Земля Обетованная (СИ)

— Остальное на месте, — помахал лапой я.
В принципе был готов, что этот деятель свалит — но нет. Просто кивнул, скрылся в недрах своего транспортного средства, которое стало разгоняться. И да, очень медленно стартует, со всякими бурлениями, попёрдываниями. Но вот уже стартовав — чертовски быстрое и маневренное судно. Сделало вокруг буксира пару кругов, потом выровняло скорость и реально стало указывать путь. Действительно «кривым» маршрутом — вбок от острова, который почти скрылся из вида, а потом уже по прямой к нему. И стал появляться город. Вообще, судя по рассказам всяких очевидцев, весь остров — город. Но, как и положенно очевидцам, эти типы врали, выдавая воображаемое за реальность. Город был действительно огромен, но не подавлял — скорее радовал. Уж меня точно радовал, потому что состоял из десяти и более этажной, плотной застройки. Не безликих серых коробок, всякие украшения, мозаики и прочие финтифлюшки были, и были вполне уместны и симпатичны. Но ощущение настоящего мегаполиса появилось у меня впервые… Ну хотя Золотой я тоже стал воспринимать мегаполисом-домом, но всё же Вакан выходил более мегаполисом, вполне себе мегаполис Земли, если вместо безликой урбанистической архитектуры использовать не безликую.
Ну так вот, остров был километров пятнадцать на тридцать, этаким полумесяцем. И город занимал от силы пятую часть, что на остальной — не знаю, но подозреваю какое-то аграрство или что-то такое.
При этом порт хоть и был немаленьким, но недостаточным для такого огромного города. По моим прикидкам, здесь жило не меньше миллиона горожан, учитывая высотность домов. И при этом порт был далеко не забит кораблями, свободного места было не меньше трети. Ну а корабли — типичные буксиры, как и наш, с не менее типичными баржами. Хотя отдельно от общей массы были запакованы пяток катеров с пушками, однотипные с нашим провожатым. Который довёл нас до входа в полукруглую искусственную бухту, замещающую должность порта, получил в своего капитана прицельно брошенными монетками и, лихо развернувшись, уплыл вдаль. А мы двинули в порт, где пристали к этакому розовато-белому каменному мостку.
Кстати, этот же цвет преобладал в застройке города: не удивлюсь, если местные то ли вывели, то ли как-то используют с помощью магии или алхимии кораллы: очень на это похоже.
А к месту нашей парковки ехал… автомобиль. Ну, скорее багги — открытый, вообще без стен четырёхколёсный агрегат, с тремя седоками. Подъехал, и из него выбралась тройка бюрократов столь бюрократичного вида, что ошибиться невозможно. Даже если не обращать внимания на паки в лапках и выражение физиономий, сюртуки (практически пиджаки) серо-пыльного цвета в бледно-зелёную вертикальную полоску. Так одеваться могут только заслуженные бюрократы, любой другой в этой одежде просто растворится от блеклой серости.
Но машина меня окончательно убедила: технологический уровень этого Мегаполиса чертовски высок. И возможность сбацать судно тут не просто вероятна — а гарантированно возможна.
— Представьтесь, назовите цель прибытия, предоставьте товары для осмотра и занесения в таможенные списки, — очень скучно, ровно, но тем не менее, прекрасно слышимо с нескольких метров огласил самый скучный и забюрокраченый из троицы.
— Епископ Михайло Потапыч, цель — знакомство с городом, товаров нет.
— Необходимо проверить, — проскрипел чин.
— Представляться в ваших краях не принято, я уже понял. Национальная традиция? — широко скалясь уточнил я.
— Если у вас будет жалоба на нашу работу, — загудел бюрократ, — то обратитесь в портовое управление. Местопребывание служащих и выполняемая ими работа там фиксируется. Так что представляться нахожу излишним. Ваше же имя, как и имена вашего экипажа, нужны не ради праздного любопытства, а для составления документации. Могу оформить обязательство, в письменном виде, что я и мои подчинённые не будем использовать узнанные нами имена вас и вашей команды, кроме как в оговоренных законом случаях.
— А оформляйте, — заинтересовался я.
 
И ведь действительно оформил, чернильная душонка! Вытащил из папки лист, начирикал там пером в полминуты, приложил печать. И его подчинённые — тоже. Так мол и так, портовый смотритель с шестизначным номером (соответствующим номеру на печати) обязуется… и дальше по тексту. И его помогальщики так же отметились печатями-номерами.
После чего эта троица уныло накинулась на корабль и команду. По буксиру пробежались галопом, но носы засунули везде, вплоть до двигателя, который, как оказалось, довольно легко собирался-разбирался, точнее, его кожух. То есть за десять минут «обшмонали» весь буксир, причём как руками-глазами, так и магией с какими-то артефактами.
— Товарного количества имущества не обнаружено, кроме серебряных монет. Епископ Михайло Потапыч, с чем связано хранение средств в серебре, а не золоте?
— С моим желанием, — фыркнул я, что чин с каменной мордой записал в папочку.
И вот я думал, что всё… Да щаззз! Эти деятели накинулись на команду. Вопросов было не так много, но задавали их каждому и каждого записывали. Лиам, прошедший эту процедуру одним из первых, подошёл ко мне, ошалело поматывая головой и с ужасом взирая на разнузданный кутёж бюрократии.
— И тебя посчитали, — ухмыльнулся я старпому.
— Это… да, Михайло Потапыч. А что это всё так…?
— По-моему — нормально, — хмыкнул я. — Вот если бы у нас вымогали мзду…
— Мздоимство по законам Вакана карается десятикратным штрафом в размере мзды и отлучением от права служить городу, — занудно проскрипел один из чинов, явно греющий уши одновременно с опросами. — Мздодатель, в случае если инициатором дачи мзды был он, карается двукратным штрафом от размера предложенной мзды.
— И что, соблюдается? — уточнил я.
— Да. Следующий, — проскрипел чин.
— Так вот, Лиам, это — нормально. Правда, причин может быть несколько.
— И каких же, Михайло Потапыч?
— Слишком много чиновников, которые выполняют работу полностью по предписаниям. Иначе их работы не будет видно, а из-за количества на их место всегда найдётся другой. Часто ненужную работу, бывает, что вредную, но она сделана, а они при деле, — обозначил я земной вариант бюрократии.
— А ещё?
— Мало чиновников. В таком случае эта троица делает нужное дело, фиксируя и регистрируя нас. Возможно, есть какие то способы обмена ими узнанным, для стражей, мытарей, других чиновников.
Чинуши это слушали, но дела не прекращали и всех посчитали. После этого главный и ещё один свалили к своей машинке гольфиста, а один остался и потопал ко мне.
— Епископ Михайло Потапыч, портовый смотритель не выявил у вас облагаемых пошлиной товаров, — пробубнил он. — За пребывания вашего судна в порту Вакана надлежит заплатить портовый сбор…
— А что мне за это будет? — заинтересовался я, хотя готов был к ответу «на восстановление провала» или что-то типо того.
— Вакана отвечает за вашу собственность, пребывающую в порту, в случае, если ущерб ей будет нанесён не вами и не по вашей вине, — несколько удивил, в хорошем смысле слова, чиновник.
— Словами? — уточнил я.
— Финансами, вплоть до полной компенсации в случае уничтожения, если вашей вины в том не будет.
— Ну и хорошо, — довольно заключил я, хотя сомнения в сказанном были.
Но даже если это «декларация намерений», сам факт этого уже довольно интересен. И вообще, хотя забюрокраченность портовых как по мне — чрезмерная, но в общем мне уже нравится.
— Рекомендую заплатить на месяц — так вы сэкономите пятнадцать процентов платы, — страдающе продолжил чин.
— И сколько?
— Полтора золотых, епископ.
Дороговато, но после даже не квитанции, а полноценного «договора» я денег жалеть не стал. А чин выдал мне бумажку и потопал к таратайке.
— Эй, уважаемые! — рявкнул я.
— Да, епископ?
— Мы, вообще-то, в первый раз в вашем городе. Где…
— Обратитесь в портовое управление. Соответствующий чиновник ознакомит вас с правилами, законами и обычаями. Рекомендую проследовать всем, выйдет дешевле.