Р 4 (СИ)

И все же я не удержался от вопроса:
— Семеныч, а вдруг добытчики согласились бы на твой приезд к ним и не стали возражать против допроса Ливана?
— Значит, пришлось бы прокатиться, — ответил он. — А что касается дознания, то с моим уровнем развития легко понять, говорит человек правду или врет. Но нечто наподобие сыворотки все-таки пришлось бы сварганить. Я одно время увлекался гипнозом и даже пытался создать препарат, ослабляющий сопротивление человека внушению извне.
— И как?
— Да… кое-что получилось, но с тяжелым побочным эффектом. Потом мне это стало неинтересно. Забросил. Ладно, вопрос с гильдией решен, давай вернемся к главному.
Нам действительно следовало ускориться, так что тему закрыл.
— С ростом уровня умения Аптекарь повысилась эффективность запрещенного системой средства по замедлению наноботов, — сообщил сотнику. — Теперь оно должно сработать сразу.
— Отлично! — поддержал он. — А нам сейчас надо найти компонент, нейтрализующий замедление.
Буквально через полчаса мы смогли подобрать смесь из трех составляющих, которая активировалась в крови на тридцать секунд позже. При этом она не соединялась с замедлителем даже после перемешивания.
— Так, Дмилыч, два средства мы имеем. Теперь нужно подумать о способах их доставки к объекту воздействия.
— К модификанту? — переспросил я.
— К нему, родимому. Причем использовать баллончик в данном случае — крайняя мера.
В спешке мы не успевали подумать об антидоте против наших смертельно опасных препаратов для любого живого существа, имевшего в крови наноботов. А проверять воздействие даже малых доз этих снадобий на свой организм желания не имелось.
— Что предлагаешь?
— На ум приходится нечто вроде хлопушки. В мое время такие на Новый год использовали. Дернешь за веревочку — вылетает конфетти. У нас вместо конфетти — крайне неполезная субстанция.
У меня в прежнем мире был знакомый, носивший с собой четырехствольный травмат «Оса». Пистолет заряжался в том числе и газовыми патронами, которые парень называл хлопушками. Рассказал об этом Семенычу.
— Точно! Видел такой в наших магазинах. Иногда молодым девчонкам покупают, чтобы в городе от особо наглых отбивались.
Попросил Кента, и тот через десять минут принес оружие:
— Всего один оставался, — извинился боцман. — Зато патронов два десятка нашлось. Всех видов, в том числе — и газовые.
— Спасибо.
Мы продолжили свои изыскания. Еще примерно два часа потребовалось на создание снадобья ускорения наноботов. Его придумал сотник и даже немного рассмеялся, когда выяснил побочный эффект:
— Представляешь, через пять минут после воздействия препарата клиента ждет жутчайшее расстройство желудка.
— Если гад не сдохнет от разрушения сосудов, то загадит все вокруг? — не удержался я от улыбки. — Опасное средство ты придумал, Семеныч.
Опыты мы проводили в специальном алхимическом шкафу, чтобы между нами и «продукцией» всегда находилась полиэтиленовая пленка и стекло. Закончив с препаратами, аккуратно вынули руки из специальных рукавов-изоляторов.
— Осталось лишь снарядить патроны и баллончик, — тяжело вздохнув, напомнил сотник.
Мы уже полдня химичили, и оба чувствовали усталость от напряженной работы. Эксперименты требовали особой сосредоточенности и аккуратности движений. Фактически мы создавали биологическое оружие, опасное не только для модификантов.
— Может, обойдемся без баллончика? Как-то распылять эту гадость возле себя нет никакого желания.
— Никто и не заставляет. Однако лучше иметь аргумент на самый крайний случай.
Не мог с ним не согласиться.
— Хорошо, пусть будет.
— Знаешь, Дмилыч, чем дольше с тобой работаю, тем сильнее растет желания наплевать на ограничения системы и отправиться на охоту за модификантом вместе с тобой.
— Ты же говорил, что не имеешь права убивать тех, кто на тебя не нападает. А вдруг тварь об этом знает?
— А я ее и не собираюсь убивать. Так, немного поучаствовать в процессе.
«Нельзя! — неожиданно прорезалась автономка. — Если вы одолеете тварь вдвоем, следующая будет уровнем, как ты и сотник, вместе взятые».
 
Поверил ей сразу.
— Послушай мою чуйку: лучше я уничтожу монстра сам.
— Ладно, — кивнул он. — У самого предчувствия не очень. Ты, главное, не вздумай проигрывать, иначе как мне потом в глаза племяшке смотреть?
«Проигрывать действительно не стоит, — снова обратилась моя личная система, — а уничтожать… Тут имеются и другие варианты. Довольно перспективные».
«Содомом тебя по Гоморре! Какие еще варианты⁈ Их всего два: либо — я модификанта, либо — он меня».
«Жизнь делится не только на черное и белое. Существует еще множество оттенков и цветов».
Мне вот еще только философских размышлений автономки не хватало. Эдак скоро виртуальная командирша станет самой настоящей личностью. Более юморной, более умной и более харизматичной. А мне лишь останется, находясь в собственном теле, чувствовать себя ущербным по сравнению с помудревшим цифровым соседом.
«Тпру, господин Пруткин! — притормозил собственную шизу. — Сначала нужно выжить, а уж потом делить шкуру выжившего Дмилыча. Вполне может оказаться, что никому, кроме меня, она и нафиг не сдалась».
— Мы слишком много усилий потратили на подготовку. Стану последней сволочью, если наши труды не увенчаются успехом.
— Да-да. Позволишь себя сожрать — домой не смей показываться. Прибью лично. — С этими словами сотник открыл дверь.
Стоило покинуть кабинет Семеныча, как на меня сразу наткнулась Русалка:
— Вот ты и попался! Пойдем, надо питомца выгулять.
— Меня тоже. Хочется немного подышать свежим воздухом.
Мы отправились на задний двор особняка. Юнга тут же забрался мне на плечо, используя его, как когтеточку.
— Представляешь, что мне дядя подарил? — спросила жена.
— Ты вчера говорила о какой-то груше.
— Верно. Я дождалась, когда плод созреет. Знаешь, какой там бонус?
— Ни одной мысли.
— Невероятное спасение! — выдала Русалка, одарив меня обворожительной улыбкой. — При этом бонус срабатывает не по команде, а при необходимости.
— Тогда почему ты до сих пор не съела столь ценный подарок?
— Потому что спасать нас с Ларикой — это твоя прямая обязанность. А для ее исполнения ты должен быть жив и здоров при любых обстоятельствах. Скажешь, я не права?
— М-м-м, — попытался отыскать контраргумент.
— Хочешь со мной поспорить? Я бы не рисковала.
— Почему?
— Всю спину тебе исцарапаю! — ухмыльнувшись, припугнула Русалка.
— Да я и не возражаю, — припомнив прошедшую ночь, сама собой на лице нарисовалась довольная улыбка.
— Ты не понял. Я Юнгой исцарапаю.
Сразу почувствовал, как питомец усилил свой «массаж». Эти двое точно спелись, принявшись «дружить против меня».
— Русалка, не стоит использовать зверушку в корыстных целях. Это непедагогично. И может плохо сказаться на его неокрепшей детской психике.
— Поэтому ешь грушу, и тогда с питомцем все будет в порядке. Как и с твоей спиной.
Пришлось сдаться под давлением. Груша оказалась очень вкусной. Я съел ее с таким смакованием, что даже Юнга обратил внимание. Вот и пусть завидуют, раз сами заставили.
— Эх, жаль, что такую вкуснотищу ты даже не попробовала, — продолжил мстить я. — Семеныч сотворил очередное чудо. Прямо во рту тает.
— Милый, учти: Юнга может ведь и лицо ненароком поцарапать. Говорят, шрамы украшают мужчин.
— Я у тебя и так красивый, куда уж краше?
— Нет предела совершенству. А вдруг и вправду станешь эталоном мужской красоты. Может, проверим? — она с прищуром посмотрела на меня.
— Не стоит. Твое желание исполнено, груша съедена с превеликим удовольствием. Чего еще угодно несравненной красавице и ее четвероногому питомцу?
— Нам угодно, чтобы ты взял еще кое-что.
Она вернула гелион и редозит высшей категории, которые в контакте не позволяли пришельцам обнаружить их владельца.