Короли серости (СИ)
— Всё в порядке с вами? — еле выговорил Вик губами, которые по ощущениям напоминали оладьи. Марцетти кивнул.
— Словили пару встречных лобовой бронёй, ничего страшного. Я и не думал, что всё вот так может обойтись, капитан. Мы действительно сделали это. Мы прорвались. Всего-то теперь нужно будет, чтобы нас не нагнали.
— Капитан передал координаты лагеря врага на «Юнону», — сказал Насиф. — Там практически ничего не осталось. Большинство солдат мы вырезали, выжившие разбежались и вряд ли смогут связаться с Союзом напрямую достаточно скоро, чтобы устроить нам проблемы. С эсминца наверняка передали вести, и в Карасе теперь знают, что никакой эскадры на нашей стороне не было. Конечно, они могут отправить за нами ещё корабли, но думаю, что скоро в дело вмешается полковник. Флот потерял слишком много людей за такое короткое время. Генерал сааксцев, ответственный за нашу ликвидацию, будет смещён, потому что его способы не принесли нужного результата. В общем и целом, мы действительно почти что победили.
— О, да мы просто герои, не так ли? — ухмыляясь, сказал Томми.
— Не паясничай, — процедил Вик. — Сейчас нам нужно набрать скорость как можно больше и двигаться дальше. Что с Паркер?
— А что с ней? Послушно идёт следом, как хорошая маленькая девчушка. Не бойся, кэп, мы скоро окажемся так далеко, что вы забудете вообще, что этот бой был.
На палубу поднялась Эмма и, увидев Вика с Саргием, произнесла с усталостью в голосе:
— Вы так выглядите, будто по вам машинами прошлись. А ты, Лемортов, какого чёрта ты удрал без моего разрешения?
— Прости, маленькая мисс, не было времени с тобой совещаться, — Саргий еле-еле растянул своё подобие лица в улыбку. — Я успел прихватить стимуляторы из твоей сумочки, это если ты не заметила. Придало бодрости, спасибо, да и о боли внутри почти забыл. Вот только такое ощущение, что я долго не продержусь.
— Такими темпами? Я едва тебя стабилизировала, если у тебя снова открылось кровотечение, поверь, ты умрёшь быстрее, чем успеешь сказать «какая досада». Спускайся в каюту рулевого, придётся вколоть тебе несколько мощных коктейлей, а затем уложить спать.
Саргий кивнул, отложил пулемёт и начал спускаться в трюм. Эмма обратила взгляд на капитана:
— А с вами что?
— Начнём с того, что он инвалид, — сказал шаман. Коннели вопросительно нахмурилась. — Без экзоскелета он ходить не может.
— Это всё равно пришлось бы сказать, — сказал Вик, пытаясь улыбнуться. — Экзоскелет не только позволяет мне ходить, но и поддерживает мою жизнедеятельность. Правда, мне придётся его снять на некоторое время и подключить к утилизатору, чтобы он мог починить себя.
— Вы так говорите, будто эта штука живая, — заметил шаман.
— Во многих смыслах она действительно разумнее нас. Меня уж точно.
— Как это случилось? — спросила Эмма. — Вы можете работать руками, но не можете ходить?
— Именно. До совсем недавнего времени всё было в порядке. Незадолго до того, как началась война, я был на задании от короля. В бою в меня имплантировали взрывчатку. Это было что-то вроде маленькой пули, только со специальной начинкой. Она должна была держать меня на привязи. Принудить короля выполнить некоторые требования. Я сам сказал, чтобы он не вздумал ничего такого делать. Поняв, что их план не пройдёт, умники сдетонировали взрывчатку. Взрыв был не такой сильный, но я лишился способности ходить и нормально есть. Так получилось, что один мой друг работал над проектом экзоскелета… ну и результат вы сами видите. Я очень сильно от него завишу. И всё же, он сделал меня намного сильнее, чем раньше.
— Послать инвалида на такую миссию? — Томми присвистнул. — Знаешь, а дела у короля даже хуже, чем я представлял. Мне даже его немного жаль. Ну и тебя, капитан. Забавно, мы не такие уж и разные, если подумать.
— Господи, да закройся ты! — сорвалась Эмма. — Это не шутки. Наши жизни сейчас зависят от того, выживет ли Валентайн.
— Был бы очень благодарен, если бы вы мне помогли, — ухмыльнулся Вик. Приподнявшись, он посмотрел, что за бортом. Они уже обогнули останки эсминцев. «Юнона» следовала за ними по пятам. Марцетти был прав: им стоило гордиться собой. Они уже прошли большую часть путь и обошлись без потерь.
Конечно, остальные успели узнать о нём много всего. Даже слишком много. Но Вик вдруг понял: он бы всё равно не мог слишком долго прикидываться. В конце концов, его истинная натура, его прошлое и всё остальное быстро бы вскрылось. А лгать постоянно ему бы просто не хватило сил. Возможно, кому-то другому стоило отправиться на эту миссию. Но Вик знал: только у него хватит сил, чтобы довести её до конца.
Даже если это значило, что вся его команда погибнет.
* * *
Они продвигались вперёд уже больше пяти суток. За это время Вик успел починить экзоскелет и встать крепко на ноги. Кулаки всё ещё побаливали, но это было меньшей проблемой по сравнению с иммигрантом, который лежал под седативами в каюте Марцетти. Эмма, осмотрев его, сказала, что ему нужен хороший отдых — иначе следующий бой может стать для него последним. А Вик всё думал, что же произошло при прорыве блокады. Конечно, стимуляторы сыграли свою роль. Но такая сила уже была у Саргия. Стимуляторы просто её чуть-чуть подчеркнули. Если бы Билл в своё время ответил на все вопросы, разум Вика занялся бы более насущными проблемами.
Например, что делать дальше?
Марцетти стоило отдать должное: по сравнению с первым днём он всё меньше вёл себя как говнюк. И всё же, ангелом его назвать язык не поворачивался. Но он отдал свою каюту медичке и иммигранту, а сам продолжал спать под лестницей на мешковине, набитой пухом, напечатанным на утилизаторе. Они с Ли периодически сменялись, но всё же вахты Томми были на несколько часов длиннее. Марцетти меньше паясничал и жаловался. Даже когда Вик задавал общие вопросы о том, как они идут, Томми умудрялся отвечать прямо и по делу, без всяческих экивоков. Неужели Марцетти решил реформироваться?
Или же он просто понял, что Вик такая же развалина, как и он?
Как бы там ни было, Вик мысленно был благодарен за такое. Он вдруг понял, как ему действительно не хватает хорошего отдыха. Как же ему хотелось домой, сесть рядом с Синтией, крепко обнять её, прижать к груди. Начать разгадывать с сыном кроссворды, играть в дурацкие видеоигры, давать ему идиотские советы, от которых вреда больше, чем пользы. Просто жить, как все остальные, и не думать, что от твоих действий может зависеть абсолютно всё. Эта мысль уже пугала не так, как раньше. Вику даже нравилась эта ответственность. Но чем дальше они заходили, тем меньше Вик чувствовал, что кому-то действительно это нужно. Ведь Эмма была права, да и сам Вик это понимал: если бы полковник действительно того хотел, он бы нашёл способ связаться с ними, сообщить, что он на стороне Первого Города и просто подыгрывает Союзу, чтобы саботировать все их попытки выиграть войну. И что он будет делать, когда найдёт его? Какие вопросы ему задаст, что скажет, чтобы заставить вернуться домой? Хватит ли у него сил это сделать?
Потому что альтернатива, которую предложил король, выглядела всё менее и менее привлекательной. Он знал, что не стоит эмоционально вкладываться в этих людей, но он просто не мог ничего поделать. Его люди, его отряд, с каждым днём они казались всё ближе и важнее. Даже выходка Саргия сейчас казалась ему более забавной, чем серьёзной. И Вик, как ни боялся себе в этом признаться, чувствовал стыд, что иммигранту приходится сейчас страдать. Ведь по сути, это его прошлое вылезло наружу, его демоны заставили ударить Саргия. Если бы полковник не прислал Сайруса, всего этого конфликта могло и не быть.
Сидя на палубе, Вик размышлял обо всех этих делах. Из трюма наверх поднялся Насиф. Присев рядом, он сказал:
— Не говорите. Я знаю, о чём вы думаете.
— Правда? О чём же?
— О столкновении в храме.
Вик встрепенулся:
— Да ты что, мои мысли читаешь?
Шаман невесело усмехнулся:
— У вас коммуникатор открыт. А там сцена записи в храме, где сааксцы, под командованием вашего старого друга, положили кучу ни в чём не повинных людей и даже не похоронили их.