Крик во тьме (ЛП)

― Я хочу, что ты держала это при себе. Только не тогда, когда работаешь в таверне, заметь, ― поспешно добавил он. ― В таверне Макса у нас жесткая политика «никакого оружия», но, когда нас с Крохой с тобой нет…
Он повернулся лицом ко мне.
― Думаю, тебе нужна кое-какая защита.
Я осторожно достала сверток из отделения и положила на колени.
― Он на предохранителе, так что смелее, разверни его.
Я осторожно, медленно сняла ткань, словно боясь, что меня укусит змея.
― Это «Беретта», ― сказал он. ― Он легкий, так что не прибавит веса сумочке. Он заряжен, а в бардачке у меня лежит запасная коробка патронов.
Я достала коробку и положила ее на сидение рядом с собой.
― Я так понимаю, что ты знаешь, как управляться с оружием, раз оно у тебя было, ― сказал он.
Я взяла в руки оружие и покрутила в руках, изучая в тусклом свете, удостоверившись, что дуло направлено в сторону пассажирского окна.
― Я немного тренировалась.
― Стреляла по мишеням?
― И это тоже, ― пробормотала я. Я быстро проверила обойму, чтобы убедиться, что пистолет заряжен, а затем подняла его, прицелившись в воображаемую мишень за окном, чтобы мои руки привыкли к весу и ощущению оружия.
― Кто ты, КарлиМур? ― спросил он с улыбкой. ― Сейчас ты выглядишь чертовкой.
Его заявление застало меня врасплох. Я должна была быть двадцати девятилетней женщиной, которая большую часть своей жизни проработала в ритейле ― в моем резюме сказано, что последней моей должностью значится помощница менеджера в «Гэп».
Я положила пистолет на ткань и завернула его обратно.
― Мой отец был охотником. Он привил мне знания об оружии, ― сказала я, подавив смешок.
Если можно назвать охотником того, кто тебя преследует.
К счастью, Макс сменил тему.
― Как дела у Хэнка? ― спросил он. ― На самом деле.
― На него многое навалилось ― потерял ногу, плюс, горе из-за смерти Сета. Временами он грустит, но держится.
― Смерть Барб его подкосила. Сет был единственным, кто у него остался.
― Никаких братьев или сестер? Кузенов?
― Больше нет.
Я боялась спрашивать, куда они делись.
Я показала вперед.
― Здесь поворот налево.
Макс затормозил, и я убрала пистолет и патроны в сумочку. Когда Макс свернул на территорию владений Хэнка, на виду показался пикап Вайатта, припаркованный сбоку от дома. В окнах дома Хэнка горел свет, и Вайатт даже включил свет на темном крыльце, хоть тот едва освещал пространство перед дверью.
Когда Макс остановился, из входной двери появился Вайатт. Он переоделся в джинсы и в лонгслив. Я думала, что он подождет нас на крыльце, но Вайатт спустился по ступенькам и подошел к машине Макса со стороны водителя.
Макс уже открыл дверь, он вышел из машины и встретился с братом перед пикапом. Я сделала тоже самое, но остановилась достаточно далеко, чтобы предоставить им уединение.
― Что произошло с Хендерсоном? ― спросил Вайатт напряженным голосом.
К моему удивлению, Макс ответил ему, рассказав подробнее, чем я.
Вайатт бросил на меня взгляд, впервые обратив на меня внимание с тех пор, как вышел из дверей. Выражение сильного беспокойства и облегчения на его лице заставили меня забыть, как дышать.
Почему Вайатту было до меня дело?
Он снова повернулся к Максу.
― Я благодарен, что ты подвез ее до дома. Я не хотел оставлять Хэнка.
― Пожалуйста, ―Макс кивнул.―Теперь Карли часть моей семьи. В семье все заботятся друг о друге.
Я не упустила намека на предупреждение.
Вайатт не ответил.
Макс бросил быстрый взгляд на эвакуатор.
― Ты сегодня ночью на смене?
― Да, ― было ответом Вайатта.
― Тогда, может быть, мне стоит остаться, ― предложил Макс.
― Мы справимся.
― Подожди, ― сказала я, подходя ближе. ― О чем ты говоришь?
Макс резко повернул голову, чтобы посмотреть на меня.
― Я предположил, что он останется, чтобы присмотреть за тобой и Хэнком.
― Так и есть, ― быстро заверил Вайатт.
Макс кивнул.
― Кто завтра отвезет ее на работу?
― Я позабочусь о том, чтобы она туда добралась, ― ответил Вайатт.
Я чуть было не запротестовала, что они обсуждают это так, будто мое мнение тут не имеет значения. Я открыла рот, чтобы это сказать, только поняла, что мое мнение тут и правда не играет роли. Я зависела от их помощи и ненавидела это.
 
― Спасибо, что подвез, Макс, ― сказала я, направляясь к крыльцу. ― Увидимся завтра.
― Доброй ночи, Карли, ― ответил он мне вслед.
Я вошла в дом и сняла куртку, которая все еще была грязной после моих приключений в овраге, и повесила ее на вешалку для пальто. Я была удивлена, что Рут никак это не прокомментировала. Ничто не укрывалось от ее орлиного взора.
На журнальном столике горела лампа, и, к моему удивлению, Хэнк уснул в кресле, заглушая храпом приглушенный звук ночного ток-шоу по телевизору. Вайатт накрыл его одеялом. Я заметила, что кто-то положил на краю дивана подушку и сложенное покрывало. Вайатт планировал спать там?
Я направилась в комнату Сета, готовясь расстелить постель, раз Вайатт заявил права на диван, и резко остановилась, когда шагнула внутрь.
― Я перестелил постель, ― прошептал позади меня Вайатт. ― Не хотел, чтобы тебе пришлось заниматься этим после того, как ты проработала весь вечер.
Это была такая мелочь, но она обезоружила меня.
― Вайатт… спасибо, ― сказала я, кладя сумочку рядом со своим чемоданом.
― Да, ― ответил он ворчливым тоном. ― Нет проблем.
― Я видела в кресле Хэнка.
― Ему с него легче вставать. Я посчитал, что первые пару ночей пусть сам выбирает, где ему спать. А после мы уговорим его спать в своей постели.
Я с удивлением оглянулась на него. Он действительно планировал быть частью этой истории.
― Он ужасно питается. Он планирует жить за счет полуфабрикатов и перекусов.
― Старик, который не готовит, живший с подростком…― мужчина поморщился. ―Я подозреваю, что он давно к такому привык, ―Вайатт улыбнулся мне.― Спасибо, что приготовила ему ужин. Он был от него в восторге, когда я приехал. Я попробовал и сам, он был прав.
Я почувствовала, как у меня покраснели щеки.
― Может, и так, но я не уверена, что ему можно есть макароны. Как оказалось, я ничего не знаю про правильное питание для диабетиков. Я планирую съездить в библиотеку, а потом придумаю, как его обмануть. Чтобы он ел здоровую пищу, но не догадывался.
Выражение лица Вайатта стало настороженным.
― Ты к нему привязываешься.
― Ну, да, конечно, ― сказала я, оскорбившись и испытывая боль. ― После всего, ты все еще думаешь, что я собираюсь причинить ему боль?
― Нет, Карли, я так больше не считаю.
Я скрестила руки на груди и сердито уставилась на него.
― Просто желание готовить для него правильную еду выходит за рамки заботы о нем в обмен на еду и крышу над головой, ―Вайатт пожал плечами.― Но, судя по продуктам в холодильнике и шкафчиках, ты покупаешь еду на свои деньги.
― Он должен есть, ― защищаясь, произнесла я. ― А в его кошельке всего сорок три доллара.
Которые я даже не взяла, но я не видела смысла в том, чтобы напоминать Вайатту о своем финансовом положении.
― Большинство людей здесь имеет право на продовольственные талоны, ― сказал он. ― Обработанные продукты стоят дешевле всего, не говоря уже о том, что зимой здесь доступно мало свежей еды и овощей.
― О.
Он с секунду изучал меня взглядом, затем понизил голос:
― Хотел бы, чтобы ты рассказала мне о ДуайтеХендерсоне раньше.
Он поднял руку, прежде чем мне представился шанс возразить.
― Я понимаю, почему ты этого не сделала, но я хочу, чтобы ты доверяла мне, Карли. Я планирую заслужить твое доверие.
― Я пробуду здесь не так долго.
Это было правдой, так почему я чувствовала себя стервой, говоря это?
На его лице мелькнула какая-то эмоция, что-то, что сильно смахивало на боль. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого кивнул.