Брат подруги. Наваждение (СИ)

Не сразу соображаю, когда это безумие прерывается и как. Просто в какой-то момент горячие губы Матвея заменяются прохладным тяжёлым воздухом и моим прерывистым вздохом.
Меня больше не обнимают и не целуют. А я не решаюсь пошевелиться, лишь руки сами собой безвольно опускаются, больше не трогая и не чувствуя Матвея. Он тоже будто бы замирает напротив меня. Не делает ни движения в мою сторону. Даже не смотрит мне в глаза, да и на меня тоже. Куда-то вправо.
А у меня сердце никак не успокоится. Вообще странно, как грудь до сих пор не разорвалась от таких судорожных ударов на диких скоростях.
Напряжением между нами, наверное, и вся остальная улица пропитывается. Вместе с домами и прочими постройками.
Наверное, надо что-то сказать… Или сделать…
Этот поцелуй до сих пор между нами. Губы до сих пор его чувствуют. Вся я до сих пор его чувствую. Почему Матвей был так нежен, ласков, почему всё было так чувственно?..
Всё внутри дрожит при одном только воспоминании о поцелуе. И при понимании, что хочу ещё. Очень хочу. И уверена, что Матвей тоже.
Что, если между нами сейчас только лишь шаг? Не только буквально, а в другом, более интимном смысле тоже? Что если мы можем стать парой, если я только осмелюсь сейчас снова его поцеловать, если…
— У тебя отлично получилось, — отстранённо сообщает Матвей.
Сухая пустая похвала. Зато мгновенно отрезвляющая. Напоминающая суть. Это ведь не просто поцелуй был, а урок. Я не знаю, что нашло на Матвея его преподать, но на этом явно всё. И только безнадёжная идиотка могла решить иначе.
Я больше не собираюсь ею быть. Не буду даже спрашивать его, зачем он это сделал. Не буду гадать. И предъявлять, что это довольно жестоко с его стороны, тоже не буду. И плакать, конечно, тоже…
Просто поцелуй. Я уверена, что Матвей относится к происходящему так.
Мой первый поцелуй… С любимым человеком… То, что запомнится навсегда и наверняка будет ранить. Но обо всём этом думаю только я — Матвей вряд ли даже догадывается. Да и не поймёт.
Молча открываю дверь его машины — заднюю. Не буду сидеть рядом, не хочу. Не сейчас. Я вообще с трудом преодолеваю порыв вернуться к Лике и попроситься переночевать у неё. Ну да, неловко перед Вовой, но даже его присутствие не сдерживает меня от переполняющего желания именно так и сделать.
Сдерживает другое. Я не хочу показывать Матвею, насколько мне не всё равно. Я и так чувствую себя едва ли не выпотрошенной перед ним.
Он чуть медлит, но тоже садится в машину. На переднее кресло, конечно — своё водительское. Мы не рядом.
И, кажется, никаких вопросов по этому поводу у Матвея нет. Воспринимает как нечто естественное. Да и вообще кажется сосредоточенным тем, чтобы вырулить с парковки.
Какого чёрта я вообще чуть ли не слежу за ним, ещё и пытаясь угадать ход мыслей?..
Перевожу взгляд на окно. Совсем темно уже.
— Как тебе вечер? — неожиданно спрашивает Матвей.
Интуитивно чувствую, что ему хочется меня разговорить. Напрягает моё молчание?
Губы не слушаются. Не хочу отвечать даже на такой простой вопрос.
— Хорошо, — звучит тихо, но Матвей, видимо, слышит.
Даже с заднего кресла вижу, как он кивает. И хмурится почему-то.
— Надо бы почаще видеться, — говорит, явно не желая молчать.
Подавляю в себе усмешку по поводу выбранных их тем. Он серьёзно думает, что ими меня разговорит?
Впрочем, даже хорошо, что ничего другого Матвей не предлагает. Так проще ограничиваться односложным:
— Ага.
Наплевать, если его напрягает моё нежелание разговаривать. Не хочу выжимать из себя более подробные ответы. Хочу остаться одна. Или хотя бы сделать вид, что его здесь нет, поверить в это…
— Устала? — видимо, находит объяснение моей немногословности Матвей.
Ну или пытается обозначить именно такую безобидную причину. Разрезать ощутимое напряжение между нами простым объяснением.
— Да, — вздохнув, соглашаюсь.
— Пробок нет, скоро приедем домой, — на удивление мягко подбодряет он.
Что ж, я хоть и не устала, но не откажусь уже наконец приехать. Не отвечаю, просто откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза.
 
Домой… Так естественно Матвей это сказал. Как будто мы уже давно живём вместе.
Дикость какая-то.
Нет… Я так больше не могу. Матвей, конечно, этого не понимает — не воспринимает меня и мои чувства всерьёз. Наверняка считает глупой и наивной, а влюблённость ту мою — поверхностной и надуманной. Поэтому вряд ли он вообще считает, что поступил жестоко, вот так головокружительно поцеловав.
Но я-то понимаю себя. Знаю, что даже видеть Матвея теперь ножом по сердцу будет. Мне надо съехать… Но куда?
Вернуться в Брянск, когда я уже устроена на хорошую работу в Москве — не вариант. Да и у Лики точно появятся вопросы. Ну и самое главное — я не хочу упускать данный мне шанс закрепиться в столице.
Значит, надо срочно искать квартиру. Зарплата у меня будет неплохая, снять однушку точно хватит. Если ещё и не понтовую, то, может, экономить не придётся.
Конечно, сразу мне деньги никто не даст, но стоит попробовать обсудить с Марком. Может, он поможет с вариантом, при котором можно будет внести оплату потом. Этот человек кажется общительным и умеющим договариваться. Наверняка у него и знакомств хватает.
Да, я, получается, при любом раскладе буду пересекаться с Матвеем на работе… Но ничего. Мы в разных отделах, и я смогу сводить наши встречи и разговоры к минимуму. А совсем исключить его из моей жизни и так невозможно — всё-таки он брат подруги. Придётся научиться сосуществовать, причём как можно более отдалённо. 
********************
Первый рабочий день проходит неплохо. Сегодня мы делаем скорее случайные кадры — всё происходит в формате живого общения, во время которого Марк нас щёлкает. Он даёт понять, что таким образом отбирает, кому потом что из нас представлять по одежде. Увидит, как каждая из нас смотрится в живом кадре и сделает выводы. В любом случае, ни одна в накладе не останется.
Марк, конечно, хорош. Настоящий профессионал, и это чувствуется не только в том, как он ловит момент и какие кадры делает, но и в том, как ненавязчиво создаёт атмосферу. Разговаривает с нами на самые разные темы, мимоходом комплименты делает, к каждой находит подход и каждой успевает удивлять внимание. При том уверена, что любая из девчонок считает себя особенной для него — Марк умеет внушить это состояние, даже если учесть, что мы тут все видим, как к другим обращается.
На какой-то момент простреливает мысль — что если интерес ко мне у него тоже лишь кажется значительным, а на деле чуть ли не каждая из моделей приглашения на свидание ждёт?
Странно, но мне даже будто всё равно, так это или нет. И для себя решаю, что в любом случае пофлиртую с Марком. Возможно, и схожу куда-то. Мысль об этом кажется безопасной, потому что… Потому что этот мужчина мне безразличен. И даже если сегодня будет заниматься жарким сексом с одной из моделей, а завтра уверять меня в своей глубокой симпатии и делать жесты внимания — приму. Просто, чтобы отвлечься. Матвей…
Когда он меня фотографировал, мне было куда больше волнительно, чем сейчас. Марк щёлкает меня уже в рамках работы, где мне важно хорошо себя показать, но я не испытываю ни толики того смущения, что было, когда через объектив на меня смотрел Матвей…
Более того, когда я мысленно восхищаюсь профессионализмом Марка, предательское подсознание странно бунтует. Не принижает фотографа, конечно, но мне чуть ли не обидно становится за Матвея, который, может, и не так умело находил кадры или настраивал свет, да и с камерой не такой крутой работал… Но всё равно талантлив! И достоин не меньшего восхищения. Снимки были крутыми. Причём без всякой обработки. И вообще, если бы Матвей захотел, мог бы достичь такого же уровня, как и Марк. Причём сделал бы это легко. Как, впрочем, в любой сфере, в которой только захотел.
Морщусь собственным мыслям и упорно прогоняю их из головы, потому что это уже слишком. Мне пора вообще перестать думать о Матвее, а не принимать близко к сердцу подобные моменты. Как идиотка какая-то восторженная…