Прагматик (СИ)

Щеки девушки густо покраснели.
— Ах ты, грязная свинья!
Тут же с жезла сорвалась молния. Я резко наклонился всем корпусом вправо, и желтая вспышка растворилась в синеве неба.
— Почему же сестренку так волнуют мои успехи на поприще любви? — засмеявшись, прыгнул в сторону. Как раз вовремя: лестница утонула в желтом свете. — Неужели ты тоже хочешь… — кувырок прочь от нового поражающего удара, — …поучаствовать в моем развитии?
— Не смей мне предлагать свой разврат! — выдохнула девушка, обильно сыпля молниями.
— Долбаный самоубийца, зачем ты ее злишь? — закричал Кира, нырнув вслед за Коджи под защиту двери. Вся крыша уже полыхала в желтых вспышках. — Она нас всех замочит!
Преследуемый градом молний, я понесся вдоль ограды. Аяно не отставала. Каждое ее движение я упреждал на миг, опознавал направление ударов до того, как они наносились. Чтобы опережать девушку, я бил все рекорды скорости. Долго мне так не выдержать.
— Я убью тебя, свинья! — рычала Аяно, размахивая жезлом.
— У нас разве не отчисляют за убийство ученика? — бросил я через плечо.
— Ученика — не свиньи!
Бетонный колпак замаячил перед глазами. Нырнув за него, я остановился, присел. И резко схватил в охапку вылетевшую Аяно. Она дернулась, едва не скинув меня. А затем ее мускулы стали будто стальными. Напев усиления!
В эту игру можно играть вдвоем.
Боевая техника «Усиление» успешно использована. Ваши физические характеристики повышены на двадцать процентов. ─ Раздалось в моей голове.
Мы схватились на равных. Но время болело за Аяно. Через полминуты я ослабну. У девушки же было в запасе не меньше десяти минут. Достаточно, чтобы размазать меня по бетону.
Чтобы выиграть схватку, я повалился вместе с Аяно на ограду. Железная сетка прогнулась под нами. Я сильнее надавил плечом, прочная проволока изогнулась, и мы с Аяно повисли над обрывом, как любовники в плетеном гамаке.
Янтарь разъяренных глаз Аяно горел ярче солнца. Я ощутил, как волны силы поикадают меня, и следом обмякают мои мышцы. Тут же Аяно резким рывком вырвалась и схватила меня за воротник рубашки. Теперь я не сопротивлялся. Теперь можно. Теперь наши лица были близко друг к другу.
— Пусти ты сейчас молнию, мы сгорим оба, — прошептал я ей в губы. — Но, по-моему, ты и я уже горим.
Лицо Аяно вытянулась. Девушка покраснела до кончиков ушей.
— Когда ты научился так скакать? — попыталась она перевести тему. — Куда пропал вечный трус Хенси?
— Бояться тебя? — я, зажатый в тисках, улыбнулся так, будто мог свободно вздохнуть полной грудью. — Мы же знаем друг друга с детства, разве нет?
— Я не знаюсь с инкубами, — прошипела Аяно. Я потянул руку к ее лицу и убрал красную прядь, упавшую на янтарный глаз. Дыхание девушки замедлилось, и воспользовался этой остановкой, чтобы подхватить сознание девушки своим голосом, затуманить его и повести за собой.
— Даже став инкубом я всегда буду защищать тебя, Аяно. Просто иди за мной. Просто слушай меня. Просто верь мне…
Глаза Аяно словно остекленели. Погруженная в транс девушка закачала головой.
— Отпусти меня, Аяно, — велел я мягким голосом, продолжая втягивать ее в собственные ритмы.
Ее руки отпустили мой воротник и безвольно повисли.
— Хорошо, а теперь расскажи мне, чего боится Тэмми Кигуми?
Поднялся ветер и прохладным порывом обдал нас двоих, застывших над пропастью. Не обращая внимания на скрип проволоки под нами, я задавал очередной вопрос. Вопросы сыпались из меня один за другим.
— Где находятся ваши ангары с мобильными доспехами? Назови мне пропускные пароли туда. Через какие оффшоры проводите большинство переводов? Какие компании используете как посредников? Какой интерес имеете в горячей точке в Малайзии? Сколько людей вы оттуда отправили? Сколько из них магов?
Когда прозвенел звонок на урок, я выпустил Аяно из транса. Удивленно моргая, девушка посмотрела на меня. Конечно, она не помнила мои вопросы. И, как подчистую выложила все о делах своего клана, тоже.
— Поспеши на урок, отличница, — я сполз с сетки. На лице Аяны отразилась паника.
 
— Уже урок?
— Ага. Время со мной летит незаметно, правда?
Вмиг она спрыгнула на крышу и, не глядя на меня, побежала к выходу. Я тоже пошел в свой класс.
  
Глава 9
 
Дом семьи Аматаро стоял неподалеку от резиденции клана Нога. Со всех сторон его окружали дома других меньших родов. В небольшом опрятном коттедже не было постоянных слуг. Только раз в неделю Сакура нанимала клининговую службу для уборки. Готовкой занималась сама Сакура. Ей было двадцать два. Помимо нее в семью входили двенадцатилетние близнецы Мика и Мицура и старший брат Сего. Отец и мать Аматаро погибли в авиакатастрофе пять лет назад. Поэтому главенствовал в семье как самый взрослый Сего.
Близнецы, понятно, еще учились в средней школе. Сего был собачкой на побегушках у Маширао Нога, основной доход в семью приносил он. Сакура иногда подрабатывала моделью в рекламе, обычно же клан использовал девушку как гетеру, подкладывая в постель коррумпированным политикам и бизнес-партнерам.
Когда я пришел со школы, состоялся мой первый ужин в кругу новой семьи.
— Чего так поздно? Девушку что ли завел? — сказала Сакура, обняв меня и поцеловав в щеку. Поползновений к моим губам красавица-гетера больше не делала, решив понаблюдать и подождать реакции с моей стороны. Хотя при каждой нашей встрече все так же терлась об мое плечо почти не прикрытой грудью.
— Куда там. Всего лишь клубная деятельность, — соврал я. Три часа мы с Кирой и Коджи подбирали техники медитации, которые бы улучшили КПД и Индекс полезности их топлива.
— Так и поверила. Садись за стол, ловелас малолетний.
Вскоре на кухню пришли близнецы и Сего. За ужином Мицура спросила, ковыряя палочками дымящийся удон.
— А, правда, Хенси, что ты был обычным человеком?
— Правда, — кивнул я. — Магом.
Мика тут же встрепенулся:
— А брат говорит: ты стал инкубом, только что бы встречаться с женщинами. Типа так они не смогут отвертеться.
Сего громко стукнул кулаком по столу. Звякнула зашатавшаяся посуда.
— Кажется, я просил не болтать за столом, — зарычал он. Как испуганный зверек, Мика сразу же опустил глаза в тарелку. Дальше ели в тишине.
Руки близнецов дрожат, лица напряжены. У Сакуры обеспокоенный взгляд. Страх, пахнет страхом. В этой семье не все так гладко.
— Ты громко чавкаешь! — вдруг заорал Сего на Мику, — я же просил есть тихо!
— Прости, брат, прости, — запричитал мальчик. Сакура привстала.
— Мика, не извиняйся. Сего, он ел тихо.
Старший брат швырнул в ребенка тарелку с удоном.
— Он даже дышит громко!
Глиняная посуда разбилась о лоб Мики, он упал со стула. Мальчик стеная приподнялся на четвереньки, Сего подскочил к нему и стал пинать.
— Сега, не смей! — Сакура схватила брата за руку, он оттолкнул ее и снова пнул Мику.
— Заткнись! Прекрати плакать! Я хочу всего лишь тишины!
Он безумен.
Мицура тихо плакала над своей тарелкой удона. Сакура оттолкнула Сего с криком:
— Прекрати! Ты убьешь его.
Рука Сего взметнулась, чтобы ударить сестру. И угодила в мой захват.
— Пусти, — сдавленно прошипел старший брат. На его лице я видел только буйство и безумие. Таких людей невозможно читать.
Его мозг деградирует. Он непредсказуем и опасен.
— Если ты изобьешь нашего брата до смерти, мы не сможем пообедать, — сказал я и дернул его кисть, чтобы боль вернула ему остатки разума. Сего захрипел, в его глазах прорезалась ясность.
 
— Пусти, — повторил он с угрозой в голосе.
Нельзя с ним сейчас драться. Он уровня Искусителя, его боевые техники превосходят мои.
Я разжал пальцы. Выпрямившись, Сего секунд десять смотрел на меня, в глазах полыхала жажда мести. Сдержавшись, он зашагал прочь из кухни.