Агенты Разума (ЛП)

– Не бойся. Они будут связаны.
– Но… Ты же сам сказал нам, что это колдун и ведьма. А вдруг они напустят порчу на Рин? Вдруг превратят меня в гоблу или вроде того?
– Может, тогда ты наконец начнешь нравиться женщинам! – Семнер заржал, но на его лице появилось сомнение.
– Тебе придется взять нас с собой, Семнер, – подала голос Лилиана. – Мы можем сказать всего одно слово, да что там – просто посмотреть особым взглядом, и готово. Эти болваны ни за что не смогут удержать нас долго.
– Еще как смогут! – огрызнулся Семнер, и вдруг довольно осклабился. Лилиана подмигнула Каллисту, который с трудом сдерживался, чтобы не расхохотаться.
– Заткните им рты кляпами, – приказал Семнер, – и завяжите глаза. Тогда они не смогут ничего наколдовать. А если все же смогут…
Он обернулся к Лилиане и медленно оглядел ее с головы до ног похотливым взглядом. Ее передернуло, как будто Семнер и в самом деле прикасался к ней руками. В этот момент Каллисту отчаянно захотелось иметь под рукой нож или хотя бы осколок стекла.
– Если один из них станет вести себя хоть капельку подозрительно, отрежьте второму что-нибудь очень личное и невосполнимое. Это их приструнит.
Дверь распахнулась, и вошел бандит с большим мотком веревки, заброшенным на плечо. Он оставлял на полу мокрые следы, и звуки, доносившиеся с улицы, ясно говорили о том, что всепроникающая морось наконец-то превратилась в настоящий ливень.
– Что с едой и водой? – продолжал расспрашивать Семнера Эррит, пока другой головорез разматывал веревку.
– Обойдутся. Нас не будет три или четыре дня. За такое время без еды еще никто не умирал. А вода… смачивайте им кляпы раз в пару часов, пускай высасывают воду.
– А если они попросятся в сортир? – Эррита явно беспокоила мысль о том, что колдуны смогут свободно разгуливать по комнате.
Семнер снова усмехнулся.
– Не пускать. Запах хоть немного перебьет вонь от блевотины Роки.
Лилиана гордо проследовала к стулу с высоко поднятой головой. Она села сама, не желая, чтобы ее принуждали силой. Когда Эррит и его подельница – предположительно, Рин – принялись наматывать веревку, Лилиана встретилась взглядом с Каллистом. Затем она медленно опустила глаза, указав на его путы, и вновь подняла их. Каллист едва заметно кивнул.
Губы Лилианы беззвучно зашевелились.
За считанные минуты она была привязана к стулу так же крепко, как и Каллист. Весь процесс сопровождался ехидными или угрожающими комментариями Семнера. Вскоре после этого помещение опустело, и пленники остались наедине с двумя нервными сторожами и шумом усиливающегося дождя.
Говорят, что малое знание приносит большие беды. Семнер, разгильдяй и недоучка, в вопросах магии обладал именно что малыми знаниями. Если бы он знал чуть больше, если бы чуть внимательнее присматривался к действиям волшебников, с которыми работал, и чуть лучше помнил те немногие уроки волшебства, которые ему довелось получить, то осознал бы, что простая магия требует совсем простых действий, и догадался бы, что Лилиана просто ломала перед ним комедию, заставляя поверить в действенность веревок и кляпа. На самом же деле они доставляли магам разве что легкое неудобство.
Повинуясь воле некромантки, веревки успели сгнить еще до того, как Семнер покинул дом. Скрыть этот факт помогло заклинание Каллиста, совсем простенькая фантасмагория, благодаря которой окружающим веревочные путы продолжали казаться целыми и невредимыми, и даже скрипели, если пленники начинали шевелиться. А потом они просто стали ждать подходящего момента, пока их стражники нервничали – Эррит мерял комнату шагами, а Рин копалась в куче тряпья в поисках подходящих кляпов и повязок на глаза. В конце концов она остановила свой выбор на рваной простыне и старой рубахе.
Каллист поморщился, когда одну тряпку затолкали ему в рот, а вторую намотали на голову. Но теперь, когда застиранная ткань скрыла комнату от его глаз, он позволил телу расслабиться, сосредоточил ум и внимание, и потянулся к мане. Ее источником были колодцы и цистерны с водой, зарытые под дорогами округа. До этого похмелье и зашкаливающий адреналин не позволили бы Каллисту сотворить заклинание. Но сейчас он словно вынес свое зрение за пределы головы, и это оказалось даже проще, чем он ожидал. Потрепанный лоскут, казалось, приблизился, а затем исчез. Теперь Каллист рассматривал комнату с точки, находящейся в нескольких дюймах от его собственного лица. Отсюда он принялся наблюдать, ожидая, когда Лилиана сделает первый шаг.
 
Звуки ливня стихли, сменившись легким ночным шелестом. Первые робкие лучи рассвета слабо забрезжили через ставни на окнах.
Эррит издал сдавленный писк, когда Лилиана встала со стула, сбросила остатки веревок, небрежным жестом избавилась от тряпок и улыбнулась ему самой соблазнительной улыбкой.
Такого отвлекающего маневра Каллисту было более чем достаточно. Он вскочил и со всей силы врезал бандиту стулом по затылку.
Но даже это не разбудило Рин, которая улеглась спать в ожидании своего дежурства. Тень затаилась под ее кроватью, как только Лилиана затянула свое песнопение, а затем прикоснулась к телу женщины жуткими конечностями и ускользнула обратно в эфир. Теперь Рин уже ничто не смогло бы разбудить.
– Я смотрю, ты не больно-то торопилась, – заметил Каллист, перешагивая через окровавленное тело, распластавшееся на полу. Он бросил на лицо бандита свою бывшую повязку и кляп – иного савана тот не заслужил. – Мы уже час как освободились.
– Я ведь должна была убедиться, что Семнер не вернется.
– Вот как. Мыслишь разумно.
– Всегда помни об этом.
Каллист невольно улыбнулся. Он шагнул к женщине, которую любил, – хотя прошлым вечером понял, как сильно способен ее ненавидеть, – и попытался ее обнять. Лилиана отстранилась, и сердце Каллиста ушло в пятки, но затем он вспомнил, в каком состоянии была его одежда.
– Новые штаны мне не помешают, – вздохнул он.
– Да уж, было бы чудесно.
Каллист направился к кровати, по дороге задержавшись у окна, чтобы зачерпнуть дождевой воды и кое-как смыть с лица кровь.
– Ты в порядке? – спросил он, присев перед платяным шкафом и запустив обе руки в его нижнее отделение. – Они тебя не тронули?
– Нет, ты же сам видел.
– Я рад, – спотыкаясь и прыгая по комнате на одной ноге, Каллист пытался одновременно натянуть на себя новые штаны и собрать кое-какие необходимые вещи. – Как ты думаешь, кто нанял Семнера? Борицов? Сам Консорциум? Или, может, тот шаман из Камигавы – тоже мироходец?
– Какая разница? – склонившись над бессознательным телом головореза, Лилиана связывала уцелевшими обрывками веревки его неестественно вывихнутые конечности. – Пока мы будем тут сидеть и составлять полный список тех, кто хочет смерти Джейса, он уже сам умрет от старости и избавит их от лишних хлопот.
– Разница большая, – Каллист стоял в середине комнаты, пошатываясь под тяжестью груды припасов, из которой торчал его верный палаш в ножнах. – В зависимости от этого мы выберем, как и куда нам скрыться.
– Скрыться?
– Если это всего лишь месть от крысолюдей из Камигавы, то в дальнейшем нам вряд ли есть причины чего-то опасаться. Но если на нас снова охотится Безграничный Консорциум, нам придется поискать себе новый дом по крайней мере в паре сотен лиг отсюда. Как насчет какого-нибудь округа побольше? Скажем, Глахии. Фавариал, само собой, отпадает. Или можно…
– Каллист, – Лилиана положила ему на плечо нежную руку, хотя он и не помнил, чтобы она пересекала комнату, – помолчи.
Он замолчал.
– Мы не можем просто взять и сбежать.
– Как это не можем? Смотри, вещи уже собраны, и, раз уж у нас есть ноги, я не вижу…
– Мы должны предупредить Джейса.
Каллист выронил все, что держал в руках. Рукоять палаша больно ударила его по ноге, и, не надень он заранее сапоги, перелом был бы ему обеспечен.
– Да, Семнер приложил меня крепче, чем я думал.
– Что?
– У меня начались галлюцинации. Мне только что послышалось, что ты сказала: «Мы должны предупредить Джейса».