Детективное агентство "Клык оборотня" (СИ)

– А ты откуда об этом знаешь? Уже проходил это с кем-то? – во мне вдруг проснулась ревнивая мегера.
– Естественно, нет, – рассмеялся он. – И мне, оказывается, нравится твоя ревность. Я сразу ощущаю свою значимость. Церемонию я ни с кем не проходил. Но я же учился в школе оборотней. И если что-то не прошёл на уроках, то это восполнялось рассказами друзей. Поэтому мой совет: надевай наряд попроще, который ты сможешь легко надеть потом.
– В смысле, надеть? – совсем растерялась я.
– А снимать его буду я! – расхохотался довольный Ягр.
Скажите, как же нужно одеться девушке на свадьбу, если её предупредили, что предстоит раздеться прямо в храме? Даже в нашем, более просвещённом, на первый взгляд, мире такого себе не позволял никто. Мужик мог жениться на мужике, однако, чтобы снять одежду…
Я призадумалась. Хотя о чем тут думать? Всё же оборотни существа иного измерения. И вполне возможно, что у них традиции, мысли, обычаи совсем другие. Превращаясь из зверя в голого человека, они точно никого не стесняются. Как-то не до того. А вдруг он там в волка превратится?
Я глубоко вздохнула и уточнила на всякий случай:
– А ты на церемонии всё время будешь в человеческом обличии или нет?
Антон как-то сердито с прищуром посмотрел на меня. Затем внезапно расхохотался:
– А если нет? Ты откажешься становиться моей женой?
– Ты же знаешь, что я за тобой в огонь и воду пойду, и патроны подавать буду. Но хотелось бы быть подготовленной, – отмахнулась от хохочущего мужа рукой.
– Спасибо! – он поймал меня в объятия и нежно поцеловал чувствительную кожу за ушком. Сразу захотелось плюнуть на всё церемонии и остаться дома. Только проблему это бы не решило.
У оборотней не было такой приметы, что невесту нельзя видеть в платье до венчания. Наряду они придавали намного меньше значения, чем люди. Я это поняла уже на церемонии. Поэтому мы вместе выбрали платье из тонкого белого муслина, расшитого белым же кружевом. Я его брала на самую жаркую погоду. Это было даже не платье, а сарафан с лифом, собранным на резинку и открытыми плечами. Только ночью всё же не жарко. И сверху я накинула лёгкую белую накидку из неизвестного для меня меха. На волосы закрепили лёгкую вуаль, закрывающую лицо.
Ягр же снова надел белый китель и брюки. Сегодня я уже знала, что это парадная форма чиновников из третьего управления. Главное, красиво!
Отец Аркадий ждал нас в пустынном храме.
– Всё же люблю я церемонии без зрителей! – улыбнулся он нам. – В этом случае я уверен, что брачующиеся сердцем обращены к богу, а не думают, как красивее встать или повернуться. Да и меня с мысли никто и ничто не сбивает. Начнём?
И после нашего согласия начал церемонию. Слова зазвучали уже знакомые. И когда он дошёл до вопроса:
– А ещё в связи с этим я должен спросить у присутствующих, есть ли у кого возражения против данного брака? Вы должны сказать об этом сейчас или никогда, – я ощутимо вздрогнула и оглянулась. На лице же моего мужа заиграли желваки. Но он быстро взял себя в руки и пожал мою ладонь, которую держал в своей руке.
И когда никто не появился и не объявил о невозможности брака, отец Аркадий тоже облегчённо выдохнул и продолжил церемонию. Взмахом руки он сотворил из воздуха чашу золотого цвета, расписанную черными лаковыми узорами. Другой рукой призвал к себе тонкий стилет.
Тут меня настиг другой страх. Я поняла, что придётся резать себе руку.
– Не бойтесь, княжна, – улыбнулся священник. – Я в этом деле великий специалист. И никто ещё в обморок не падал и жалоб не писал.
Я кивнула в ответ, боясь, что могу стать первой. Ягр ловко зажал мой безымянный палец на левой руке. А отец Аркадий его проткнул кончиком стилета. Действительно, больно не было. Из пальца показалась крупная капля темной крови, затем она упала на дно чаши.
Вторым протыкал палец Антон. И его кровь упала в сосуд.
– А теперь самое главное! – торжественно произнёс святой отец и насыпал в чашу какой–то серый порошок со словами:
– Магия, прими в своё лоно верных твоих подданных, Бог благослови и объедини! – и напряженно замер. И лишь после того, как из чаши поднялся голубой столб искр и мужчины облегчённо вздохнули, я поняла, что вот она – самая главная проверка.
 
– А сейчас, молодые, вам предстоит обагрить девственной кровью священный алтарь! Вам даётся полчаса. Я буду ждать вас снаружи, – с этими словами нам была вручена белоснежная простынка. А нас слегка подтолкнули в незаметную дверь на стене.
Я внезапно поняла, чем мы там будем заниматься. Закрыла лицо руками и потрясла головой, отчаянно краснея:
– Всё же хорошо, что сегодня мы венчаемся без свидетелей. Представляешь, всё гости поняли бы, чем мы там занимаемся! – даже представлять это не хотелось.
– В нашем мире этот ритуал в порядке вещей, – пожал плечами муж. А затем стянул с меня меховую накидку, спустил с плеч лямки сарафана и впился губами в основание шеи. И всё переживания тут же ушли на второй план. Всё же его губы творили со мной чудеса.
Я не заметила, как платье осталось лежать бесформенной кучкой на полу. Меня же подхватили на руки и положили поверх простыни на чугунном постаменте, напоминавшем наковальню в кузнице. Вот уж не думала, что алтарь может выглядеть именно так. Удивительно, но он был тёплым. Даже почти горячим. И это тепло расслабляло тело и готовило к самому важному шагу в жизни девушки. Чугун же внезапно стал мягким, а я стала на нем покачиваться, словно на облаке.
Антон же всё целовал и целовал меня. Этот этап мы с ним уже прошли. Но когда он прижал меня своим телом, я немного напряглась. Иногда ожидание неприятностей страшнее самих неприятностей.
– Стилет же не причинил тебе боли? – хищно улыбнулся муж.
– Нет, – прошептала я. И вместе с моим словом он резко вошёл в меня. Я только и успела ойкнуть. А он легонько прикусил мою кожу и прошептал:
– Всё, теперь ты моя окончательно и навсегда!
  
Глава 44
 
После бракосочетания я находилась в состоянии эйфории и ожидала, что мы поедем домой, так сказать, предаваться дальнейшим любовным утехам. Однако Антон меня разочаровал:
– Анюта, нет! – он с жалостью покачал головой. – Оставаться рядом с тобой и не прикасаться сейчас стало чрезвычайно сложным для меня. А тебе нужно немного подождать, пока у тебя подживёт там, чтобы больше не было боли, а было лишь наслаждение.
С этими словами и лёгкой ухмылкой на губах он кивнул куда-то в сторону моего паха, вызывая румянец на моих щеках. Как раздеться перед любимым мужчиной, то я первая. А как поговорить откровенно, то заливаюсь краской. Что поделать, воспитание! Мама всю жизнь вдалбливала мне в голову этикет и правила приличия. И, похоже, преуспела в этом. Только в академии или в отделе я этого не понимала. Не те условия там были. А сейчас ощутила сполна. В итоге мы поехали к отцу.
Двери открыли не сразу. Всё же на дворе стояла глубокая ночь. Но поняв, кто стоит за дверью, тут же доложили князю. Отец спустился вниз в ночной рубахе и колпаке с накинутым поверх парадным сюртуком. Ноги были обуты в домашние тапочки с забавными помпонами. Но при этом весь его облик говорил, что перед нами член высшей аристократии. Он тоже умел носить своё достоинство.
– Что-то случилось? – князь Стрешнев встревоженно разглядывал нас. То есть Ягра в идеальном сюртуке и брюках (он же их предварительно снял и не помял) и меня в немного криво надетом платье и с распущенными волосами. Если учесть, что время было около двух ночи, то его тревогу можно было бы объяснить и без этого.
– Князь, можете поздравить нас. Мы заключили магический брак! – торжественно объявил муж. При этом приобнял меня за плечи и нежно чмокнул в щеку.
Стрешнев застыл на несколько секунд, соображая, что по этому поводу делать и что говорить. А затем неожиданно светло и тепло улыбнулся, кинулся к нам. Сначала обнял зятя со словами:
– Поздравляю! – а потом развернулся и чуть не придушил меня в крепких объятиях: