Режиссер Советского Союза 7 (СИ)
Вот жук! Болтает тут про усталость и желание помогать людям, а сам хочет отжать идею на халяву! Ничего подобного! Я ему не туповатый хомо-советикус, готовый на всё ради нескольких долларов. Американцы с прочими англичанами выступили хорошими учителями, когда разрушили мою страну и кидали наивных пейзан в промышленных масштабах. Граждане России образца XXI века сами кого угодно обманут, хотя и лохов в стране хватает.
Да и свет клином не сошёлся именно на «Paramount». В США и мире хватает других сильных игроков. А моё имя чего-то значит в этой сфере бизнеса. Главное — даже не процент. Я костьми лягу, но выбью права на показ наиболее интересных работ «National Geographic» в СССР. Мои нынешние сограждане заслужили доступ к лучшему продукту. В конце концов, именно на основе моих сценариев будут сняты первые фильмы и передачи.
В конце беседы Эванс вдруг спросил.
— Скажи, стоит посмотреть советский фильм, номинированный на «Оскар» [7]? А то я слышал много противоположных мнений, но большинство склонялось к тому, что награду надо было вручить русским, а не французам.
Здесь мне точно не нужно юлить.
— Надо учитывать, что я пристрастен. Ещё нельзя забывать, что в СССР трепетное отношение к войне и погибшим миллионам сограждан. Особенно страшно осознавать, что тридцать лет назад у нас воевали женщины. Кстати, я снял документальный фильм про «ночных ведьм», так немцы называли советских девушек-пилотов, — грустно улыбаюсь, вспоминая то прекрасное время, — Но сейчас мы говорим о французах. Мне давно кажется, что их культуру и кинематограф поразил тлен. Нет, французское общество ещё достаточно здорово, но ситуация ухудшается с каждым днём. Я бы назвал это прогрессирующей бездуховностью. Просто люди забыли базовые европейские ценности и стремительно движутся в непонятном направлении. Американцев это тоже касается, но больше проявится после окончания войны во Вьетнаме. Поэтому для меня выбор очевиден. У меня нет никакого желания смотреть, как зажравшиеся французы бесятся с жиру.
* * *— Товарищ, Мещерский! — слышу знакомый голос и оборачиваюсь, — Это прямо какое-то чудо! Кому расскажешь, ведь не поверят!
А уж как я удивился! Товарищ Андреев опять летит домой из Парижа и снова встретил меня в аэропорту. Бывает же такое. Здороваюсь с Героем Соцтруда, обладателя множества Государственных премий и почётных грамот. Это я без всякой иронии, ибо Вячеслав Игоревич все свои награды и поощрения заслужил. Он не только зарабатывает для страны валюту по изначальной схеме, но и внёс множество новаций, выйдя на мировой рынок уже с собственной продукцией. При адекватном управлении и системе поощрения, советские инженеры с рабочими готовы удивлять даже пресыщенных иностранцев. Правда, подобное касается далеко не всех отраслей нашей отечественной экономики.
А ещё Андреев теперь глава целого концерна, так как дочерние предприятия московского «Кожгалантерейного завода» в ближайшее время заработают сразу в трёх городах — Куйбышеве, Свердловске и Омске. Не буду рассказывать, какую атаку властей нескольких республик пришлось выдержать директору, товарищу Гришину и правительству РСФСР. Но было очень тяжело. Речь шла даже об обвинениях в национализме, особо забавно это звучало в устах прибалтов. Уж очень ответственным товарищам хотелось получить завод, работающий на экспорт, ничего не вкладывая. Даже Совмин страны издал приказ о строительстве новых предприятий в УССР, ЭССР и УзССР. Только из славного города Парижа прилетел представитель «LV» и показал министру промышленности СССР контракт. Там прописано, что расширение СП возможно после согласования с французской стороной, так как именно она владеет патентами на некоторые механизмы и технологии. А эти странные «мусье» настаивают, что будут иметь дело исключительно с одним субъектом Советского Союза. Если кому-то не нравится, то пусть платит неустойку. Дабы не ссориться с партнёрами, французская сторона предложила правительству построить завод в любой части страны, обучить персонал и передать часть технологий. Только платить за это придётся в валюте.
Высокопоставленные товарищи посовещались и решили, что штрафы с прочими пенни, идут вразрез с кодексом строительства коммунизма и заветами отцов марксизма-ленинизма. А покупать завод за бешенную сумму во франках просто утопия. Поэтому советские бонзы сделали вид, что всё идёт в соответствии с девятым пятилетним планом. Недовольство обнаглевших окраин быстро купировали, наверняка добавив им новых преференций за счёт РСФСР. Интересно, когда вслед за французами японцы тоже начнут строить заводы исключительно в российских городах, националы заподозрят неладное? Мне в принципе плевать, ведь формально основные расходы несёт зарубежная сторона и паразиты, немного повоняв, должны заткнуться.
— Какими судьбами во Франции? — спрашиваю директора после крепкого рукопожатия.
— Не поверите. Ранее мы летали сюда учиться, повышать квалификацию или в отпуск. Ведь наиболее отличившиеся сотрудники фабрики получают путёвки, — улыбнулся Андреев, — А теперь я приехал с целым пакетом предложений. Советская сторона разработала новые модели сумок и фурнитуру. К сожалению, не всё мы можем начать выпускать самостоятельно, поэтому требуется поддержка французской стороны. Что мне здесь нравится, так это оперативность. Черновые варианты наших предложений мы отправили два месяца назад. А уже вчера мне предварительно подтвердили начало работ и поставку необходимого оборудования в СССР. Эх, нам бы такую скорость принятия решений, пусть и в три раза медленнее.
Директор вдруг погрустнел и махнул рукой.
— А вы всё по творческим делам? Новый фильм снимаете? — Андреев быстро сменил тему и указал мне в сторону кафе.
Киваю, одобрив приглашение, направляюсь вслед за соотечественником. Расположившись за одним из пустующих столиков, мы заказали кофе, выпечку и продолжили беседу. Ловлю на себе заинтересованные взгляды некоторых посетителей и одной из официанток. Думаю, ребята узнали режиссёра Мещерского, так как во Франции я фигура популярная.
— Возвращаюсь из США, где идёт работа над новым фильмом. У меня небольшой отпуск, — делаю глоток кофе и заедаю его круассаном, — В Париже пришлось задержаться на три дня. Тоже работа, но связанная с рекламой. Покой нам только снится. Пришлось пожертвовать частью отпуска, в ущерб общению с семьёй.
— Эх, многие граждане скажут, что товарищ режиссёр зажрался. Видите ли, из Америки он во Францию прилетел и не доволен, — улыбаюсь в ответ на улыбку собеседника, — Но я вас понимаю. Знаю, что жизнь здесь не сахар, особенно если приехал работать. А чем выше ты забрался, тем сильнее ответственность. Да и наша бывшая работница Лаврова недавно посещала родной коллектив. Рассказала много интересного, но и про работу тяжёлую обмолвилась. Народ сначала смеялся, мол, кривляться перед камерой много ума не надо. А потом задумались, ведь Маша врушей никогда не была. И работа у нас отнюдь не синекура. Если бывший рабочий говорит, что тяжело, то стоит над этим задуматься.
— Спасибо вам за воспитание отличного сотрудника! — совершенно искренне говорю директору, — Мара действительно талантливая девушка и человек хороший! Ей бы сразу поступить в театральное училище. Но и сейчас её карьера развивается неплохо.
— Да! Весь наш коллектив следит за её успехами и искренне вам благодарен. Кстати, у Марии новость, — видя моё недоумение, Вячеслав Игоревич пояснил, — Лаврова выходит замуж за своего старого воздыхателя. Молодец, девица! Не сломали её медные трубы и прочие искушения. А жених — отличный парень! Перспективный инженер, работающий на предприятии наших смежников. Он так и с Марией познакомился, когда занимался наладкой оборудования.
Личная жизнь Мары мне не особо интересна. Но порадовало, что она не стала гнаться за призрачной удачей и остановилась на обычном парне. Только чую, что у товарища инженера закончились лёгкие деньки и его ждёт упорное восхождение по карьерной лестнице.