Релокант 8 (СИ)
— Даже если он узнает все нюансы и секреты, на что это повлияет? Он и так делает всё от него возможное и зависящее. Разве что геноцид и резню всех встречных-поперечных не организовал ради капель божественности.
— Пусть так. Но ему же будет проще жить, зная, что всё предрешено…
— Я ему это в первый же день сказал. Ещё до того, как он согласился. И нет, не предрешено, — положил книгу на полку Ушедший и, подойдя к кофеварке, взял только что наполнившуюся кружку.
— Эй, это моя! — запротестовала богиня.
— Кофеварка моя. Кофе — тоже мой. Кристалл маны — и тот мой.
— Вот ты жадина! И что значит твоё «не предрешено»? Нашёл способ оставить его в живых? Неужто согласен развоплотиться ради смертного?
— Надеюсь, до этого выбора дело не дойдёт.
— Эй… Стой! Даже не смей думать об этом варианте. Какой ещё выбор? Ты есть ты! А он — это он. У него тяжёлая ноша, но твоя — не легче! Он тебя никогда не заменит, ибо он рождён смертным! А ты сможешь найти миллионы других таких же и возвеличить их также, как и его!
— Хех… — отхлебнул кофе Ушедший и ухмыльнулся.
— Что ты скрываешь? Ты знаешь что-то, чего не знаю я? Ты странно реагируешь, а это ведь не шуточки!
— Конечно, не шуточки! И конечно, скрываю. Кто я, по-твоему? Тот, кто думает, что насквозь видит и понимает меня и мои замыслы — величайший самообманщик, — Ушедший взбодрился от слов избранницы и ещё раз вспомнил ответ Системы на его запрос.
Дорого он ему обошёлся. Но она ответила «да». А значит, пока Аид в мире смертных рвёт врагов и медленно накапливает силу, он должен найти разгадку той загадке, что сам же и создал.
Найти ответ на вопрос: как выжить его избраннику и не развоплотиться при этом самому покровителю? И когда он найдёт ответ на этот каверзный вопрос, нужно будет каким-то образом передать эти знания Аиду.
В руки Ушедшего легла ещё одна книга о мифах и легендах. На этот раз о крылатых детях неба — Аютах. Он найдёт ответ на вопрос. Потому что это БЕЗУМНО ИНТЕРЕСНО!
Глава 20
— И всё-таки тут очень красиво. Безлюдно и безумно красиво, — поделился мнением с Аракхи, стоило нам долететь до вершины, соседствующей с Первой горой. — Дальше я сам пойду. Далеко не улетай, а то я больше пары часов не планирую задерживаться, — кинул ему вкусняшек и, помахав рукой, спрыгнул с утёса.
Свободное падение… Оно даже такого, как я, заставляет встрепенуться. А именно что встрепенуться мне перед встречей с Вурфетом Шипастым и надо. Парение… Мягкое приземление посреди многочисленных уставившихся на меня гномов-скелетов…
— Тьмы кусок… Видать, это и есть тот гость Вурфета! — клацал челюстями один из них. — Эй, пришлый, ты чё, с горы свалился?
Меня немного удивила такая манера общения ближайших альвисов. Решил не спешить, давая ситуации продолжение.
— Молчит, падла усатая. Видать, ни бельмеса не понимает, — продолжил альвис, добавляя всё больше и больше смелости в свои слова.
Неужели моя аура и давление на них не действуют? Мы, конечно, союзниками считаемся, но хоть какое-то уважение от этих крестьян горных заслуживаю, или что?
— Чёй-то он усатый? Эй, пещерный слизень, открой личико! — удивился его сосед и тоже прокричал мне.
— Точно бестолковый. Стоит, как болван, зыркает. И чёй-то он тут забыл? Парадный вход в часе ходьбы отсель. Припёрся, работать не даёт, а норму он за меня не выдолбил. Слышь, черныш, свали, а то киркой зашибу! — вальяжно опёрся на свой инструмент ещё один костяк.
Через пару минут и вся бригада, а было их тут около десяти, наперебой выдавала удивительные вещи. Да, давненько я такого не слышал.
— Чё-то он смотрит больно борзо. В грызло бы ему треснуть.
— Та хай живёт. В грызло дать ты всегда успеешь. И он же ж даж не поймёт, по шо огрёб.
— Вот умора будет, если он от моего могучего удара нашенский разговор понимать станет.
Вдалеке показались прущие на каких-то местных козлах костяные стражи, и я по штандартам понял, что это гвардия Шипастого.
Ребята примчались, остановились и слезли с лошадей, а местные добытчики расступились и почтительно поклонились одному из командиров местной гвардии.
— Аид! Мы получили ваше послание о прибытии и ожидали вас на главном тракте. Прошу прощения, что не смогли встретить раньше! — командир почтительно склонил голову и произнёс на своём же языке.
— Хордох, не старайся, этот дебил ни слова по-нашему не понимает, — с усмешкой продолжил попускать меня первый встреченный добытчик.
Хордох от таких слов сначала опешил, поднял на меня взгляд своих светящихся глазниц, а затем выпрямился, извинился и, вытащив клинок, подошёл к дерзкому крестьянину, не признающему авторитетов.
— Эй, Хорд, ты чё удумал?
— Убью тебя и голову к ногам нашего союзника брошу за оскорбление. Всё он понимает.
— Да не-е-е-ет… Стой… — принялся отступать рудокоп, но путь ему перегородили другие бойцы.
— И вправду. Постой-ка, — притормозил я его и дал понять, что свободно говорю на альвийском. — К тому же тут все отличились. И даже если ты их всех убьёшь, мне это настроение не улучшит.
Я стал строить из себя важную жертву, а эти балбесы, наконец осознав, в какой заднице оказались, тут же запаниковали и начали творить непонятную дичь. Кто на колени упал, кто побежать решил. Один к Хордоху подошёл и попросил прикончить его быстро. Хотя последнее не совсем понял: боли-то они не ощущают. Скелеты же.
— Я… Это моя вина, — закончив скручивать болтунов, подошёл ко мне альвис и протянул свой меч. — Можете убить меня, но, молю, не позволяйте эмоциям взять верх. Вурфет считает вас чуть ли не братом.
— И в мыслях не было, — тут же вернул командиру меч. — Ответь мне на вопрос: почему не работают моя аура, моя сила и моё давление повелителя? Что не так? Что изменилось?
— Наш мудрый правитель три дня тому закончил восстановление фрески «Создание Альвии». Она засчиталась как легендарный артефакт и распространила своё влияние на всю область Первой горы и её окрестностей. Теперь мы все имеем усиление «Гордость альвисов», что нейтрализует эффекты репутаций для не альвисов, а также добавляет пятидесятипроцентную вероятность отражения ментальных заклинаний на этой территории. Собственно, поэтому наши недоумки и вели себя так смело.
— Странно. Пусть и без репутации, но ведь я не только ей давлю… Ну да ладно, спишем на то, что эманации Смерти и Тьмы вам, мертвецам, безразличны, — не стал забивать голову себе голову.
Ну получили они усиление, которое защищает от ментального воздействия. А у меня, по сути, именно оно и работает. Другое дело, что мне и репутацию свою беречь надо, не позволяя подобных выходок даже из-за тупизны встречных.
— У Дзота много потерь было. Я заберу их в качестве новобранцев. Будут с монстрами воевать, Дракгор защищать. Идёт?
— Их жизни теперь в ваших руках, — низко поклонился альвис, и я открыл портальное окно, куда зашвырнул весь десяток скелетов, после чего подошёл к стражнику, стоящему на площади, и велел дать грубиянам работу на рудниках или лесорубами.
— Чтобы работали без отдыха до тех пор, пока я их лично не заберу, — отдал указание и вышел, на мгновение осмотрев происходящее в пространственном убежище.
Работа кипит. Отдельно в сторонке практически закончили реставрационные работы над первым павшим гигантом.
Я отправился вместе с встречающими к главным воротам, попутно оценивая, как изменился город снаружи, как блестят и сверкают на солнце врата в подземный город. Меня торжественно встречали разодетые в удивительные одежды альвийки, предлагая испить пересоленного супа легендарного ранга, от чего моя выносливость увеличилась на единицу. Собственно, после этого я наконец и добрался до дружеских объятий Вурфета.
Тот сразу затараторил и повёл меня по своим залам, показывая засиявшую жемчужину его царства. Его столицу. Это было и впрямь величественно и монументально. Высоко под потолком одного из залов, перекачивая огромное количество маны, переливалась, приковывая взгляд, огромная мозаика с тысячей мелких, трудноразличимых, но крайне интересных деталей.