Избранная для Волка (СИ)
– Зеркало судьбы открывается лишь один раз в году на праздник единения, поэтому ты зря пришла сюда, если желаешь узнать свое будущее. – слышу голос и он определённо исходит от монаха, и от этого становится совсем жутко. Образ колдуньи Захры из детства уже не кажется мне таким ужасным.
– Оно открывает портал? В прошлый раз мы поменялись с сестрой местами, я хотела бы узнать, как заставить его открыться снова, чтобы спасти мою Мию и вытащить её из девятого мира. – начинаю быстро говорить, прогоняя все сомнения и страхи.
– Зеркало не есть портал. Оно сосуд, проводник, хранитель и отражатель магии всех миров. Эта реликвия способна на многое, поэтому мы охраняем его, чтобы никто не завладел им. Ни добрые, ни злые намерения не обернуться ничем хорошим, если это зеркало покинет стены храма в неположенное для него время.
– Но портал был открыт! Я увидела сестру в отражении и после оказалась в вашем мире, а Мия отправилась в мой! – настаиваю я, не желая терять последнюю надежду.
– Значит так было угодно высшим силам.
– Что это значит?! Что именно угодно? Чтобы моя сестра погибла в лапах этих жестоких волков? Почему не я? Я должна была быть там до конца, я, а не она. Верните меня туда, слышите!? Верните! – падаю на колени, бью кулаками по холодному каменном полу и плачу, потому что не хочу верить во все это.
– Сильные маги в состоянии использовать зеркало, как проход в другие миры. Наш мир питает их, поэтому им хватает энергии на открытие, чтобы вернуться обратно они используют специальные амулеты, в которых заключена сила четырёх стихий. В данное время таких магов не осталось.
– А тёмные? Те, что живут на болотах и в чаще леса?
– Они сильны, но без амулета не станут рисковать, боясь быть затянутыми в воронку параллельных миров.
– И что же делать? – поднимаюсь на ноги и выдыхаю я.
– Мне жаль. Нужно смириться и принять, я чётко ощущаю, что твоё место тут не смотря на твоё происхождение и силу волчьей крови. А сейчас прошу покинуть стены нашего храма и больше никогда сюда не возвращаться. Больше мы не будем так добры и гостеприимны.
Не успеваю даже слово сказать, как существо в плаще испаряется, оставив меня снова одну наедине со своими разрушенными надеждами.
Домой бегу так быстро, как только могу, потому что срочно хочу поговорить с Зеном и поподробнее выяснить про тот амулет, который Лори отдала Мие. Если он действительно обладает силой, о которой сказал хранитель зеркала, то моя сестрёнка ещё имеет шанс вернуться, главное найти способ сообщить ей об этом.
Мия
Я уже чувствую, что Оден идёт по коридору и скоро войдёт в спальню, поэтому подскакиваю на ноги и отхожу к стене, где на полке стоит тяжёлый подсвечник. Оружие так себе, но другого у меня пока что нет, а позволять прикасаться этому волку к себе я точно не собираюсь. После разговора с Наядой мои временно поплывшие мозги встают на место и я вспоминаю кем является мой муж.
– Доброе утро. Я бы предпочёл, чтобы моя жена встречала меня обнажённая, лёжа на постели, но ты ведь не собираешься облегчать мне жизнь, правда? – усмехается Оден, когда входит в комнату.
В помещении сразу становится душно и мне просто катастрофически не хватает кислорода. Его запах ударяет в нос, и тело бросает в жар, по коже фантомными коликами бегут прикосновения, и внизу живота начинает неприятно ныть. Возбуждение охватывает меня, и это злит безумно, хочется надавать себе пощёчин, чтобы привести в порядок голову. Почему этот волк так красив? Почему моё тело так реагирует на него?
– Не смей приближаться ко мне, Оден! – громко говорю я, хватаю подсвечник и выставляю вперёд перед собой.
– Может хватит уже?! – лицо мужчины становится серьёзным, и он делает пару шагов в мою сторону, а я искренне жалею, что в спальне нет окна, через которое я могла бы выброситься.
– Я не шучу! Ты мне противен, развлекайся с наложницами и с Наядой, а меня трогать не смей! – рычу и чувствую, как кожа начинает гореть огнём и парить.
Челюсть ломит и внутренности кажется разрывает на части, вероятно моя вторая сущность рвётся наружу, и в этот раз не собираюсь её останавливать. Хочу обернуться хоть в кого-нибудь и перегрызть горло мужчине, который испортил мне всю жизнь.
– Успокойся, не думаю, что ты готова сейчас к обращению. – спокойно говорит Оден и продолжает медленно подходить ко мне, совершенно не боясь за свое здоровье.
– Не подходи! – хриплю я и роняю свое оружие, потому что боль сковывает все мышцы.
Мужчина подхватывает меня в тот момент, когда я практически падаю на пол, он прижимает меня своим телом к стене и начинает жадно целовать, забирая последние силы на сопротивление. Его губы сводят меня с ума, кружат голову и я уже не чувствую боли, лишь непреодолимое желание слиться с ним воедино. Как дикое животное рычу и разрываю на нем рубашку, потому что мне просто необходимо коснуться его кожи, твёрдой мощной спины, чтобы впиться в него ноготками, оставить там свой след, показать всем наложницам и Наяде, что он Мой и что я вырву руки любой, которая решит его хоть ещё раз коснуться.
Оден быстро развязывает шнуровку на своих штанах и достаёт налитый силой член. При виде его рот наполняется слюной, и я запрыгиваю на мужчину обхватив его бедра ногами. Ещё секунда и мир замирает, все становится таким не важным вокруг, кроме ощущения наполненности желанным мужчиной. Нет ничего прекраснее чувствовать его внутри, ловить каждый его вздох, слышать хриплый стон, когда он мощно вторгается в меня, заставляя плавиться, сгорать от наслаждения.
– Оден… – шепчу словно в бреду, ощущая приближение чего-то невероятного. Чувствую, как внутри все начинает пульсировать и содрогаться. Сама нахожу губы мужчины и начинаю жадно их целовать, и он отвечает. Наши языки танцуют танец страсти, не желая уступать друг другу главную роль.
Всхлипываю и, запрокинув голову назад, улетаю далеко от реальности, ощущая, как Оден изливается внутри меня.
Через немного наваждение отступает и я возвращаюсь к суровой реальности. Отталкиваю мужчину от себя и отхожу, обняв себя за плечи. Снова чувствую себя побеждённой и использованной.
– Ты получил, что хотел. Теперь оставишь меня одну? – говорю, стараясь чтобы голос не дрожал.
– Почему столько сожаления и печали в голосе, милая? Что не даёт тебе покоя? Почему ты продолжаешь бороться со своими чувствами, Мия? – отвечает муж, подходит ко мне сзади и кладёт свои ладони поверх моих.
– Потому что я не люблю тебя, Оден. – тихо шепчу я и снова отстраняюсь от него.
– Любишь. – утвердительно и вполне серьёзно говорит мужчина.
– Нет, и никогда не полюблю. Я здесь всего лишь пленница, но наложницей твоей я быть не намерена.
– Ты не пленница. Твоя дверь не заперта и стражи нет, можешь выходить и передвигаться по замку в любое время, кроме того, когда ты нужна мне в спальне.
– Уходи…
– Мия, я… люблю тебя, пойми это наконец.
Это признание не трогает меня, потому что это ложь. Любовь не может быть такой, она терпит, прощает, отпускает, а не держит любимых на цепи.
– Мне не нужна твоя любовь, Оден, и ты мне не нужен.
Если бы все было по другому, если бы мои родители не погибли, а нас с сестрой бы не мучали и не удерживали силой в замке, все действительно могло получится, но Акфондоффы не могут иначе, они могут только разрушать, завоёвывать и убивать. Я никогда не приму этого, не смирюсь, не смогу…
– Ты уверена в своих словах? Уверена, что не пожалеешь потом? – сквозь стиснутые зубы хрипит Оден, и я слышу как хрустят его пальцы, которые он сильно сжимает в кулаки. Его скулы дёргаются, и я ощущаю всем телом, как он зол в этот момент.
– Уверена. – твёрдо заявляю , но что-то внутри екает, словно я совершаю ошибку, но не обращаю на это внимание.
Мужчина окидывает меня ледяным взглядом и, хлопнув дверью, уходит.
Я ложусь на постель и долгое время лежу просто глядя в потолок, шевелится и что-либо делать нет желания. Вскоре желудок начинает требовать пищи, но я игнорирую его, продолжая просто лежать. Запах зажжённых свечей становится невыносимо противным, хочется сделать глоток свежего утреннего воздуха, когда трава пахнет росой и ветер приятный и прохладный.