Земля Обетованная (СИ)

Красный петух успешно подпустился, начав заниматься свойственной красным петухам деятельностью. А я, дождавшись более-менее удовлетворительного результата, направился подальше от этого бандитского логова, пылающего весёлым огоньком.
А через три с лишним недели я стоял на площади Аргида, широко скалился и помахивал ратуше лапой. Даже тележку специальную к аркубулюсу приспособил для моих сокровищ — соорудили в поселении за изведение навского муравейника. Натурального муравейника: этакий коллективный дух из тысяч индивидуально слабых насекомых духов, хорошо хоть горели в душевном огне без протестов и апелляций.
— Подготовился, — смерив меня взглядом и остановив взгляд на тележке выбравшийся из ратуши Норг.
— Ага, — радостно покивал я. — Привет, мэр.
— И тебе привет, епископ. Заводи своего зверя в ратушу, грузить твою награду будем, — вздохнул не слишком радостный градоуправитель.
Динька шуршала и вроде никаких гадостей не предвиделось. Так что подогнал я тележку, в которую кряхтящие чиновники стали грузить мешки. Динька их, конечно, проверить не могла. Но звенели серебром, так и ощущались. Ну а мэр клятву давал: если обсчитает, то от богов ему прилетит весьма ощутимо. Ну а примерно — так как я прикидывал и выходило, по объёму.
— Всё, — буркнул Норг. — И не был бы ты таким жадным…
— Не жадным, а домовитым. Я — не городские, на шахту вашу не претендую, и убивать и порабощать не желаю, — сообщил я.
Сделал лапой и свалил из Аргида. Двигал насторожено и параноисто мониторил округу, но засад и прочих неприятностей не было. Что меня приятно удивило, когда я через сутки дороги приближался к городским воротам Рико.
Некоторое беспокойство у меня, конечно, было. Но в Рико при всех буржуазных семействах и прочем — вряд ли перебили моих водоплавающих, по крайней мере, всех и сразу. Ну а что перебиваемые обратятся к почтальону, и я буду в курсе — я был уверен. Ну а задерживаться в городке я и не буду, даже если на буксире нехватка еды-воды — отчалим сразу. По дороге закупимся или даже просто наберём воды и еды — острова в пределах суток пути были.
— Что за груз везёте? — поинтересовался старший приворотный стражник.
— Я груза не везу, — с сиволапой и надменной мордой ответил я.
— А что в телеге? — прищурился на меня тип, тогда как прочие стражники подобрались.
— Какой телеге? — залупал я глазами, на что нахмуренный стражник указательно тыкнул в тележку. — А-а-а… Это. Так это не телега, — наставительно поднял я палец. — Это — мой кошелёк.
— Это⁈
— Ага.
— Э-э-э… — свёл страж глаза в кучу, да и его подчинённые не отставали.
— Ну могу показать, — добродушно махнул лапой я.
— Эта… да!
Показал, даже один из мешочков развязал. Собственно, основной причиной, почему я с аргидусян требовал монеты, именно законы Рико и были. Весовое серебро вполне могло стоить больше, чем аналогичный объем серебряных монет. Ненамного, но вполне возможный расклад, как могло и меньше. Вот только серебро, как и любой товар, в Рико облагался пошлиной. А деньги, как понятно, нет. Правда, стражник попытался подвести мои капиталы под «получено с боя», на что я спокойно поклялся, что серебро в телеге — плата за работу, и данная пошлина тут не применима. Ну а про золото в сумке аркубулюса я не говорил, а придавленные объемами серебра стражи не спрашивали. Так что они остались без поживы, а я поехал по улицам Рико в направлении порта.
  
23. Ожидаемые и не очень неприятности
 
Несмотря на то, что стражники на меня с воплями «держи-хватай мешавшего нам заниматься противоправной деятельностью Потапыча» не орали, расслабляться я не собирался. И сам исправно зыркал вокруг (и приглядывал за телегой, само собой), да и Динька сверху мотыляла, оглядывая округу. Но до порта никаких неприятностей не было. Не было их и в порту: я до них просто не доехал, проверяя Динькой.
Зрелище ни хрена не радовало, хотя было не настолько хреновым, как могло бы быть. А именно, наш буксир как был запаркован в порту, так и был запаркован. Правда, внутри и на палубе никого не было. А на мостках торчала четвёрка стражи со скучающими мордами, явно охраняя моё имущество. И есть у меня подозрения, что охраняют эти типы буксир не от несознательных элементов, пока команда предаётся культурному отдыху. При этом, кровищщи на буксире не было, как и эманаций недавних смертей, такое Динька прекрасно чуяла.
 
А значит, надо найти экипаж. То, что их перебили — крайне маловероятно, стал я вспоминать законы Рико. Да и отсутствие боя-смертей на корабле — тоже фактор, этому противоречащий. В тюряге… возможно, но маловероятно. Как моя «собственность» водоплавающие не значатся, но при каких-то претензиях подобного толка привратная стража бы и мне претензии предъявляла, а не изумлялась изяществом и роскошью моего портмоне. Ну а что ВЕСЬ экипаж, поголовно, накосячил на каталажку — просто из разряда фантастики, учитывая мягкое к приезжим законодательство.
Вот только где эти бездельники могут ошиваться… О, понял! Они ошиваются в близлежащем кабаке, с вероятностью в девяносто процентов. Девять — на каталажку, но туда я направлюсь если в кабаке не найду. Да и если их не будет в питейно-гостиничном заведении, там точно будет информация. Ну и процент остаётся на то, что их всё-таки перебили. И… да, каталажка выходит восемь: ещё процент на то, что эти деятели получили какое-то (ума не приложу — какое) завлекательное предложение и просто свалили. Вроде бы и бред, но то, что мне не прилетело никакого послания о творящемся в Рико бардаке — делает из нуля процент. И вообще, надо этих раззяв попинать, уже начал гневаться я. Творится какая-то нездоровая хрень, а я не в курсе!
Так что, не подъезжая к пристани, направился я к кабаку. И уже через минуту вычеркнул десять процентов из вероятностей: Динька обнаружила этих водоплавающих в кабаке, а я начинал сердиться уже серьёзно: сидят, квасят, а сообщить мне ни одна зараза не почесалась!
Так что в кабак я вваливался с ОЧЕНЬ сиволапой и злобной физиономией. Правда…
— Михайло Потапыч, радости-то!!! Ура, видом с нами! Качать почтенного!!!
— Стоять! — возмутилось моё почтенство посягательством на него.
Но немного оттаял — радуются, паразиты, искренне. От праведной кары это их, конечно, не избавит. Но совсем уж зверствовать не буду, да и вообще — разберёмся сначала.
— Первое: здорово, водоплавающие, — помахал я лапой. — Второе: что за хрень тут творится и почему вы не на буксире? И третье… — выдержал я паузу, широко скалясь.
— Что третье, Михайло Потапыч? — не выдержал старпом через полминуты.
— Какого лешего я узнаю, что с буксиром какая-то хрень, только оказавшись в Рико⁈ — ласково прорычал я.
— Так не выходит…
— Квасили, паразиты⁈
— Выпивали, само собой, почтенный видом, — признал Лиам под кивки команды. — Но вам весть отправить не вышло.
— И почему?
— Местные колдуны врут, что тяжёлый вы слишком…
— Не понял, — возмутилось моё почтенство. — Какого хрена какие-то местные раздолбаи обсуждают мой прекрасный вес, да ещё не шлют вестника?
— Так слали, четыре раза, Михайло Потапыч.
— И?
— Вы не слышите, колдуны деньги вернули.
«Я — понял», — буркнул мохнатый. — «Эти мелочи местные — совсем сла-а-абые и мелкие. А ты к драке был готов, почти красивый и толстый, постоянно».
— Их что, развеивало на подлёте? — хмыкнул я.
«Похоже на то. И пропищать, зачем их послали, они не могли».
— Всё равно местные — раздолбаи, рукосуи и дилетанты, — вынес вердикт я. — Но в общем — понятно.
— Ладно, леший с местными колдунами, — махнул я лапой. — Рассказывайте, что с буксиром, и почему вы тут, а не там.
Рассказ выходил интересненьким. А именно, неделю назад к буксиру подваливает представительная делегация чиновников Рико, поддержанная «тысячами» (детальный разбор показал, что полусотней, что, в общем-то, дохрена) стражников. Чиновники неоднократно спрашивают, является ли буксир частной собственностью Михайло Потапыча (довольно занятно, учитывая, что именно в этом качестве буксир и был зарегистрирован). Мои водоплавающие многократно отвечают что «является». После чего производится «арест имущества».