Агенты Разума (ЛП)

– О, ты очнулся. Прекрасно!
Дверь беззвучно отъехала в сторону. Бэлтрис вошла в комнату и не спеша направилась к клетке. Джейс не мог припомнить, чтобы за всю свою жизнь видел более жестокую улыбку, чем та, что играла в этот момент у нее на лице.
– Очаровательно, не правда ли? – произнесла она, постучав по прутьям рукоятью мана-клинка Джейса, прежде чем вернуть его в ножны на поясе. – Это еще один маленький секрет, который мы, скажем так, позаимствовали у Церкви Воплощенной Души. Прутья зачарованы, чтобы впитывать ману, Белерен. Внутри этой клетки магии все равно что не существует.
Джейс сложил руки на голой груди и попытался изобразить презрительную ухмылку. Бэлтрис усмехнулась в ответ и указала пальцем на стену слева. Металл замерцал, заискрился, и на нем возникло лицо Теззерета.
– Почему я все еще жив? – спросил Джейс напрямик, не собираясь давать этому ублюдку шанса позлорадствовать.
Лицо Теззерета приобрело задумчивое выражение.
– Кажется, в прошлые разы я уже объяснял тебе, как плохо переношу предательство, разве нет?
Джейс картинно закатил глаза.
– Отчасти, – продолжил изобретатель, – ты жив потому, что я хотел дать тебе достаточно времени, чтобы ты как следует прочувствовал всю глубину моего разочарования. Но главная причина заключается в том, что мне понадобится еще пара-тройка месяцев, чтобы уладить с тобой кое-какие дела. Видишь ли, Белерен, раз уж у меня получилось взять тебя живьем, я решил, что твои таланты слишком ценны, чтобы дать им пропасть впустую. Чтение мыслей нынче большая редкость. И, раз уж я больше не могу доверить выполнение подобных заданий агенту, мне просто нужно сконструировать прибор с аналогичными свойствами. Артефакт, который будет сохранять части твоего мозга, ответственные за эти чудесные способности, и управлять ими так, как нужно мне.
Джейс едва сдержался, чтобы в ужасе не отпрянуть от изображения на стене.
– Хочется надеяться, что при должном усердии я смогу сохранить достаточно твоей личности, чтобы ты оставался в сознании и понимал, что с тобой происходит, но ничего не мог с этим поделать.
Бэлтрис наклонилась к клетке, наслаждаясь неподдельным ужасом, который Джейс все же не смог скрыть, как ни старался.
– Ты, конечно же, попытаешься сбежать, – Теззерет говорил об этом столь буднично, словно это было чем-то самим собой разумеющимся, – но у тебя ничего не выйдет. Даже если ты каким-то чудом сможешь преодолеть решетку, имей в виду – я отравил тебя, пока ты был без сознания. Это колдовской токсин, который сейчас бездействует благодаря тому, что в твоей камере нет магии. Но стоит тебе сделать шаг наружу, и спустя всего пару минут ты окажешься при смерти, – изображение на стене пожало плечами. – Через несколько месяцев яд покинет твой организм естественным путем, но к тому времени я уже закончу создавать твои новые апартаменты.
Теззерет кивнул Бэлтрис, и его изображение пропало со стены. Она улыбнулась в предвкушении, наслаждаясь тем, что Джейса уже явно била дрожь.
– Кстати, – ликующе произнесла она, – босс сказал, что до тех пор, пока он не будет готов разрезать тебя на кусочки, если я не стану наносить тебе непоправимый вред, – ты мой!
С трех сторон клетки вспыхнуло пламя. Огонь бушевал всего в нескольких дюймах от зачарованной решетки, и пускай тесная клетушка была непроницаема для магии, жар и дым проникали в нее совершенно свободно. Джейс попятился к дальней стене, прикрывая лицо руками. На его коже моментально вздулись волдыри, легким отчаянно не хватало свежего воздуха, но он поклялся себе, что не закричит от боли.
Эту клятву он не нарушал в течение целой минуты.
***
Здесь, в этом рукотворном чистилище, он совсем потерял счет времени. Как долго он лежал в одиночестве, грязный и голодный, и с ужасом ждал, что сейчас дверь откроется для него в последний раз? Как часто он вздрагивал, когда дверь все же открывалась, перед тем как понять, что это всего лишь слуга с миской каши и стаканом воды или Бэлтрис, жаждущая очередного «сеанса»?
 
Свет в комнате никогда не мерк и не становился ярче. Консистенция пищи не менялась. Джейс спал урывками, никогда не зная, сколько времени он провел во сне, не зная, проснется ли он вообще и хочет ли он этого. Волосы его обгорели и торчали клочьями, а кожа сплошь покрылась следами от ожогов, часть из которых могла уже никогда не зажить полностью.
Но Джейс стоически выносил все пытки. А что еще ему оставалось?
Спустя много дней – а может, и недель – дверь в очередной раз открылась, но за ней стояла не Бэлтрис и не слуга с едой.
– Привет, Джейс.
– Убирайся отсюда, – потребовал Джейс голосом, охрипшим от дыма и постоянных криков.
Лилиана дождалась, пока дверь не закроется за ее спиной. Неуверенно, словно каждый шаг причинял ей боль, она пересекла комнату и остановилась на расстоянии вытянутой руки от решетки.
– Прости, что не пришла раньше, – тихо промолвила чародейка. – Я сказала Теззерету, что старалась привести тебя к нему, но понадобилось некоторое время, прежде чем он начал хоть немного доверять мне, даже после всех этих его проклятых эликсиров правды. Сейчас Теззерет, как он сам выразился, «позволяет мне остаться». Мы с ним обсуждаем мое будущее место в Консорциуме, но понятно, что он просто хочет постоянно держать меня на виду.
– Либо уходи отсюда, – прорычал узник, сжимая кулаки, – либо подойди на шаг ближе.
– Джейс, одумайся! Они же убьют тебя!
– Мне уже рассказали. Ты пришла посмотреть?
– Я пришла вытащить тебя отсюда, идиот!
Джейс не мог сказать, сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз смеялся, но сейчас он истерично захохотал, и продолжал хохотать до тех пор, пока его измученные легкие не запросили пощады, и он не рухнул на решетку в приступе удушья.
– Ну разумеется! – выдохнул он, когда к нему вернулась способность говорить. – Ведь до сих пор ты только и делала, что помогала мне.
– Да, так и было! – горячо заявила она. – Вспомни, сколько раз мы спасали друг другу жизни, Джейс! Сколько раз ты бы уже умер, если бы не я?
– Как будто мне это сильно помогло, – пробормотал Джейс, однако не мог не признать, что в ее словах была доля истины. – Ты действительно собираешься помочь мне сбежать?
– Да!
– Почему?
– Потому что я не хочу, чтобы с тобой сделали то, для чего тебя тут держат.
Джейс покачал головой.
– Ну уж нет, Лилиана. Во второй раз я на это не куплюсь.
– Даже если это правда?
– Нет. Я хочу услышать настоящую правду. Всю до конца. Меня интересует не то, почему ты собираешься помочь мне сбежать. Я желаю знать, почему ты делала все остальное, – Джейс скрестил руки на груди и сделал шаг от решетки. – В противном случае я не вижу смысла покидать эти уютные апартаменты.
Лилиана открыла рот от удивления.
– Да ты, должно быть, шутишь!
– Вовсе нет, – тон Джейса не оставлял ни малейшего сомнения в том, что он говорит всерьез. – Тот ад, в котором я очутился сейчас, Лилиана, не идет ни в какое сравнение с тем, через что мне пришлось пройти по твоей милости. Поэтому если ты хочешь, чтобы я позволил тебе хотя бы вытащить меня отсюда, чтобы я поверил, что это не очередной трюк, тебе придется убедить меня, – он многозначительно посмотрел сначала на дверь за спиной чародейки, а затем на стену, где появлялось изображение Теззерета. – И мне кажется, – продолжил маг, – что твое время ограничено.
Лилиана вздохнула.
– Я успею. Теззерет и Бэлтрис покинули мир, а стража за дверью одержима моими призраками. Когда я их отпущу, они и не вспомнят, что я заходила сюда.
– Ну хорошо, Джейс, – она опустилась на пол и села перед клеткой, скрестив ноги. Джейс, поколебавшись мгновение, сделал то же самое, и выжидающе посмотрел на нее сквозь решетку.
– Я всегда делала только то, – тихо начала она, глядя в пол, – что было абсолютно необходимо.
При этих словах Джейс снова расхохотался, а выражение несправедливой обиды на лице Лилианы лишь добавило ему веселья.