Его запретная омега (ЛП)
Дэггер усмехнулся.
— Они заберут твою корону. Объявят тебя неспособным руководить.
— Кто осмелится? Ты?
— Мой король, я поклялся, что сделаю все возможное, чтобы защитить тебя и наш город. Я не уверен, что это значит прямо сейчас.
— Ты забыл, кто ты? Ты стайное животное. Обрати внимание на этих омег. Как они собираются вместе и сражаются. Как они защищают себя, не обращая внимания на последствия.
Мое сердце колотилось, и в это время течка снова усилилась. Это заставило меня усомниться в том, что я услышала. Намерен ли король освободить омег? И если да, почему это меня так пугает?
Что бы ни случилось, я знала, что все в моей жизни, изменилось. Я никак не могла вернуться к тому, кем была раньше, — безымянной омегой, которая работала на кухне замка. Моя сестра бросила вызов этому мужчине по имени Дэггер — человеку, который достаточно заботился, чтобы прийти к королю, — и это было не без собственных последствий. И вой волков все еще кружился над нами.
— Я захватил свой пистолет, — сказал Дэггер. — Полностью заряженный серебряными пулями. Это даст нам немного отсрочки, пока мы соберем женщин омег и доставим их в безопасное место внутри городских стен.
— Что будет с ними, когда они туда доберутся?
Они не в безопасности среди альф. Нам нужна гарантия защиты, иначе у нас нет причин следовать за королем и Дэггером.
— Они придут в замок, — сказал Аделай. — Пока мы не сделаем официальное заявление, мы позаботимся о том, чтобы они были в безопасности.
Дэггер поднял бровь.
— Официальное заявление о чем?
— Разделение окончено.
Тавия ахнула, ее взгляд устремился на меня, ожидая подтверждения, что то, что она услышала, было правдой. Я пожала плечами.
— Король, ты не знаешь, что говоришь…
— Не говори мне, что я знаю, а чего нет!
Аделай бросился на Дэггера.
— Убери отсюда этих женщин и обеспечь безопасность остальных. Мы идем в замок. Сейчас же.
— Она… она не может так идти.
Тело Тавии дрожало так же сильно, как и ее голос. Омеги-волки были кровожадны и злобны, как и все остальное в Бесплодных землях. Даже в сопровождении Аделая и Дэггера не было никакой гарантии безопасной и легкой ходьбы.
— Она голая, пахнет его семенем, и вот-вот начнется еще одна волна течки.
— Где ее одежда? — спросил Дэггер.
— Мое платье испорчено.
Я сжала губы, чтобы подавить стоны. Ситуация была достаточно опасной уже без того, чтобы я потеряла контроль над своими чувствами и стала более притягательной для волков.
Дэггер и Тавия застонали в унисон. Мне не нужно было подробно рассказывать, как платье встретило его гибель.
— Мой пиджак.
Аделай оторвался от меня и подтолкнул дорогостоящую кожу своей мордой.
— Она может носить это, пока мы не раздобудем для нее подходящую одежду.
Тавия раскрыла от изумления рот.
— Король, ты делаешь смелое заявление.
Дэггер подобрал с грязного матраса пиджак, который Аделай надевал на праздничную вечеринку. Это было единственное, что могло оставить этот бункер таким же, каким он был.
— Я умоляю тебя подумать об этом, прежде чем мы сделаем что-то, что мы не сможем изменить.
— Я думаю об этом с тех пор, как увидел женщину. Прикрой ее пиджаком и отведи нас в замок.
Дэггер протянул мне пиджак. Мои руки крепко обвились вокруг моего обнаженного тела. Мне не было стыдно, что Дэггер видел меня, но я была глупа, полагая, что принадлежу Аделаю. Он брал мое тело всеми возможными способами и сделал несколько решительных заявлений мне и этому альфе, но я знала, как и все остальные в этом бункере, что все изменится, как только мы покинем это безопасное пространство.
Тавия забрала у него пиджак и накинула его мне на плечи. Он был обшит шелком, и ничего более прекрасного никогда не касалось моей кожи. Ничего, кроме Аделая. Она пробормотала, чтобы я сунула руки в слишком длинные рукава, и подтолкнула меня встать. Пиджак ударил меня по коленям. Тавия застегнула оставшиеся пуговицы и разгладила своими грубыми руками кожу. В ее глазах не было ни капли слез, но в темноте я не могла прочитать ее эмоции.
— Я… я не знаю, смогу ли это сделать.
Еще одна волна течки пронзила мое тело.
— Ты можешь. Ты должна. — Она столько раз произносила мне эти слова, как и я ей. Это было кредо Бесплодных земель, особенно для женщин омег. — Я позабочусь о тебе.
— Нет, — прервал Аделай. — Она может взобраться на меня.
— Что, если вам придется драться, Ваше Величество? — Тавия была такой смелой, расспрашивая короля. — Волки наверху ни перед чем не остановятся, чтобы взять самку в течке. Их не волнует, что король объявил ее своей.
Дэггер вздохнул.
— Омега права. Нам нужны все преимущества, чтобы обеспечить наш безопасный проход. Все, что у нас есть, это мой пистолет. Я могу вызвать охранников, но я не смогу взять их с собой, потому что не уверен, как объяснить, что их лидер был в Бесплодных землях, спаривался с омегой.
— Ты забыл, кто ты, — сказал Аделай. — Тебе не нужно никому ничего объяснять. Мы создаем правила, мы можем их изменить.
Мое сердце трепетало, когда мои слова скатывались с его губ в таком официальном качестве. Впервые я поверила, что могу стать его королевой.
Глава одиннадцатая
Аделай
Я мчался через пустыню с Зилиной на спине и Дэггером рядом со мной. Последовал безумный вой самцов-волков, обрушившийся на нас. Тавия перекинулась и была рядом в форме волка. Я чувствовал, как она пытается найти двух других женщин-омег. Инстинкт сказал мне, что, если мы сможем подобраться достаточно близко к ним, они будут знать, что нужно следовать за нами в город. Дэггер уже предупредил пограничников, что мы идем, но они не будут ожидать меня в форме волка.
Это все изменит?
Нет. Я король, и теперь еще более важно, чтобы я занимал эту должность сейчас, когда на карту поставлено так много. Разбитая стая, которую нужно собрать обратно. Пара, которую нужно ценить и оберегать. Мой принц в ее животе. Если он еще не там, то скоро будет. Я позабочусь об этом. И они будут чертовски защищены, даже если это будет последним, что я сделаю в этом мире. Она, ее семья и все остальные омеги, которые хотели, чтобы стая снова стала одним целым.
Дэггер теперь знает правду. Было проще, чем я думал, заявить о своих намерениях одному из моих самых доверенных людей. Но как заявить об этом всей стае. И какую угрозу омеги-мужчины представляют для города сейчас? Я понятия не имел, будут ли они счастливы вернуться под защиту своего короля альфы, или они будут бунтовать еще больше. Я не знал, можно ли им доверять или я должен использовать свой авторитет как оружие.
Но ничего из этого не имело значения сейчас. Во-первых, мне нужно убедиться, что женщины в безопасности. Затем я разберусь со своими людьми и законами.
Руки Зилины сжали мою шею, когда я покатился по сухому песку, поднимая облако пыли. Жар от ее киски обжигал мою спину, где она старалась не ерзать. Я мог сказать, что она страдает, и мой волк хотел остановить все и позаботиться о ней, но это было слишком опасно.
Скоро. Скоро мы вернемся в замок, и я успокою ее. И она успокоит меня.
Именно это, не так ли? Это именно то, что моя омега делает для меня. Всю свою жизнь я чувствовал неровные края, которые составляли мою душу, мое существо. Я знал, что они были там, и принял их. Принял чувство незавершенности, которое мучило всех нас, и обвинил его в неспособности изменится.
Но мне было нужно не только мое животное. Я скучал по другой половине меня, моей половине. И теперь я нашел ее. Она заполнила грубые пятна, чтобы я мог быть целым.
Я думал о своем отце и матери, когда бежал по пустыне. Это имело смысл, что мой отец стал таким холодным после ее потери. Без нее он был чем-то совершенно другим. Это имело смысл, почему он требовал Разделения, даже если это было неправильно.