Опальный магнат (СИ)
Виктор взял меня за руку и потянул обратно в дом.
Мы поднялись по лестнице на второй этаж и оказались у еще одной двери. Легко толкнув ее плечом, он первым вошел внутрь.
Я робко осмотрелась. Несколько мольбертов, стол. Вокруг краски, кисти. На мольбертах наброски работ. На полу у стены несколько картин. Два портрета на стене. Один из них - мужчины в возрасте, нарисованный с помощью простого карандаша, но безумно реалистичный. Только глаза выделены голубым цветом. Второй - незнакомой женщины.
- Это портрет моего отца. Мама рисовала его еще до моего рождения,
- пояснил Виктор.
- Как живой, - осторожно коснулась лица мужчины я.
- Да, она умела создать живое лицо, - грустно улыбнулся Виктор.
- А ты умеешь рисовать?
- Немного умею. Но больше мне нравится мрамор.
- А ты никогда не пробовал встретиться с отцом?
- Нет. Зачем мне это? Он ведь знал о моем рождении, но ни разу не пришел.
- Как его звали?
- Филипп.
- Наверное, он не был счастливым человеком. Мне кажется, мужчина не может быть счастлив, если знает, что где-то у него есть еще один сын, и намеренно не признает его.
- Я не знаю, был ли он счастлив, Таша. Но то, что он был труслив, однозначная истина.
Мне не оставалось ничего другого, как мысленно согласиться.
Мы провели остаток дня, гуляя по деревне. Старинные каменные дома, датируемые двенадцатым веком, та самая церковь, которую показывал мне на террасе Виктор, и зеленые холмы вдалеке - мой телефон пополнился бесконечными фотографиями.
В конце прогулки мы свернули в небольшую таверну и остались на ужин.
Как нас накормили! Сначала подавали закуски, потом запеченную рыбу, овощи и несколько видов десерта со сладким вином.
Остаток вечера мы просто валялись в постели. Пляжи, которые мне обещал Виктор, остались в мечтах, но я все равно была счастлива.
Утром поезд увозил нас во Флоренцию - Виктора ждали неотложные дела в Черной Башне.
Мы летели с пересадкой, через Москву, и оказались в аэропорту родного города только поздним вечером.
- У входа нас ждет служебная машина, - забирая багаж, сказал Виктор. - Хочешь домой?
- Мне надо увидеть маму.
- Ладно, - сжал мою руку он. - Только долго без тебя я не смогу. Сообщи ей сегодня же, что выходишь замуж. Завтра я приду к вам в гости. Пусть все будет по правилам.
- Хорошо, - нервно сглотнув, кивнула я. Виктор подарил мне полный любви взгляд и повел к выходу.
Сердце жалко колотилось в груди. Вряд ли мама гладко примет мое сообщение. Мы с ней даже не созванивались ни разу за эти дни. Она заняла воинственную позицию, и ни за что не примет Виктора. Скорее, прогонит меня из дому с такой новостью. Но теперь у меня нет другого пути, только с ним. Я люблю его.
Мы пересекли холл, и вышли через стеклянные двери на улицу.
- Виктор Янковский? - раздался твердый мужской голос за спиной.
Мы непонимающе обернулись.
Перед нами стояли двое мужчин в штатском. Один из них, тот, что постарше, достал из кармана летней рубашки удостоверение.
- Я следователь из отдела по борьбе с экономическими преступлениями. Вам придется проехать с нами.
- По какому вопросу? - зловеще приподнял бровь мой будущий муж. - Я оплачиваю налоги и спонсирую госпроекты. У вас не может быть никаких претензий к моей деятельности.
- Именно о них и пойдет речь. Махинации с госсредствами на обустройство города еще никому не сходили с рук.
- Махинации? - презрительная усмешка. - Вы ошиблись адресом. Я собираюсь вкладывать свои средства в улучшение города!
- Нет, Виктор. Вы обвиняетесь именно в присвоении государственных средств. Нам придется вас арестовать.
- Я не присваивал чужие средства! - взорвался возмущением Виктор. - Я собирался вложить свои!
- К сожалению, городская администрация считает иначе. Если не сядете в машину, нам придется применить силу.
Я растерянно смотрела на полицейских, на Виктора. В глазах плескалась тревога.
Он обернулся ко мне.
- Поезжай домой, Таша. И никуда не выходи, пока я с тобой не свяжусь.
- Но… разве это правильно? Выдвигать ложные обвинения? - всплеснула руками я.
- Поезжай домой. Это приказ. Поняла? - голубые глаза сверкнули яростью.
- Поняла.
Я стояла, сжимая в руках дорожную сумку, врученную мне полицейским, и беспомощно смотрела, как Виктора сажают в черную машину. Он обернулся только один раз. В его взгляде сквозила мольба уезжать поскорее. В груди заныло. Машина тронулась с места, и я заторопилась к стоянке такси.
Глава 45. Таша
- Явилась? - презрительно ухмыльнулась у входа мама.
- И тебе привет, - хмуро взглянула на нее я и шумно поставила сумку на пол.
- Кольцо на пальце - знак помолвки, или просто веселая побрякушка?
- Помолвочное кольцо означает только одно, - нехотя ответила на вопрос.
Страшное напряжение после того, как Виктора увезли в неизвестном направлении, никак не хотело отпускать.
- И когда свадьба?
Ядовито. Как будто чувствует, что я от нее скрываю самое главное. Мой жених недаром вызывает у нее неприязнь. Он Янковский.
- Еще не знаю. А обязательно сразу замуж выходить?
- Я бы на твоем месте поторопилась.
- Почему ты так на меня злишься?! Что плохого в том, что я увлеклась своим боссом?!
- Не твоего полета он птица! Поэтому и злюсь! Глаза раскрой - кто ты, и кто он! Даже если случится хэппи энд, поверь, ты как была Золушкой, так и останешься! А в стране твоего принца к Золушкам относятся, как к прислуге! Найти нормального мужика нельзя? Своего уровня? Со средним достатком и без короны на голове?!
- Так получилось! Сердцу не прикажешь!
Она презрительно покачала головой, а я закрылась в ванной. Отношения между нами никак не хотели налаживаться.
Всю ночь я прождала звонка от Виктора. Но никто не звонил. Его телефон был вне зоны действия сети.
До утра я не сомкнула глаз. Позвоночник от напряжения стал деревянным. Страх полз по спине, забирался под кожу и не давал спокойно дышать. Нехорошее предчувствие сдавливало горло и грудь.
Как выяснилось, не зря. Ранним утром в местных новостях показали Стаса. Он стоял рядом с мэром, и его красивые серые глаза сверкали справедливостью.
- Прошлой ночью был арестован известный бизнесмен Виктор Янковский. Махинации на государственном уровне и подкуп городской администрации - лишь отблески того пламени, которое пылает в городе на протяжении многих лет в связи с этой криминальной семейкой.
- Мошенникам не место в городе! - во всю глотку распинался мэр, и Стас удовлетворенно кивал.
Я выронила кружку с кофе на пол.
- Он что, Янковский? - побледнела мама.
Казалось, в гостиной случился атомный взрыв. Она набросилась на меня, будто коршун. Схватила за волосы, хлестала по лицу и кричала. Я же, окончательно потеряв ориентиры, тряслась всем телом и не могла увернуться от жгучих ударов. Слезы катились по лицу, а я даже не могла вдохнуть. Меня не трогали оплеухи, которыми меня награждала мама. Удар в самое сердце, страшный и неотвратимый, нанесла не она. Его нанес Стас.
Отшвырнув меня к стене, мама вышла, чтобы подчеркнуто и громко плакать на кухне, гремя посудой.
Я медленно сползала на пол, в лужу кофе и осколки разбитой чашки. Закрыв горящее от пощечин лицо руками, беспомощно растирала слезы.
Виновен ли Виктор в том, в чем его обвиняют? Я не знала. Но он не позвонил мне. А значит, все плохо. Мысль, что я могу не увидеть любимого мужчину, перекрыла дыхание.
…Виктора уничтожали ярко и феерично. День за днем его ломали по тому же сценарию, что и когда-то нас со Стасом. Здесь Стас постарался на славу. Он жаждал расправы. Только почему он решил расправиться с Виктором, а не с его дядей? Видимо, для него все Янковские были врагами. Виктор, как наиболее успешный представитель семьи, попал в неудачное стечение обстоятельств.
Я хотела не включать телевизор, и не могла оставаться в неведении. Мысль, что я предам Виктора, если не буду знать, что с ним, сводила с ума.