Опальный магнат (СИ)
Политика - грязное дело. А ее двоюродный брат слишком сильно доверял дяде. Вот и поплатился.
Евгения встала во главе «Черной Башни», но власть над тем, что осталось у них с Виктором после облавы на Янковских, очень сильно ее тяготила. Практически все проекты по мрамору пришлось закрыть. Контракты с Италией были заморожены до лучших времен. Остались ее собственные проекты и аренда помещений в бизнес-центре.
Каждый день правления в империи брата давил на ее тонкие, некрасивые плечи непосильным грузом. От «Черной Башни» не было никакого спасения.
В жизни Евгении было только два по-настоящему близких человека. Подруга Алиса, с которой они делили тяготы закрытого приюта для трудных подростков, и двоюродный брат Виктор.
Она вздохнула. Поправила длинную шаль из шерсти, привезенную из Арабских Эмиратов и пригубила крепкий чай с лимоном. Увы, чай остыл. От ледяного ноября не спасал даже он.
Перед глазами стояла Алиса. Маленькая, хрупкая, беззащитная - Алиса попала в закрытый приют после того, как ее поймали предлагающей легкие наркотики сверстникам. Она оказалась никому не нужной.
Евгения не знала, почему огромные испуганные глаза новенькой так запали в ее жестокую душу. Осознавая, насколько она сама некрасива и нескладна, Евгения буквально бредила красивой Алисой, над которой все издевались.
Подростки в закрытом приюте особенно жестоки к таким, какой была Алиса. Ее били, у нее отнимали еду. Евгения - дикий, необузданный зверек, - к тому времени научилась защищаться. Подростки сбивались в стаи, а она слыла угрюмой одиночкой. От нее шарахались все - сказывались отцовские корни и отталкивающая внешность.
Понимая, насколько она некрасива, Евгения дралась с каждым, кто смел ее тронуть. Била с силой, наотмашь, до крови, и ее боялись.
Алиса не могла за себя постоять. Ее мучили, а она молча терпела, забившись в угол.
Однажды Евгения не выдержала. Схватила одного из зачинщиков травли, и ударила в лицо кулаком. А потом что-то перемкнуло. Она колошматила его без разбора - руками, ногами. Тот выл. Остальные звереныши отступили.
- Тронете ее еще раз, урою, мрази! - прохрипела Евгения.
Истекая кровью, ее жертва отползла к стене и мычала что-то невнятное.
С того дня они подружились. Красивая, вечно печальная Алиса и ужасно нескладная Евгения. Дружба зашла дальше - Евгения влюбилась. Любить себе подобную было странно и непонятно, но ее сердце не хотело слушать никаких доводов разума.
Через год в приюте появился Анатолий Янковский. Евгению забрали в роскошный дом, не спрашивая, хочет ли она жить с внезапно объявившимся отцом. У нее отняли самое дорогое - Алису. Каждый день под одной крышей с богатым отцом и мрачным двоюродным братом, который красил все в черный цвет, был пыткой. Евгения тосковала по Алисе, с которой их разлучили.
Они встретились снова совершенно случайно, спустя годы забвения. Алиса, все такая же хрупкая и печальная, торговала кофе в уличном ларьке.
Евгения спешила по делам уже отстроенной «Черной Башни». Взгляды встретились - и все померкло. Годы разлуки отступили. Они с Алисой снова стали жить вместе. Как раньше. Только теперь у них было всего достаточно - дорогих шмоток, самой вкусной еды, путешествий.
Увы, проблема с наркотиками никуда не делась. Алиса, бывшая много лет в завязке, сорвалась. Деньги вскружили ей голову, и помочь любимой Евгения ничем не могла. Алису арестовали за наркотики, и в разборки втянули дочь Янковского.
Анатолий Янковский был взбешен. Чтобы замять дело, пришлось отдать очень много денег. Евгению отпустили, но Алису увезли в неизвестном направлении, без права на возвращение.
Евгения честно пыталась начать сначала, забыть о подруге. Даже убедила Виктора найти ей помощницу со всеми характеристиками Алисы. Виктор по глупости в кандидатку на замену Алисе влюбился сам, и оттуда пошли все беды.
Только Алису никем не заменишь. Новенькая Таша с красивыми глазами - совсем не то. Чтобы заменить Алису, надо быть, как Алиса. Чувствовать, видеть мир так, как его видела Алиса. Куда Таше до Алисы? Таша никогда не была в закрытом приюте для трудных подростков, она не знает, что это такое.
Евгения закуталась покрепче в шаль и раздраженно отодвинула от себя остывший чай. Ей не хватало Виктора в этом огромном мрачном помещении. Его дерзкой ухмылки, презрительного фырканья в адрес родственников.
«Сам виноват!» - вдохнула прохладный воздух полной грудью она. Голову уже сломала за несколько месяцев, как переиграть этого проклятого мэра. Переиграть можно было только одним способом. Но данный способ развяжет в городе криминальную войну. Виктор категорически отказывался от войны. Он давил на адвокатов, на суд, требуя доказать его невиновность без бойни - и продолжал сидеть под следствием. За него даже запретили вносить залог.
«Не в нашем городе и не с твоей ситуацией, братец», - выдохнула Евгения и зло отбросила расписную шаль в сторону - ей стало душно. Чтобы с Виктора сняли обвинение, надо было подкупить мэра. А это равно нулю - мэр сам подстроил арест Виктора. Оставалось одно - надавить на мэра. Надавить на мэра можно только одним способом - отнять у него самое дорогое. То, что привело Виктора в тюрьму. Нонну.
Виктор не соглашался. Ему было, что терять. Его опальная невеста бежала из города, но как знать, на что способен мэр в приступе отчаяния? Рисковать любимой, пусть даже и бывшей, Виктор не собирался. Евгения его понимала. У нее тоже отняли любимую Алису.
- Вера! Почему нет моих любимых конфет?! - распахнув шкаф в приемной, зло прокричала она.
- Простите, Евгения Анатольевна, сейчас спущусь вниз и куплю, - занервничала помощница Виктора.
- Не надо, я сама спущусь! - бросила полный презрения взгляд на блондинку та. - Еще раз обнаружу, что моих любимых сладостей нет, вычту из зарплаты!
- Простите, Евгения Анатольевна! Пожалуйста, простите! - взмолилась Вера.
Та фыркнула и достала из шкафа длинную голубую норку. Пожалуй, прогуляться не помешает. Слишком пусто стало в башне с уходом Виктора.
Она вышла из «Черной Башни» и застучала каблучками сапожек в сторону кондитерской на другой стороне дороги.
Купила упаковку любимых профитролей и вышла на улицу.
Две женщины, совершенно нетрезвые, спорили у светофора.
- Дашуля, мы обязательно должны выпить кофе с коньяком!
- Выпьем, Танюша, только давай к кофе пирожных купим!
Танюшу качнуло, и она врезалась в стоящую у перехода с коробкой пирожных Евгению.
- Эй, осторожнее! - грубо толкнула пьяную Евгения в ответ.
- А то, что? - нахохлилась блондинка, которую назвали Дашулей.
- А то зубов не соберешь потом на проспекте!
- Ты смотри, какая! - пьяно уставилась брюнетка Танюша на Евгению. - Нарядилась в голубую норку и думает, ей все можно!
Потом вдруг замолчала. Побледнев, втянула воздух грудью, и Евгения ее узнала. Когда-то брюнетка работала у ее отца. У них даже роман был, правда, скоротечный. Отец никогда не задерживал у себя подружек.
- Что уставилась? - поморщилась Евгения. Светофор никак не загорался зеленым, и уйти с места конфликта не получалось. Да и не в правилах Евгении убегать. Если надо будет, она обеим пьянчужкам зубы повыбивает. Не на ту напали.
- Да ты же сестра Виктора! Того самого, что ребенка моей дочери сделал! Я тебя по телевизору видела! - взвизгнула брюнетка и с размаху ударила Евгению по плечу.
- Танюша, ты что? Идем по добру, по здорову… - со страхом вцепилась блондинка в рукав куртки брюнетки. - Извините нас, пожалуйста, девушка.
- Нет! Не пойду я никуда! - брюнетка оттолкнула Дашулю с такой силой, что та врезалась в столб. - Передай своему брату, пусть сдохнет там, в тюрьме! За то, что ребенка моей дочери сделал и бросил! Мы ваше отродье растить не собираемся!
Она плюнула Евгении прямо на голубую норку. Та обмерла. Размышляла всего мгновение - размахнулась и хлестнула нахалку коробкой с пирожными по лицу. Пирожные разлетелись по тротуару. Брюнетка взвизгнула и бросилась на Евгению с кулаками.