Короли серости (СИ)

— Он был отличным учеником, — сказал старик. — Жаль только, что решил пойти против воли народа. Пойдёмте.
Они прошли вдоль колонны грузовиков и завернули в едва заметную улочку, где их ждал приземистый внедорожник, с которого местами слезла краска. За рулём уже сидел солдат. Старый шаман сел спереди, а Вик с Сарой запрыгнули назад. Благо, пространства хватало, и экзоскелет не помешал влезть внутрь. Водитель завёл машину и покатил вперёд. Не прошло и нескольких минут, как они выехали на большую дорогу, с которой просматривался город.
Похоже, они находились на окраинах, где жили, в основном, бедные касты. Многоэтажек оказалось не так уж и много, в основном, всё было застроено невысокими, но широкими зданиями. Оборванные и усталые люди, ходившие по улицам, сказали Вику об этих кварталах всё, что он должен был знать.
Даже отсюда виднелась монструозная постройка с кучей куполов и шпилей, покрытая золотом и отражающая солнечные лучи на город внизу. Роскошные здания вокруг неё казались детьми, собравшимися вокруг родителя. Несмотря на всю внешнюю дороговизну, они не шли ни в какое сравнение со дворцом.
«Центр и окраины, — пронеслось в голове Вика. — Чем больше вещи разнятся, тем больше они похожи».
Как две цивилизации по разные миры друг от друга сумели сделать такие одинаковые ошибки? Было ли дело в человеческой натуре или же всю вину стоило возложить на Освободителя, который стал богом и первенцев, и сааксцев?
Вик не мог не заметить, как они постоянно проезжали мимо колонн солдат, двигающихся в одном направлении. Прикинув, Вик понял, что все они маршировали на север. Генерал не солгал: город готовился к осаде, которая должна начаться очень и очень скоро.
— Так много солдат, — протянул он.
— Первенцы подходят всё ближе, — сказал старик, не оборачиваясь. — Их даже можно услышать, если хорошенько прислушаться к Миру. Многие теперь задумаются, кому они подчинялись и для чего. Очень многие.
Солдат, сидевший за рулём, усмехнулся. Этот короткий смешок и многозначительная фраза старого шамана вдруг заронила шальную мысль в голову Вика, которую он чуть не отмёл, как нелепую.
«Какова вероятность, что наставник Насифа тоже действует против полковника?»
— Вы сказали, что Насиф пошёл против воли народа, — осторожно произнёс Вик. — И вам жаль, что он это сделал. Почему?
Старый шаман повернулся. В его глазах промелькнуло понимание того, что за игру сейчас с ним затеяли.
— Потому что он стал изгоем, — сказал Арстан. — Он посмел сомневаться, стоили ли все жертвы того, чтобы в итоге нас вёл чужеземец.
— Вы это о полковнике? — с подозрением спросила Паркер. — Вы в нём сомневаетесь?
— Ни в коем случае, — быстро оборвал себя шаман и отвернулся. Но Вик понял, к чему всё идёт. В его груди снова разгорелся огонь надежды.
Они ехали ещё около получаса, прежде чем доехали до места назначения. Дворец окружали несколько стен с воротами, у которых дежурили вооружённые солдаты. Рядом находились укреплённые сторожки из бетона с бойницами. Когда внедорожник начал подъезжать, бойцы тут же взяли его на прицел. Не успел солдат подойти для проверки документов, как водитель уже приложил к стеклу жёлтый листок бумаги, от вида которого охранники торопливо засеменили к воротам. На остальных КПП они даже не останавливались.
Въехав во внутренний двор, они вылезли из автомобиля и прошли через вход с огромной аркой. Лицевая её сторона была выложена мелкой мозаикой и изображала перевёрнутую пятиконечную звезду. Каждое остриё указывало на небольшую фигуру с крыльями за спиной. «Пять ангелов Отца? Ведь так говорил Насиф?»
Пока Вик вспоминал детали, они уже прошли через холл, украшенный барельефами и скульптурами воинов древности. Громадные, высеченные из камня бойцы в доспехах и с копьями, казалось, смотрели с жалостью на маленьких людишек внизу. Вик не мог поверить своим глазам: некоторые из скульптур в точности походили на солдат Освободителя из видения Ли.
Неужели Карас и был тем последним городом, в котором когда-то обретался Процесс? От этой мысли у него потянуло где-то под сердцем.
 
Он уставился вниз и заметил, что пол покрывали дорогие ковры. Похоже, вручную сплетённые мастерами. На них не было ни единого следа, во всяком случае, до того, как по ним прошлись гости. Даже Дворец короля не позволял себе подобной роскоши — и это при наличии утилизаторов.
Каждые несколько метров дежурили гвардейцы в парадных шинелях с винтовками, к которым были примкнуты штыки. Вик заметил, что они провожали чужаков настороженными, а иногда даже откровенно враждебными взглядами, но с мест не сходили.
В вестибюле с десятками винтовых лестниц вдоль стен их ждали люди в халатах с замысловатыми узорами, вышитыми золотой нитью. Шаман вышел вперёд и что-то сказал. Те ответили понимающими кивками и показали в сторону одной из лестниц. По ней они поднялись на третий этаж и затерялись в бесчисленном сплетении коридоров. В одном этом дворцы короля и совета старейшин ничем не отличались: заплутать здесь было легче лёгкого.
Наконец, шаман привёл их к дверям, возле которых дежурило не меньше двух десятков солдат. В отличие от тех, что были в холле, эти не носили парадной формы. Напротив, одежда некоторых была перепачкана в грязи и виднелись даже пятна крови. На Сару они старались не смотреть. Распахнув двери, они впустили гостей в роскошную комнату, полную дорогой мебели. Всё выглядело настолько чистым и красивым, что Вик даже слегка постеснялся своего ужасного вида.
— Можете прилечь, — сказал старый шаман, плюхаясь на одно из кресел. Сара расположилась напротив него. Вик внимательно посмотрел на диван и прикинул, сможет ли он выдержать вес человека в экзоскелете. Ножки показались ему слишком тонкими и элегантными, чтобы выдержать такую нагрузку, поэтому он махнул рукой, показав, что предпочтёт стоять.
— И вот здесь мы будем ждать прибытия Эймса? — спросил он, кивая на шторы с золотыми кисточками. — Не слишком ли много чести для чужеземца?
— Когда-то здесь обретались старейшины Большой Пятёрки. Чести в самый раз.
Вик попробовал зайти с другой стороны.
— Неужели ваши кланы не против ареста совета старейшин? Я-то думал, у вас строгая выборная система, а тут приходит какой-то генерал и устраивает военный переворот. Неужели никто не стал сопротивляться?
— Действительно, скажите, мне тоже интересно, — поддакнула Паркер, откидываясь на мягкую спинку кресла. На её лице отразилось блаженство.
— Кланы в ярости, — сказал Арстан. — Многие верили в пророчество и не любили совет — и всё же, стоило ли это того, чтобы отдать судьбу нашего народа в руки чужеземцу? Похоже, генерал Хамид считает себя в полном праве принимать такие решения. А главное, он не постеснялся оскорбить традиции: когда несколько глав кланов бросили ему вызов, как воину, он просто кинул их в темницу. Вы не представляете, что значит плен для воина. Лучше уж смерть. Такое пятно на чести просто так не смыть. Раньше за нежелание убить соперника совет мог лишить привилегии управлять кланом. Но Хамид теперь сам себе хозяин.
— Раз так, почему бы просто не убрать его? Я слышал, у каждого клана есть свои воины.
— Да, но за плечами генерала армия, в которую понабрали неприкасаемых — и Хамид убедил их, что первенцы хоть и являются врагами, всё же, важнее побороть «паразитов» внутри Караса. Так он назвал кланы и касты. Генерал сулит, что в новом обществе все будут равны. Естественно, армия в нём души не чает.
Вик чуть не захохотал. Проклятие, почти настигшее Синдикат, ударило и по Союзу: независимые от власти вооружённые силы, призванные не допустить концентрации мощи в одних руках, решили сами ставить остальным условия. Был во всём этом некий фатализм.
— И что же теперь? Все сидят тише воды, ниже травы? Ждут, когда генерал оступится и расшибется об острый угол виском?
— Было бы обидно, если бы никто не попытался остановить полковника, — лениво протянула Паркер, рассматривая ногти. Вик бросил на неё короткий взгляд, пытаясь понять — неужели весь этот разговор её не настораживает? Но девушка снова закрыла глаза и растеклась по креслу. Казалось, ей вообще плевать, что идёт беседа о сопротивлении главному союзнику Эймса.