"Фантастика 2024-36". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

От подслушивания и созерцания отвлёк подошедший в это время к дому невысокий парнишка, гораздо моложе меня, голубоглазый и светловолосый. Видимо из экономии времени перемахнувший калитку акробатическим прыжком, мальчишка вдруг, увидев меня, будто споткнулся и застыл на месте. Вот тут я лицезрел целую гамму отрицательных эмоций: сказать, что парень был явно рассержен, ничего не сказать — на его лице появилось непреодолимое желание порвать меня на мелкие части. Но то, что произошло далее и вовсе повергло меня в шоковое состояние.
— Это ещё что за новости? — уставившись взглядом полным ненависти, прошипел парнишка:
— Ты о чём? — не понял я.
— Что здесь делает упырь? — не обращаясь ко мне напрямую, продолжил он, явно намекая, так как именно меня он сверлил холодным взглядом синих очей, которым был способен заморозить любого, стоило ему только захотеть.
— Что? — возмущённо сузив глаза, рявкнул я. — Ты кого назвал упырём?
— Оно скорее всего тупое! — ответил мальчишка и явно издеваясь, уверенный в собственной значимости и неуязвимости, продолжил ещё более презрительно: — Оно не разумеет, о чём речь! Как оно здесь оказалось? И как прошло через село и до сих пор шевелится? Оно не понимает, что здесь не рады упырю.
Не выдержав издевательства в его голосе, я поднялся с места, вперив взгляд прямо в его глаза. Я был выше него и старше, соответственно намного сильнее, поэтому не собирался с ним драться. Всё же я был здесь чужим, и не хотел начинать знакомство с жителями с плохого поступка, но парень не дал мне выбора, молниеносно подскочив ко мне и проделав несколько ударов по корпусу с такой силой, какой я от него не ожидал. Не успевая ни отступить, чтобы его кулаки пролетели мимо, ни поставить блок, я получил следующую серию ударов по рёбрам, а затем, чтобы попытаться обезвредить такого прыткого нового знакомого, сцепился с ним, повалив его на землю. И этот парнишка, который был младше и меньше меня, оказался настолько быстр и силён, что я не смог с ним совладать. Мы рыча катались в пыли, но обезвредить его не получалось, мальчишка не дал мне ни единого шанса. Жилистый, юркий, как белка, он был так же настолько силён, что у меня уже звенело в ушах от его тумаков.
— Ярослав, оставь его! — раздался громогласный голос деда, и парнишка мигом вскочил с пыльной площадки, отряхивая свою простую одежду, состоящую из льняной рубахи и коротких штанов. Чувствуя себя разбитым, я тоже поднялся, застыв там же, где только что валялся в пыли, и заметил его недовольный презрительный взгляд, скользнувший по мне.
— Отец, это твой внук Александр, — представил меня деду Святослав.
— Вот мой внук! А не отродье, что ты привёл с собой! — резко рявкнул дед, даже не удостоив меня взгляда, указывая на мальчишку, с которым я подрался. — Сын моей дочери, и на него возложены все мои надежды. Ярослав, подойди, познакомься. Этот считает себя моим блудным сыном. Дед специально поступил так, представив младшему старшего, и даже не назвав имени отца, видно хотел унизить и больнее уколоть. Паренёк подошёл к деду и встал по правую руку. Я остался на прежнем месте, униженный и раздавленный.
— Отец, не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь, поймёшь ли? Моя вина перед родом, но не перед тобой, я защищал родную кровь! — воскликнул отец.
— Не за прощением ты сюда пришёл! — хмуро произнёс старик, помолчал немного и продолжил: — Я уже привык думать, что у меня никогда не было сына. Легче было признать, то ты умер!
— Отец, зачем ты так? — сокрушённо проговорил Святослав.
— Как ты посмел вернуться? — резким тоном спросил дед.
— Меня Ратмир позвал, — совсем уж тихо ответил он.
— Ратмир? Это ещё надо разобраться, кто ему дал право звать предателей и кощеев на нашу землю.
— Ладно — я никто для тебя, предатель, урод, как меня не назови, я всё приму, но мой сын не кощей! — резко и гневно проговорил мой отец.
— Ты мне будешь говорить, кто твой сын? Я ещё не выжил из ума! И сам могу во всём разобраться! Всё в нём выдаёт кровососа, даже не спорь. Чувствуешь специфический присущий им одним смрад? Или за столько лет ты перестал отличать чудовищ?
 
— Мой сын волк! — возразил отец.
— Тебе хочется так думать! — резко ответил дед.
— Он переродился, отец! И не погиб при этом! Он воин! Ты сомневаешься в том, что дух волка избрал его? — продолжал горячо говорить отец.
— Земля меняется, и всё меняется на ней. И кощеи приспосабливаются. Ты слеп и глух, если не замечаешь этого. Тебе и отродью нечего здесь делать. Внемли словам — обоим вам уйти сегодня надобно и никогда более не возвращаться. Ещё благодарны будете, что жизнь вам сохранили! — сказал, как отрезал дед.
— Мы никуда не уйдём! — уверенно сказал отец, глядя деду прямо в лицо и не отводя взгляда от буравящих его серых глаз.
— Твоя бедная мать выплакала все глаза, когда ты оставил нас, всё смотрела и смотрела вдаль, поджидая тебя, думала, ты образумишься, вернёшься, а тебя всё не было, она так тебя любила — не дождалась.
— Мне так жаль… — тихо произнёс отец.
— Не ври мне — ты никого не жалел! Ты пошёл против стаи, против семьи, защищая чудовище, которое по недоразумению считаешь сыном.
— Отец, он не чудовище. Иначе, зачем боги позволили ему жить!? И нашу участь пусть решит община!
  
Глава 2. Решение стаи
 
Александр
Члены стаи собрались вечером на поляне у костра. К нам с отцом многие отнеслись недоверчиво. Одни хмуро оглядели меня с ног до головы, другие даже не удостоили ни единым взглядом, отца тоже игнорировали. С самого начала было понятно, что нас не примут, но слово вожака стаи Ратмира стало решающим.
Стая собралась вокруг костра, здесь были и молодые и взрослые волки, пришли даже старики, вроде моего деда, у которых уже давно не было сил на то, чтобы совершать оборот, но они имели большое уважение среди молодых, как самые мудрые и прожившие долгую трудную жизнь. Мы с отцом сидели поодаль от остальных, не удостоенные приглашения к костру, но прекрасно слышали, о чём говорили оборотни.
Речь держал дед:
— Собратья, вот поглядите, вернулся непутёвый! — сказал он, простирая руку в сторону Святослава, но, не называя его ни по имени, ни сыном. — Кто этому рад?! — все молчали. — Вся стая в смятении, вас более меня волнует, кого он привёл с собой. И чувства вас не обманывают. Видать настали трудные времена, раз на нашу землю стали приходить кощеи!
— Но мой сын не кощей! — вспылил отец, вскочив на ноги и нервно сжимая до хруста пальцы в кулаки. Он подскочил к костру. Глаза его сверкали. Образ то и дело подёргивался дымкой, словно он готов был совершить оборот и подраться с остальными, чтобы доказать свою точку зрения.
— Он настоящий волк! Парень переродился поздно, когда ему было уже семнадцать лет, но до этого жил, как обычный человеческий ребёнок и никогда не употреблял в пищу крови, — продолжал он.
— Что бы ты ни говорил, мы чуем вампирское отродье! — выкрикнул кто-то из молодых волков.
— Ему самое место среди кровососов! — добавил ещё кто-то.
Я на них не смотрел, отвёл взгляд, понимая всю тщетность попытки присоединиться к своим. Уж они-то своим меня вряд ли когда-нибудь посчитают. Зря мы проделали этот путь. Быть мне волком-одиночкой.
— Ты, щенок, причисляешь парня к кровососам, даже не зная, сколько он от них перенёс! — жёстко с рычащими согласными рявкнул отец. — Он ненавидит их так же сильно, как мы вами, если не больше! Многие из вас ещё даже не видели кровососа в живую, вас берегут, готовят, а мой юный сын уже сражался с ними! И мог погибнуть, потому что рядом с ним не было братского плеча. И теперь вы говорите, что волк не может прийти к своим, таким же волкам? Ратмир! Ведь, ты же сам нас позвал!
— Да, я говорил, что вы можете вернуться и жить среди подобных себе, — спокойно ответил Ратмир. — Я знаю, что твой сын волк. Но я должен выслушать всех членов стаи, а так же, что скажут старики.