля, сотрясающего все тело, изо рта у него вылетали лишь кровавые ошметки.
 
Стараясь не обращать внимания на сломанные ребра, Джейс вскочил на ноги и принялся шарить вокруг в поисках потерянного оружия. Изобретатель следил за ним, полным ненависти взглядом, все еще пытаясь вырваться из своих пропитанных кровью пут. На пару долгих мгновений заглянув ему в глаза, Джейс с размаху вонзил острие мана-клинка в руку Теззерета, рассекая кожу и сухожилия, разрубая кости. Теззерет кричал, пока Джейс ворочал клинком в разные стороны, налегая на него всем телом, как на отмычку. Раздался громкий хруст, за ним последовала ослепительная магическая вспышка, и эфириевая рука Теззерета упала на землю. Осколок окровавленной кости отвратительно торчал из металла. Морщась от боли, Джейс наклонился и подобрал свой трофей, оставив Теззерета нечленораздельно вопить и биться в оковах.
Из леса показался шаман Нэдзуми-Кацуро. С момента их последней с Джейсом встречи он сгорбился еще сильнее, и ритуальных шрамов на его шкуре прибавилось. Позади него широким полукругом шли четверо младших заклинателей духов и с десяток нэдзуми-воинов. В руках у них сверкали обнаженные клинки, а их глаза-бусины зловеще поблескивали в свете полуденного солнца. Ветви изгибались, освобождая им путь, а грибы почтительно склонялись перед ними. Взмахнув рукой, шаман произнес несколько слов голосом, похожим на шелест сухих листьев на ветру, и тут же полдюжины ветвей, невероятно вытянувшись, устремились к Теззерету со всех сторон, пронзив его руку и плечи. Изобретатель мог лишь беспомощно кричать.
– Приветствую тебя, Железнорукий Император Безграничного Консорциума, – прошипел крысочеловек, подойдя ближе. Лишь заклинание перевода, которое Джейс сотворил еще в тот раз, когда установил мысленный контакт с шаманом, помогло ему разобрать его слова. – Я долго ждал возможности встретиться с тобой лично.
Возможно, Теззерет и не понимал смысл его слов, но интонацию он распознал безошибочно.
– Чтоб тебе сдохнуть, грязная крыса!
Чудовищным усилием изобретатель высвободил из-под обвивших его тело корней оставшуюся руку, при этом ободрав с нее кожу, и швырнул на землю горсть металлических опилок. В тот же миг они превратились в огромного голема со стальной кожей и железными шестернями – и так же стремительно из густой чащи появился элементаль из болотной жижи и кипарисовых стволов, наподобие того, который давным-давно сожрал огненного воина Бэлтрис. Он яростно обрушился на творение Теззерета и разломал его, как дешевую игрушку, не дав ступить и шагу.
Продолжая следить за мучениями Теззерета, Джейс проковылял к шаману, держась за ребра.
– Спасибо, – прохрипел он.
Нэдзуми обнажил грязные кривые резцы.
– Мы делаем это не для тебя, чтец мыслей, – произнес он, с отвращением глядя на искусственную руку, которую держал маг. – Ты привел к нам нашего настоящего врага, и за это мы прощаем тебе то, что ты сотворил с нами. Но мы ничего не забыли. Это правосудие вершится во имя нэдзуми-кацуро, а не во имя тебя.
– Что ж, меня это вполне устраивает, – пожал плечами Джейс.
– Тогда ступай, чтец мыслей. Мы не задержим тебя. Но если ты еще раз потревожишь нас…
– Да, да, я понял. Боюсь, тебе придется встать в очередь, шаман.
Джейс склонил голову, глядя на то, как деревянные колья оторвали Теззерета от земли. Зацепившись за его кости, они потащили изобретателя навстречу той судьбе, которую для него уготовили нэдзуми.