Агенты Разума (ЛП)

– Совершенно верно. Но ведь мы хотим заполучить Джейса Белерена не за скорость его реакции, и даже не за его иллюзии, не так ли?
– Посмотрим, как он справится с Гемретхом. А там решим, получится ли из Джейса Белерена тот, кто нам нужен. И то, что нам нужно.
***
В измученном паранойей сознании Джейса каждое насекомое, порхающее в темноте, представлялось глазом врага; каждый шорох – эхом шагов преследователя, крадущегося по булыжной мостовой; каждый незнакомец – убийцей, желающим напасть на него сзади; каждый свисающий флаг – петлей, готовой затянуться на его шее. Он почти бегом преодолевал улицы, переулки и широкие лестницы нисходящих проспектов, подскакивая при каждом звуке, с подозрением всматриваясь в каждую тень, пока наконец не добрался до места назначения.
Домом Джейсу служили скромные трехкомнатные апартаменты, расположенные на одном из нижних уровней Дравхока, где сырой воздух был наполнен легкими ароматами речной рыбы, а стоимость проживания почти не вызывала праведного возмущения. Да, она была значительно ниже, чем в более роскошных кварталах, но близость к реке и крохотным прибрежным островкам придавала Джейсу чувство защищенности. Он никогда не понимал, и ни один из его наставников так и не сумел толком объяснить ему, почему лучшим источником для магии разума была мана, которая струилась вместе с водными потоками большинства миров; он просто знал, что это так.
С глубоким вздохом облегчения Джейс захлопнул за собой дверь, прислонился к ней спиной и постарался взять себя в руки. То, что за последние несколько лет он сумел нажить себе много врагов, было вовсе неудивительно, учитывая, каким образом он добывал средства на поддержание своего излюбленного образа жизни. Но от мысли, что кто-то из них мог разыскать его, когда он был столь уязвим, Джейса бросало в дрожь. Он повернулся к двери и запер ее на четыре засова. Не зажигая свет, он наугад набросил плащ на старую вешалку, шагнул в комнату и рухнул на кровать, даже не потрудившись раздеться. С мятой одеждой он разберется утром; сейчас же ему нужно было просто расслабиться и помедитировать на поток маны, сливавшийся с течением реки у берега.
Несмотря на нервное напряжение, уже через минуту Джейса окутал причудливый, беспокойный сон, в котором он пытался дать взятку гигантской кошке, чтобы та не плевалась в него огнем, но понимал, что у него нет необходимой суммы. Он бежал от хищника, взывая о помощи, а с неба на него градом сыпались раскаленные угли.
И вдруг Джейс проснулся, крича от боли, пронзившей его грудную клетку.
Вытянув голову так, что заныла шея, Джейс уставился на омерзительный силуэт, скорчившийся у него на груди. Существо, едва различимое во мраке комнаты, опиралось на четыре ноги, которые торчали из его боков, как у насекомого. Еще двумя конечностями, растущими из плеч, оно крепко вцепилось Джейсу в воротник. Лицо веселого, почти благообразного старичка резко контрастировало с грозным жалом на хвосте, с которого капала кровь Джейса.
– Что…, – Джейс замолчал на полуслове, стиснув челюсти и выгнувшись всем телом от новой вспышки боли. – Что за…, – и снова он не смог закончить вопрос.
– Это ты ответь мне, чтец мыслей, – прошипел демон дрожащим, как у паралитика, голосом.
– Я… Я не могу! – Джейсу едва хватало сил, чтобы кое-как произносить слова. О том, чтобы читать чужие мысли, и речи быть не могло.
– Придется! Скажи мне, почему я здесь, Джейс Белерен, и что мне от тебя нужно, и я облегчу твои страдания. Но если ошибешься, яд сделает свое дело!
Джейс почти не обратил внимания на упоминание своего имени, хотя в Дравхоке он представлялся исключительно Берримом, а имени «Джейс» не открывал никому с тех самых пор, как прибыл в бескрайний мир-город Равнику. Он попытался привстать и сбросить с себя жуткую тварь, но жгучий яд, растекаясь по телу, стремительно лишал его последних сил.
Ему хотелось кричать, звать на помощь, протестовать против несправедливости всего происходящего, но вместо этого он крепко зажмурился, сжал челюсти так, что заныли зубы, и заставил себя успокоиться.
 
Прошло много времени, и боль становилась все невыносимее, но Джейс оставался сосредоточенным. Он снова уставился на тварь, и его глаза озарились сиянием, едва заметным даже в темной комнате.
– Твой хозяин – маг по имени Гемретх, это он призвал тебя, – произнес он дрожащими губами. – Тебе сказали, что его хозяин, которого зовут Теззерет, хочет со мной встретиться. «Первый Виноградник», завтра через час после заката, – даже сквозь боль Джейс почувствовал, как внутри него нарастает злость, постепенно замещая собой слабость. – Так это было испытание! – воскликнул он.
– Именно так, Джейс Белерен. И ты его прошел, – жуткий уродец спрыгнул с него и засеменил к окну.
– Противоядие…, – прохрипел Джейс пересохшим от мучений горлом.
Каким-то образом нечеловеческое создание изобразило равнодушное пожимание плечами.
– Яд не смертелен, – мерзко хихикая, оно забралось на подоконник. – Через пару часов будешь как новенький.
Джейс проводил тварь взглядом. Гнев и унижение жгли его изнутри куда сильнее, чем яд. Он повалился на матрас и снова попытался найти свою точку равновесия, мысленно сосредоточиться на бурных водах реки, богатых маной. А затем, вопреки боли, вопреки смятению и не покидающему его страху, он начал творить заклинание, которое было гораздо проще, чем чтение мыслей.
***
Маг по имени Гемретх ждал неподалеку, расположившись рядом с прилавком продавца фруктов и с наслаждением уплетая яблоко в медовой глазури. Его подернутая сединой борода была густой и всклокоченной, а вовсе не аккуратно подстриженной, но в остальном он с ног до головы выглядел обеспеченным и модным жителем Дравхока, закутанным в многослойное одеяние насыщенно-бордового и черного цветов. Проглотив последний кусочек засахаренного фрукта, он улыбнулся при виде своего питомца, который суетливо выбежал из-за угла, цепляясь за стены и карнизы.
Крохотный демон завис прямо над плечом мага, и в течение нескольких мгновений они о чем-то переговаривались, после чего Гемретх взмахнул рукой и отослал тварь туда, откуда она явилась. Поковырявшись в зубах и сплюнув на землю кусочек яблочной кожуры, он зашагал прочь, смешавшись с толпой ночных прохожих.
У него над головой, на удивление беззвучно трепеща стрекозиными крыльями, летела крохотная облачная фея. Совершенно незаметная на фоне потемневшего неба, она следила за каждым его шагом.
***
Разумеется, не все богатые районы Равники выглядели столь же впечатляюще, как Дравхок. Этот округ привалился к склону горы, точно усталый путник, но большая часть Равники была покрыта не горными вершинами, не сверкающими озерами и не топкими болотами, а холмистыми равнинами. В центре одной такой обширной равнины и располагался округ Овиция – а в центре самой Овиции располагались особняки из числа крупнейших во всей Равнике. На следующий день рано утром Джейс поднялся по сверкающим ступеням одного из них, пересек широкое мраморное крыльцо и подошел к дверям.
Женщина, открывшая Джейсу после того, как он позвонил в колокольчик, определенно не была служанкой. Она носила халат из тончайшей белой ткани поверх золотистой ночной рубашки, идеально сочетающейся с ее длинными, до пояса, волосами, зачесанным назад так, что были видны заостренные уши. Ее стройной, как стебель тростника, фигуре в лучшем случае подходило описание «мальчишеская», но черты ее лица были нежны и изящны, а в каждом ее движении сквозило то, что Джейс не мог назвать иначе как истинно женственной грацией.
– Беррим! – она тепло приветствовала гостя, заключив в ласковые, хоть и некрепкие объятья, и невинно поцеловав в правую щеку.
– Здравствуй, Эммара, – Джейс в ответ широко улыбнулся. – Я надеюсь, ты не против, что я вваливаюсь к тебе вот так, без предупреждения?
– Ох, не говори глупостей! Ты же знаешь, я никогда не против. Что привело тебя в Овицию?
– Да так, ничего особенного, – уклончиво ответил Джейс. – Шатался по городу, дела не клеились, и я решил не лезть на рожон, а вместо этого проведать старого друга.