Обещанная Тьме (СИ)

Лис запрокинул голову назад, глубоко вдохнув, будто размышлял о чем-то.
— Я готов обсудить это в другой обстановке, Полин.
В этом предложении я не разглядела ни капли пошлости, поэтому бодро кивнула, готовая идти куда нужно, чтобы выслушать князя Тьмы.
Минут пять мы молча шли все по той же тропинке, что вела к моей вилле, и мозг неустанно генерировал версии того, чем может грозить моя беспечность. Но отступать было бы неправильно. Именно сегодня мне хотелось прояснить все детали и условия моего пребывания здесь. И внутренний голос неустанно подбадривал: от драконов ушла и от Лиса убегу!
— Там мой дом! — Лис кивнул головой, когда мы уже стояли на развилке и был виден угол моего, — как видишь, я поселил тебя поближе. Чтобы ты всегда была под присмотром.
Я нервно закусила щеку. Быть под присмотром – двоякое чувство: возможно, за мной следят, а возможно проявляют заботу. Ладно. По ходу дела разберусь.
Вилла Лиса, в отличие от моей, была каменной, но все так же утопала в зелени. И только подойдя поближе я смогла рассмотреть, что это был самый настоящий храм, какие я видела на фотографиях из Камбоджи.
Мы вошли в руины, оплетенные корнями вековых деревьев, протиснулись между стволов, и, наконец, вошли в современную часть строения.
— Древности отлично хранят заклинания. Ни одна душа, ни живая, ни мертвая не пройдет этот путь без моего согласия.
Сердце грохнуло, сбивая дыхание. Ловушка?
— Ты побледнела, Полин, — усмехнулся Лис, глядя на меня, а я выжала из себя улыбку, чтобы не показаться трусихой.
— Я в порядке.
Насколько может быть в порядке человек, которому только что сказали, что без разрешения он отсюда не выйдет.
— Это хорошо. Потому что у меня на тебя большие планы, — теперь его улыбка была шутливо-коварной, но в каждой шутке…а тем более, если шутит сам князь Тьмы…
Мы вошли в длинную галерею с арочным сводом, и вокруг нас сразу же возникли маленькие стрекозы, похоже на моего Джи. Они старались не смотреть на хозяина, и даже звенели намного тише, ожидая приказа.
— Ужин на двоих. В эрмитаже. Удивите мою гостью!
Он махнул рукой, приказывая выполнять поручение, и фэры, взмыв к потолку, исчезли. Лис указал рукой дорогу, приглашая пройти дальше. Чтобы не встречаться с ним взглядами, я пялилась на пустые гранитные стены, хоть и чувствовала себя глупо. Поэтому, когда мы вошли в следующую часть здания, я с радостью бросилась рассматривать витрины, стоящие вдоль стен.
— Это что-то вроде семейных реликвий, — скучающим тоном сообщил Лис, подходя ближе, — отец собирал разные штуковины, считая их ценными.
Судя по тому, как Лису не терпелось пройти мимо, Лис таковыми их не считал. А я же, чтобы потянуть время, разглядывала каждую. В первой витрине была собрана коллекция медных ламп.
— Ничего интересного. И джинов в них нет, — Лис сложил руки на груди, и оперся подбородком о ладонь.
Во втором хранились волшебные палочки. Хрустальные с круглыми и острыми наконечниками, деревянные с символами и вязью, одна даже была вырезана из бивня.
— Безделушка. Современные маги не используют это.
Третья витрина была необычной формы и напоминала пирамиду, к которой невозможно было подойти ближе, чем на метр. Я будто упиралась в мягкую невидимую стену, но что-то заставляло меня пробовать снова и снова.
— Пирамида заколдована. Бабушка постаралась. Теперь этот хлам будет лежать здесь вечно! — Лис недовольно переминался с ноги на ногу, давая понять, что эта экскурсия затянулась, и нам пора идти дальше.
Хламом он назвал старинные украшения, которые хоть и не были шедеврами, но приковывали взгляд и явно обладали могущественной энергетикой. Я обходила пирамиду по кругу, рассматривая каждую деталь жемчужной броши, всматривалась в грани камней на потемневших кольцах, пыталась запомнить каждый завиток на литом браслете, а потом просто замерла на месте не в состоянии сделать ни шага.
Прямо передо мной лежал обломок линзы, точно такой же, как дедушкина.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Полин, разве ты не проголодалась? — мягко разворачивая меня за плечи, Лис вел в сторону, а я до последнего не упускала из виду переливающуюся всеми цветами радуги стекляшку. Она не отпускала меня, будто звала к себе, такая же волшебная, как и та, что была знакома мне с детства.
 
Мне тут же вспомнилось наше с дедушкой прощание. Не зря тогда он обратил мое внимание на свой монокль! И теперь, кажется, я начинаю понимать, что это детали одного предмета.  Нужно узнать, как эта линза попала к бабушке Лиса. А еще, кто такая эта бабушка, и для чего она заколдовала витрину.
28. Выбирай, Полин
Из галереи мы попали в уютную гостиную, главными украшениями которой были черный рояль и золотая арфа. Пара десятков кресел, расставленных полукругом, камин и зеркала в золоченых рамах делали гостиную похожей на салон какой-нибудь известной при дворе дамы. Только все это было хоть и красивым, но пустым, холодным, и не вызывало никаких эмоций: будто не было у этого места истории, будто здесь не собирались гости, будто эти инструменты никогда не издавали мелодичных звуков. Неужели Лис хранит и эти вещи только из-за того, что они принадлежали его семье? Разве можно не любить такую прелесть?
Я обожала музеи и старинные здания, мечтая когда-нибудь оказаться внутри и побыть наедине с их великолепием. Чтобы мне не мешали толпы туристов, чтобы смотрители не стояли за спиной, чтобы я могла насладиться духом места и прочувствовать, прожить, запомнить.
Дом Лиса как раз и был похож на музей без лишних людей, со множеством интересных вещиц, одна из которой заинтересовала меня больше всех. И к ней я еще обязательно вернусь.
Пройдя еще несколько комнат с собранием книг, мы вошли в небольшой павильон. Его стены, пол и потолок украшала серебристая мозаика, которая отражала свет, излучаемый летающими под потолком разноцветными сферами. Там пахло дождем и яблоневым цветом, было прохладно и тихо.
— Нравится? — Лис довольно улыбнулся, считывая ответ на моем изумленном лице, — я тоже люблю это место.
— Все готово, князь! — самый крупный фэр чинно доложил своему хозяину, и исчез вслед за остальными.
— Идем, Полин!
Белоснежный мраморный стол с изящными ножками стоял на возвышающемся островке. Стоило подняться на ступень, как туманная завеса огородила нас. Сразу стало неуютно, будто пространство сжалось, так и подталкивая меня к Лису. Но к моему удивлению, он вел себя достойно. Усадив меня в кресло, сел напротив и улыбнулся, приглашая начать ужин.
— Готов поспорить, ты никогда не пробовала ничего подобного!
Честно говоря, мне очень хотелось есть, поэтому для начала я с удовольствием съела бы кусок мяса с овощами, и только потом уже предалась к дегустации новинок. Но мяса на столе я не обнаружила.
Лис снял сияющий колпак с большого блюда, и из-под фиолетового сладко-едкого дыма показались фиалки.
— Желе из горького граната с чернилами антарктической каракатицы.
Я свела брови, не представляя, каким может быть на вкус это чудовищное блюдо. Нет, на вид оно было вполне съедобно, но я ненавижу горький вкус, да еще и чернила, да еще и каракатица, тем более из Антарктиды.
— Палеозойская фиалка смягчит вкус. Смелее!
— Откуда у вас палеозойская фиалка? — поморщилась я, представляя, сколько же лет этой бедняге.
Лис с таким азартом смотрел на блюдо, что, казалось, даже не слышал меня. Подцепив на вилку сиренево-черную прозрачную субстанцию, он поднес ее к моему рту, ив нос ударил терпкий аромат граната, заставляя отвернуться. А вдруг, там яд, или клофелин? Слишком уж сладко улыбается этот Лис.
 
— Попробуешь, скажу, — он улыбнулся и снова поднес вилку к моим губам, — зря! Это очень вкусно!
Лис аккуратно снял губами кусочек и довольно прикрыл глаза.
— Ясно. Тебя просто так не соблазнить! — он подмигнул, придвинул следующую тарелку, и покрутив ее перед носом, жадно втянул аромат, исходящий от круглых шариков песочного цвета, — перед этим ты точно не устоишь!