Капитали$т: Часть 3. 1989 (СИ)

— Не интересует?
Развернув пакет, девушки определенно заинтересовались. И даже пришли в восторг. Да и было от чего — два польских косметических набора!
— Продаешь? — дружелюбно спросила меня одна из блондинок. — Почем?
— Договоримся! — широко улыбнулся я. — Мне небольшая помощь нужна!
Блондинки переглянулись, и одна из них вполголоса скомандовала мне:
— Пошли! — и крикнула куда-то в тайное магазинное пространство: — Клава! Выйди, посиди пока!
Сопровождаемый двумя блондинками, я оказался в подсобке — темной, но уютной, заставленной какими-то ящиками и вкусно пахнущей чем-то мясным и пряным.
— Рассказывай! — приказала мне одна из продавцов. — Только говорю сразу, больше палки копченой сделать не сможем, у нас самих лимиты…
— Да не нужна мне ваша колбаса! — рассмеялся я. — Я друга ищу.
Тетеньки-блондинки удивились.
— Друга⁈
— Ну да, — сказал я простодушно. — Точно знаю, что он здесь поблизости работает и в ваш магазин захаживает. Да вот, у меня и портрет его имеется, может узнаете?
Из портфеля была извлечена фотография, которую девушки тут же принялись внимательно изучать.
— Вроде что-то знакомое… — с сомнением сказала одна из блондинок. — Что-то знакомое, но…
— Погоди! — перебила вторая. — Это же Иваныч! Ну Иваныч же, помнишь?
— Который это Иваныч? — с недоумением спросила первая. — Всех помнить, что ли, этих Иванычей? Их как собак нерезанных, тоже мне…
— Дура — сказала вторая. — Это тот Иваныч, который Петровне помог от «бэхов» отмазаться! Забыла, что ли? Что же ты, Танька, смотришь и не видишь ни хрена!
— Это тот разве Иваныч? — усомнилась первая. — Разве он? Хотя, вот так, сбоку, что-то общее… Как звать-то его полностью, а то все Иваныч, Иваныч…
— Он! — категорически заявила вторая. — И звать его Святослав Иванович. Так, что ли, парень? Так твоего друга-то зовут?
— Славик зовут, — подтвердил я обрадованно. — Спасибо вам, девушки! Может вы и фамилию знаете?
— Это Петровна знает, — сказала первая. — Нужно у Петровны спросить!
— Как-то на «Ре»… — задумчиво сказала вторая. — Рубин… Рюмин…
— Родин! — выпалила первая.
Вторая просияла:
— Точно, Родин! Слышь, парень? Такая фамилия у друга твоего?
Я не успел ответить. В подсобке появилась дородная женщина лет пятидесяти. Взгляд ее был властным и недобрым.
— Чего это у вас тут? — высокомерно осведомилась она.
— Да вот, парень наборы предлагает, — кивнула одна из продавцов на пакет. — И заодно товарища своего ищет.
— Товарища? — спросила дородная дама. — Это какого-такого товарища…
— Вроде на Иваныча похож, — пожала плечами продавец.
— Иваныча⁈ — дама покраснела от гнева. — Вы кого, дуры, в служебное помещение пускаете? Совсем охренели? А вы, гражданин, кто такой будете? Из какого учреждения?
— Из общества «Знание», — ответил я, понимая, что нужно ретироваться. — Спасибо вам, девушки, за помощь, но кажется, тот о ком вы говорите — не мой товарищ. Пойду я, наверное, простите за беспокойство!
— А наборы? — пискнула блондинка.
— Презент! — махнул рукой я, и выскочил из подсобки.
Перевел дух я только на улице. Суровые, однако, нравы царят в стенах советской торговли… Вот уж где мафия! Но зато результат есть. Скорее всего Петра Петровича мы установили. Во-первых, продавцы его определенно узнали. А во-вторых, отмазать от ОБХСС директора магазина нашему Петру Петровичу раз плюнуть — похоже, что все сходится…
Установить адрес по имени и фамилии было делом совсем простым. Тут мне повезло, что Петр Петрович мой любезный оказался носителем весьма редких имени-отчества. Святослав Иванович! В адресном столе домашний адрес Петра Петровича обошелся мне в одну коробку конфет и несколько обворожительных улыбок.
Уставший, но довольный поехал я к Орловскому в банк…
В банке был обычный бедлам — кто-то с кем-то ругался, трезвонили телефоны, а по коридорам как угорелые носились люди с бумагами. Порядок был только на вахте — там два наших охранника тихо-мирно играли в шашки.
— Все нормально у вас? — поинтересовался я у них.
 
— Нормально, — сказал охранник. — Шеф только не в настроении сегодня. Нервный.
— Это бывает, — сказал я с улыбкой. — Ладно, пойду проверю, чего он там разнервничался…
В «предбаннике» секретарь Орловского встретила меня гневным взглядом.
— На месте? — вежливо поинтересовался я, указав на дверь в директорский кабинет.
— Сейчас я доложу, — сказала секретарь, потянувшись к телефонному аппарату.
— Не трудитесь, я сам доложу! — Я устремился к двери, затылком ощущая гневный взгляд.
Орловский действительно был мрачен.
— Привет, — поздоровался он. — Заходи, садись.
— Благодарю за приглашение, — сказал я, располагаясь в кресле. — Рассказывайте, Александр. Как идут дела?
— Дела идут очень хорошо, — сказал Орловский похоронным тоном. — Все документы получены. Все согласовано, товар погружен. Готовы отправлять.
— Почему же, мой добрый друг, вы сообщаете об этом таким мрачным тоном? — поинтересовался я иронично. — Логика событий подсказывает, что вы, Александр, должны, как минимум радоваться. А как максимум — пить шампанское в компании хороших людей, делясь радостью с окружающими. Что не так?
Орловский посмотрел на меня угрюмо.
— Твои люди подсуетились?
Я пожал плечами.
— Нужные люди подсуетились, Саша. Все как договаривались. Какие проблемы?
— Не знаю! — взорвался Орловский. — Не знаю, какие проблемы! Вроде бы все чисто и гладко, но чуйка у меня, понимаешь, Леш⁈ Чуйка! Подставой пахнет! Ты за этих людей поручиться можешь? Вот лично ты?
Я начал потихоньку раздражаться.
— Саша, — сказал я, — ты эти свои комсомольские замашки начинай потихоньку забывать. Порученцы, доверие коллектива и прочее. В нашей жизни каждый за себя отвечает. Я, например, за себя отвечаю. А за тебя — нет, извини, хоть мы и партнеры. И за тех людей тоже не отвечаю, я с ними детей не крестил. Чуйка у него… Раньше нужно было думать, сейчас поздно. Колесики закрутились, Саш, их уже не остановишь…
— Нервы у меня, — плачуще сказал Орловский. — Нервы, Леш. Такие бабки на кону, такие бабки…
— Есть таблеточки импортные от нервов, хорошие очень, — доброжелательно сказал я. — А может тебе, Саш, в больничке пролежать? Режим дня, капельницы, витаминчики, медсестры… А? Могу посодействовать.
— Иди нахрен, — сказал Орловский. — Ты лучше скажи, компьютеры получили вчера?
— Все чин чином! — заверил я партнера. — В лучшем виде, получили, рассчитались, привезли. Юрику привет передали. А что такое?
Орловский долго молчал, глядя в стол.
— Саша, — сказал я, теряя терпение. — ты, пожалуйста, не молчи. Поговори со мной. Я спрашиваю — случилось чего-то?
Орловский долбанул кулаком по столу.
— Юрка утром из Москвы звонил! Проблема возникла, Леш! Пашка на связь не выходит. Сегодня должен был выйти и не выходит. Там у вас точно все нормально было?
— Ты чего, Саша, гонишь? — спросил я очень спокойно. — Все как обычно было. Товар получили, рассчитались и уехали. С Пашкой еще какие-то бандиты были, человека три. Охранники, я так понимаю…
Орловский смотрел в стол.
  
Глава 9
 
Я думал. Пашка был с охраной. Вполне вероятно — вооруженной. И вот теперь не выходит на связь… картина получается не очень красивая… Груз ценный, куча денег. Кто-то из дорожных бандитов мог соблазниться. Если так, то Пашка и его сопровождающие скорее всего мертвы. После этой мысли мне стало нехорошо. Плохо, если после нас они не заехали больше ни к кому из покупателей… Очень плохо…
— Слушай, Саша, — сказал я, — ты же не думаешь, что мы имеем к этому какое-то отношение?
— Я — не думаю, — ответил Орловский, делая ударение на «я».
— А Юрик?
Орловский дернулся.
— Юрик нервничает. Груз был солидный, на большие деньги. Может объявится еще Пашка. Может застряли где-то в глубинке, где связи нормальной нет.