Темный час (ЛП)

Он приподнял мой подбородок одним пальцем, заставив меня посмотреть на него.
— Обрати внимание на эту часть. Это важно. — Затем он наклонился, приблизил свой рот к моему уху и прошептал. — Я не отпущу тебя.
Несмотря на то, что его слова были холодными, меня пронзила волна жара от того места, где его пальцы коснулись моей кожи, до самого низа живота. Одно его прикосновение вытащило все мое напряжение на поверхность, расслабив меня изнутри. Кончиком пальца он подавил все мои опасения, все мои сомнения, когда они должны были вызвать мурашки по позвоночнику.
— Разговор окончен. Это твоя комната. — Он указал через коридор на комнату, в которой я была раньше. — Теперь. Иди. Блядь. В постель. — Он говорил медленно и обдуманно, как угрожал минуту назад.
Мне захотелось ударить его по яйцам. Вместо этого я уперлась обеими руками в его грудь, отталкивая его от себя.
Он схватил мои запястья и держал их на месте, глядя на меня с огнем в глазах.
Мое тело дрожало в уязвимом положении. Я была беспомощна и находилась в его власти. Я ненавидела это.
И я хотела большего. Часть меня хотела подтолкнуть его, испытать его пределы, но я не была настолько глупа, чтобы попытаться.
— Если ты еще хоть раз прикоснешься ко мне без разрешения, я сломаю все пальцы на твоих маленьких нежных ручках, — прорычал он. Затем он опустил мои руки, как будто они были покрыты ядом.
Я молча смотрела, как он идет по коридору, вздрогнув от звука захлопнувшейся двери. А потом я спустилась вниз, чтобы забрать свои вещи.
Я отнесла вещи в свою комнату, расположенную напротив его комнаты, где я буду спать, пока он будет находиться в тридцати футах (прим. примерно 10 метров) от меня.
Зайдя в ванную и ополоснув лицо прохладной водой, я поставила чемодан на кровать и выскользнула из платья. Оно упало шелковой лужицей у моих ног. Прохладный воздух целовал мою голую кожу, превращая соски в твердые пики и делая их чувствительными, когда я натянула футболку большого размера, и мягкая хлопковая ткань коснулась их. Мое тело все еще было под напряжением после того, как меня прижали к стене.
Дневник в кожаном переплете привлек мое внимание, я достала его и открыла на первой странице. Внутри складки лежала тонкая синяя ручка, перевязанная белой ленточкой. Сэди обо всем подумала.
Я написала свои мысли, а затем бросила дневник поверх одежды. Реальность навалилась на меня, когда я забралась под одеяло, случайно сбив чемодан на пол.
День первый:
Я принцесса, запертая в башне.
И дракон здесь, со мной.
ГЛАВА 9
Грей не сказал мне, что принцесса дерзкая… и чертовски любопытная. На самом деле, он вообще ничего мне не сказал. Все, что я знал, я почерпнул из Инстаграма. С ней определенно будет непросто. Я любил вызовы. Это заставило мой член дергаться. Я не мог вспомнить, когда в последний раз мне бросали вызов. Это гребаное платье, которое она надела, никак не скрывало ее изгибы. Шелк прижимался к ее тугому маленькому телу так, что это должно быть незаконно. Я включил душ в своей личной ванной комнате и сосредоточился на успокаивающем звуке текущей воды, пока расстегивал и распахивал рубашку.
СМС пришло как раз в тот момент, когда я достал свой мобильный телефон из кармана.
Папа: Тот трюк, который вы трое устроили сегодня, будет нелегко забыть.
Я: В этом и был смысл.
Мы хотели, чтобы они запомнили, надеялись, что это запомнится.
Папа: Ты не представляешь, с кем имеешь дело.
Я: Думаю, нас двое.
Я точно знал, с кем имею дело: кучка больных, извращенных ублюдков, которые насиловали молодых девушек ради финансовой выгоды. Пока ничего не указывало на причастность моего отца, но это ни хрена не значило. Он стоял там и позволил Малкольму Хантингтону убить невинную девушку, не сказав ни слова. Он закрыл глаза на то, что случилось со мной, когда я был ребенком. В моих глазах это делало его и мою мать такими же виновными, как и женщина, которая это сделала.
 
Я не ненавидел своего отца. Но я и не любил его. Трудно понять, что такое любовь, когда тебя всю жизнь кормили ненавистью с ложечки. Я терпел его. Но однажды он заплатит за свои проступки. Они все заплатят.
Было время, когда я стыдился тьмы, которая окутала мою душу. Я бежал от прошлого, которое оставило на мне шрамы и раны. Пока я не понял, что та самая тьма, которая утешала меня, также сформировала меня в человека, которым я стал. Я пережил ее. И теперь я ничего не боялся.
Как только я бросил рубашку на пол в ванной, я услышал громкий треск в коридоре.
Блядь.
Мне потребовалось примерно четыре секунды, чтобы выйти из своей комнаты и распахнуть дверь в ее.
— Какого хрена ты делаешь? — Я щелкнул выключателем, осветив темную комнату. — Что это был за шум?
Она наклонилась, ничего кроме задницы, возилась с чем-то на полу.
Она повернулась, ее глаза сузились, то ли от внезапного яркого света, то ли от злости.
— Я не знала, что ты здесь, чтобы защищать меня.
— Да мне на тебя плевать. Я волновался, что ты здесь закатываешь истерику и рвешь мое дерьмо. — Не ложь.
Белая футболка едва прикрывала ее задницу, и было очевидно, что она все еще не надела лифчик. Или штаны. Я поймал крошечный треугольник розовых хлопковых трусиков. Этот маленький треугольник был единственным барьером между моими глазами и ее киской.
Господи, блядь.
Она издала рык, который был бы милым для кого угодно, только не для нее.
— Боже, ты мудак.
Я щелкнул языком: — Ну же, принцесса. Это лучшее, на что ты способна? Наверняка, я хуже этого.
Она закатила глаза и забралась обратно в кровать: — Тот шум, который ты слышал, это мой чемодан случайно упал на пол.
Она сделала ударение на слове случайно.
Конечно, рядом с кроватью лежал ее чемодан, раскрытый настежь, с беспорядочно наваленной сверху одеждой. Я догадался, что именно с этим она возилась, когда я вошел.
— Выключи свет, когда будешь уходить, — она повернулась ко мне спиной. — И перестань называть меня принцессой. Меня зовут Эннистон.
Я не сказал больше ни слова, повернулся и вышел из комнаты, оставив свет включенным, потому что… мудак.
Я закрыл дверь спальни и взял свой телефон, прокручивая его, пока не нашёл номер Грея.
Я: Найди другой способ заставить Уинстона согласиться. Я хочу, чтобы она ушла. Завтра.
ГЛАВА 10
Не плачь.
Не плачь.
Не.
Плачь.
Первая слеза скатилась по моему лицу, давая понять, что мои эмоции — предатели. Потом еще одна. И еще одна. Пока мои легкие не сжались, а в горле не запершило.
Королевские особы не проявляют слабости, и я не собиралась начинать сейчас, даже если меня похитили.
Похитили.
И я даже не сопротивлялась. Я просто запрыгнула в самолет и пролетела через весь мир.
Боже. Насколько же я была наивна!
Выключив свет и забравшись обратно в постель, я прижала одеяло к груди и уткнулась головой в подушку. Мои колени подтянулись к животу, и я зажмурила глаза. Гнев, разочарование и печаль накатывали на меня одновременно. Гнев на то, что Чендлер откровенно отверг меня как какую-то помеху, и то, что меня это так беспокоило. Разочарование от того, что я позволила себе довериться не тем людям. И печаль, потому что я просто хотела оказаться дома. Я хотела лежать в своей кровати и читать одну из своих книг. Я хотела увидеть отца и обнять брата.