Сейн. Путь чести (СИ)

— Драки так заводят! — вскрикнула Мири и весело подпрыгнула. Сумасшедшая.
— Рад, что тебе нравится! — криво улыбнулся я — Позже поболтаем, хорошо? Меня уже ждут, наверное.
В этот момент волосатая рука сивого устремилась прямо в мое лицо, я откатился в сторону и вскочил, а здоровяк ударил в пол так сильно, что доска треснула. Справа от меня с визгом пролетел какой-то бедолага, видимо, к нашему веселью решили присоединиться другие. А сзади раздался оглушительный треск, так вот как ломаются дубовые столы. Собрав всю мощь, я долбанул ногой в бок соперника, надеясь повалить, но он только качнулся, а уже через мгновение выпрямился и схватил меня за шею, приподнимая одной рукой. В глазах начало темнеть, но звонкий голос веды я слышал отчетливо.
— Давай, Сейн! Отделай этого слабака! — голосила Мири — Задай жару!
Уверен, она хотела меня подбодрить, но в данной ситуации, только подначивала Трюги. Мужик оскалился, слишком легко швырнул меня в противоположный угол таверны и я с грохотом упал на дубовый стол, за которым сидела пожилая пара. Честный бой — не мой вариант, однозначно.
— Мои извинения, господа! — я со стоном поднялся и поправил скатерть.
— Какой вежливый молодой человек! — пропела старушка-божий одуванчик, вытаскивая кусок лепешки из под моей спины и уже шепотом добавила — Мы болеем за вас!
— Искренне благодарю, мадам! Но вы это зря. — не будем строить иллюзии.
Я сделал шаг вперед, но тут же отскочил. Прямо передо мной кубарем прокатились два крупных парня, размахивая кулаками.
— Где трактирщик? — звонко крикнула старушка, тряхнув седыми мелкими кудряшками и сжала в руках тряпичную салфетку.
— Мадам, прошу, не переживайте! — я ласково посмотрел на женщину и улыбнулся — Мы скоро закончим.
— Что вы, юноша! Я просто хочу сделать ставку!
Неожиданно, но не будем отвлекаться. Бросил взгляд на красное лицо здоровяка, полное ярости, хозяин которого, неожиданно быстро для своего тяжелого тела, двигался в мою сторону. Сметая всё на своем пути, в том числе двух дерущихся мужиков, посуду со столов, вместе со скатертями, стулья, даже плющ с потолка дёрнул, нагоняя страха. Я схватил со стола деревянную кружку, заранее извинившись перед уже знакомой бабушкой и запустил в соперника. Бинго! Прямо в голову! Я было обрадовался, но Трюги даже не моргнул. В равном бою мне не выстоять, так что остается одно. Не по-мужски, конечно, но жить-то хочется! Глаза, горло, пах. Я дождался подходящего момента, резко присел и выставил перед собой стул. Здоровяк налетел на мою преграду своим самым важным местом, застонал и осел, сжимая гульфик обеими руками. А я спешно выломал ножку табуретки, на случай если и это его не остановит.
— Сука! — тонко пропищал Трюги, а на его глазах выступили слезы, остановило. Это радует — За что?!
— Прости, друг! — виновато ответил я, чувствуя всю его боль — У меня не было выбора.
— Да я её три года добивался, что так сложно было уступить? — вы посмотрите, теперь он готов поговорить!
— Слушай, здоровяк, — я выдохнул и присел рядом — не силой же! Нельзя так с дамами, надо нежностью брать, заботой, любовью…
— Да я не понимаю, что этой сумасшедшей нужно! — заныл сивый — Ты думаешь я не пробовал? Цветы дарил, драгоценности, серенады пел, стихи писал, а она…
— Трюги, я сразу сказала! — а вот и виновница торжества — Не выйдет у нас, душа не лежит, понимаешь?
— Да пошла ты, Мирида! — хлюпнул носом бедолага — Я тебя так люблю, а ты нос воротишь!
— Чего обижаешь парня? — я грозно глянул на веду, похлопав здоровяка по плечу.
— Ты-то чего? — изумленно вытаращилась на меня девчонка — Хочешь чтобы я с ним на свидание сходила? Или сразу в койку?
— Я… — задумался.
Допустим Мири сейчас уйдет с сивым. Он ее обнимет, проведет по волосам, коснется ее бархатных алых губ. Внутри всё задрожало от… От злости? Прижмет ее изящное тело. Нет. Не хочу. Однозначно, не хочу!
— Чего застыл, Сейн! Подождешь пока мы покувыркаемся с твоим новым другом?! — завелась Мири. Сердится. Мягкие щеки зарделись, грудь поднимается от порывистого дыхания, глаза сверкают, как два драгоценных изумруда, такая… красивая.
 
— Я… Нет, Мири! — с трудом оторвал взгляд от девчонки — Если ты, конечно, сама не хочешь.
— То-то же! — гордо вскинула голову веда — Пошли, поужинаем в более спокойном месте!
— Куда собралась, милочка? — к нам подплыл тучный хозяин таверны — Кто платить будет за порчу имущества?
Через час мы все-таки вышли из заведения. После долгих жарких торгов, на нашу долю выпала оплата ужина пожилой пары, сломанный стул и моральный ущерб. Надо бы денег раздобыть, с таким приключениями нужна приличная сумма. На еду, воду, ночлег, поврежденную мебель и лекарства. Спина ныла, голова раскалывалась так, что немного подташнивало, кожа на шее горела, но я молча плелся следом за бодро вышагивающей девчонкой. Коней мы оставили, потому что залог за стойло и еду для животных нам, конечно, не вернули. А до следующего гостевого дома километра полтора, не меньше.
— Четвертое правило — не ломать стулья в тавернах. — нарушила тишину веда — И пятое — не падать на чужие столы с едой.
— Принято. — виновато ответил я.
— Уж постарайся, Сейн! — съязвила веда, но через мгновение все-таки смягчилась — Спасибо, что заступился.
— Честь дамы превыше всего! — гордо ответил я и чуть помедлив, решился спросить — И давно вы знакомы с сивым?
— С Трюги? Три года. — беззаботно ответила веда — Я тут жила как-то летом.
— И что… — странный вопрос, конечно, но мне надо знать — Что у вас было?
— Тебе какое дело? — не оборачиваясь бросила девчонка — Что было, то было!
— Извини, — жаль, не вышло — ты права.
— Ничего не было, Сейн. — понизив голос, сказала веда, а мне даже дышать, кажется, легче стало — Прицепился, ухаживал, даже замуж звал, но не нравится он мне, ясно?
— Бывает. — хмыкнул в ответ, как будто меня это волнует.
В ближайшей таверне было пусто, за высоким прилавком стояла приветливая сухонькая женщина, в белоснежном переднике, а у двери скучал крепкий седой мужчина, видимо, охранник. Мы плотно поужинали, перекинувшись парой общих фраз, выпили немного вина и поднялись в просторную комнату. Одна кровать стояла за высокой расписной ширмой и Мири сразу спряталась за ней, я сел на вторую, у окна и помассировал виски. После еды боль немного отступила, но голова все еще гудела. Коснулся лба и, зашипев, одернул руку, зараза!
— Болит? — показалась копна рыжих волос и два зелёных глаза.
— Не сильно. — соврал я.
— Так и быть! — девчонка выплыла из-за ширмы в тонком ночном платье на бретелях, шелковая ткань которого, соблазнительно обнимало упругое тело. Она опустилась передо мной на колени и положила ладонь на голову.
— Ты что делаешь? — воздуха стало значительно меньше, а в штанах невыносимо тесно. Твою ж мать!
— Плету венок из ромашек! — нахмурилась веда — Слепой?
— К сожалению, нет. — набрал побольше воздуха и закрыл глаза.
— Смотри на меня. — шепнула Мири.
— Что? — да она издевается! — Это еще зачем?
— Надо. — спокойно ответила девчонка, нежно поглаживая мой многострадальный лоб.
— Ты бы оделась. — я приоткрыл один глаз.
— Ты бы не дергался. Если, конечно, не скучаешь по рожкам.
— Не скучаю, — открыл второй и провёл взглядом по изящной шее веды, ниже, к высокой груди — а ты часто в таком виде разгуливаешь?
— Любуйся молча, Сейн!
— Больно надо! — не отрывая глаз, возмутился я.
— Ага. — усмехнулась девчонка — Тогда просто заткнись.
Резонно. Я притих и через несколько невероятно долгих минут боль ушла, а вместе с ней напряжение и Мирида. Даже рожек взамен не оставила. Я поблагодарил ее за помощь и постарался поскорее вырубиться. У меня даже получилось, только вот я проснулся через пару часов. Подскочил, не в силах унять странное чувство. Меня звали. Настойчиво, громко. Прямо сейчас. Я знаю куда идти, самый короткий путь, знаю что искать, но не понимаю, зачем. Внутри бушует пламя и я не могу его унять! Навернул пару кругов по комнате, выпил воды. Не проходит. Тихо подошёл к веде, стараясь не разбудить, спит. Так сладко. Тряхнул головой, вернулся в постель. Сон не шел, а огонь внутри разгорался все сильнее. Да что происходит?