Опальный магнат (СИ)
Виктор становится передо мной на колени и медленно стягивает с меня тонкую кружевную ткань трусиков.
- Кажется, сейчас это лишнее, - пронизывая меня потемневшим взглядом, хрипло шепчет он. Рука, теплая, шероховатая - начинает оглаживать внутреннюю сторону моих бедер. Задерживается внизу живота, скользит вниз. Пальцы раздвигают складочки, нежно массируют набухшую горошинку, скользят глубже, и я беспомощно впиваюсь пальцами в шелковые простыни. Его рука внезапно сжимает меня там, и все тело охватывает лихорадочная дрожь. Я дрожу не от холода. Меня трясет от его порочных прикосновений. Меня еще никто не ласкал именно так - уверенно, страстно, дерзко и не спрашивая согласия.
Пара мгновений - и Виктор избавляется от остатков одежды. Нависая надо мной, осторожно вторгается между моих ног. Я опоминаюсь, пытаюсь подняться, увернуться - но слишком поздно. Он ловко укладывает меня в подушки и придавливает своим телом. От тяжести его тела, от терпкого мужского запаха внизу живота разгорается настоящий пожар, но я все еще не могу поверить, что он меня не отпустит.
- Обними меня, - хрипло шепчет он. Его горячее дыхание обжигает мне шею, плечи, и от него некуда деться.
Я робко обхватываю его за шею руками и вся дрожу. Вдыхаю его запах, впитываю его своей кожей, а в глазах плещется первобытный страх.
Он подкладывает руку под мою спину. Второй оглаживает бедра изнутри, заставляя доверительно расслабиться. От его ласки все тело покрывается испариной. Я хочу сопротивляться - и не могу. Слишком сильно будоражат его умелые прикосносвения.
Как только я теряю бдительность, проваливаюсь в сладкую негу, он резко вдавливает меня в постель, и я чувствую саднящую боль от вторжения.
Широко распахнув глаза, я пытаюсь столкнуть его с себя, но в моем положении это невозможно.
- Тсс… тише, расслабься… слышишь меня? Расслабь бедра… - обжигает шею его хриплый шепот, и он замирает внутри меня.
На глаза наворачиваются слезы, но придавленная его тяжестью, я подчиняюсь. Боль, такая резкая с самого начала, постепенно стихает.
Виктор принимается нежно целовать мою шею и грудь. Его язык играет по очереди с сосками, рот втягивает их в себя, и возбуждение понемногу возвращается. Кожа начинает искрить от страстных прикосновений его губ. Внизу живота снова пожар - теперь я ощущаю, что он заполнил меня собой почти до основания.
Я запускаю пальцы в его короткие и жесткие волосы. Заглядываю в голубые глаза, будто ища поддержки, и осторожно подаюсь бедрами навстречу. Перехватив мое движение, он ослабляет хватку и начинает свое хищное вторжение.
Вдох-выдох, дыхание сбивается. Я впиваюсь пальцами в его плечи, и нас захватывает процесс. Горьковато-саднящее наслаждение заполняет меня изнутри. Жар опаляет низ спины и промежность, заставляя двигать бедрами навстречу Виктору, несмотря на боль. Запах его разгоряченной кожи, терпко-горький, дурманит разум.
Он что-то бессвязно шепчет про мои глаза, но его хриплый шепот теряется в моих всхлипах.Его руки везде - они ласкают и сжимают, заставляя тонуть в темных волнах саднящего наслаждения.
Наши общие вздохи, его стоны, мои вскрики - все смешивается в один горько-терпкий коктейль страсти. Между ног все сводит сладкими спазмами, в глазах темнеет, и я больше не контролирую свое тело. Ногти судорожно впиваются в спину Виктора, оставляя след. Он вторгается в меня еще несколько раз, с глухим рыком придавливает меня своим телом, и перед глазами все меркнет.
Несколько мгновений мы не двигаемся. Потом он откатывается на бок и пытается выровнять дыхание.
Меня потряхивает. Я пытаюсь осознать, что только что произошло, но не получается.
Виктор мягко тянет меня к себе.
- Думаешь, мы с тобой сейчас играли? - заглядывая в мои глаза, хрипло шепчет он.
Я молча качаю головой. Нет, не играли.
Саднящая боль от его вторжения не дает ясно рассуждать, но мысль, что Виктор может выпустить меня из своих объятий, отдает горечью.
Будто чувствуя это, он сжимает мои тонкие пальцы. Подхватывает одеяло, накрывает нас двоих и притягивает к себе ближе. Мне вдруг становится безумно хорошо. От мягкого одеяла, от его теплой руки, которая властно легла на низ живота, от горячего дыхания в шею… Глаза снова закрываются сами собой. Где-то глубоко внутри я все еще не могу поверить, что нашла покой в объятиях Виктора.
Глава 31. Таша
Сквозь дремоту я слышу, как шумит вода в ванной комнате. Заставляю себя открыть глаза, но это очень сложно. Под мягким пледом тепло и уютно.
Вода прекращает шуметь. Через несколько мгновений дверь открывается и из ванной выходит Виктор. Он в одном набедренном полотенце. Все мое тело разом откликается на его появление. От смятения я закутываюсь в одеяло посильнее, но понимаю, что это глупо. Одеяло не может спасти меня от Виктора. Меня от него вообще ничто не спасет.
Он выглядит безумно сексуально. Широкие плечи, мощный торс, упругие мышцы пресса и ничего, кроме махрового полотенца на узких бедрах. Капли тонкими струйками стекают по бронзовой коже. Темные волосы на груди влажно поблескивают.
Я прячусь под одеялом, ощущая смущение и одновременно желание прикоснуться к его коже. Вирус по имени Виктор Янковский никуда не делся. Только еще сильнее проник в меня за то время, что я отсыпалась в его обители.
Заметив, что я не сплю, Виктор с вальяжной улыбкой садится на край постели и начинает стягивать с меня плед.
- Когда ты выспишься? - хмыкает он.
Плед сползает к низу спины, и я судорожно впиваюсь в него пальцами, не давая обнажить себя до конца. Мышцы тела тут же откликаются болью. Как будто я разгружала вагоны с углем прошлой ночью.
Виктор касается подушечками пальцев моей обнаженной спины. Скользит вниз по позвоночнику, забирается под полосу пледа и поглаживает мои ягодицы.
- Поднимайся, соня. Иди быстро в душ, а потом в столовую. Прежде чем я отвезу тебя домой, нам надо еще кое-куда заехать.
Кожа реагирует на его ласки жарким желанием - низ живота сладко сводит. А сердце начинает предательски радостно колотиться в горле. Он сказал домой? Он отпустит меня? Я не останусь пленницей мрачной Черной Башни навечно?
Пытаюсь сесть, сохранив на себе плед.
- А где мои вещи? - растерянно осматриваюсь по сторонам.
- Для тебя уже приготовили новые. Все висит в ванной комнате на вешалке.
Растерянно киваю. Наверное, снова его персонал. Как Виктору удается так ловко продумывать действия наперед?
- Хотя, - разочарованно добавляет он, когда я все же выбираюсь из своего убежища, - мне больше ты нравишься без одежды.
Ловит мою руку и не дает уйти в ванную. Я не успеваю удержать плед, и он падает на пол. Я оказываюсь у него на коленях.
Кожа тут же реагирует на пьянящий и терпкий запах его кожи. Его сильные руки гладят мою спину и плечи. Губы с жадностью ловят тугие соски и дразнят их языком.
С губ срывается сдавленный стон. Я робко запускаю пальцы в его влажные волосы. Подаюсь ему навстречу и плавлюсь. Кажется, я только что выяснила, что создана из воска.
Краем глаза замечаю на кремовых простынях пятна крови. Нервно сглатываю. Кажется, я испортила его шелк. Сколько стоит новый постельный набор?
- Все, достаточно… - пытаюсь остановить своего ненасытного босса. - Кажется, мне нужна ванная комната.
Он перехватывает мой взгляд и нехотя выпускает меня из объятий. Я читаю в его глазах удовлетворение.
- Сколько стоит новая простынь? - чувствуя, как от стыда пылают щеки и уши, сдавленно спрашиваю я.
- Хочешь купить такую для своей мамы и ее котика?
- Нет. Я перепачкала эту.
- Пятна на простыни подтверждают твою невинность, глупышка.
Он поднимается. Нежно целует меня в губы, легко шлепает по ягодицам и подталкивает к ванной комнате.
- Не задерживайся в ванной. Иначе мы опоздаем.
Я не хочу спрашивать, куда мы опоздаем. Достаточно и того, что меня отвезут домой. Я смогу забраться под одеяло, наложить сверху плюшевых единорогов и забыть эту проклятую Черную Башню и ее владельца.