Кровник (СИ)

Прокатившись под столом, растолкал стулья и подхватил кинжал. Уставился на противника. Нога и рука нещадно болели. В голове гудело как никогда в жизни. Глаза норовили закрыться, мысли осыпались размолотой пылью.
Зверь издал глухой, неестественный рык. Сосредоточив всё внимание на нём, ловчий вдруг уловил отсвет пламени из камина на осколке флакона. Увидел разлившуюся на полу лужу.
В оглушительном гуле всплыло воспоминание. Произнесённые Арном слова. «Ты же чувствуешь их, да? Энергии, исходящие от всего? От растений, камней, крови и плоти людской».
Поддавшись порыву, рука опустилась к ране. Окунула лезвие кинжала в собственную кровь. Окрасила сверкающий клинок в багряный.
Гул стал равномернее. Плавнее и стройнее. Словно на норовистого коня надели крепкую упряжь.
До ушей донёсся очередной рык. Зверь перемахнул через стол, выставил когти. Разинул пасть. Между ними оставались считанные сантиметры.
Закричав от рвущей боли, устремился вверх. Размашисто ударил кинжалом. Когти зверя впились в плечи. Но клинок пробил морду твари.
Сверкнула алая вспышка. Образующая тело зверя дымка размылась, испаряя исчадие без остатка. С тяжёлым вздохом Ларс рухнул обратно на пол.
У камина на пол рухнул и Арн.
— Что ты сделал? — тяжело дыша и хватаясь руками за голову, прохрипел мастер.
— Послушал твой совет. Обратился к сокрытому в моей крови. — Ловчий иронично оскалился. — Всё же твоя болтовня оказалась полезна.
— Ты… ты справился! Ты использовался силу! — Арн с болезненным хрипом протянул к нему руку. — Помоги мне, брат. Я оправлюсь, верну свою силу. И научу тебя пользоваться твоей! Теперь ты понимаешь?
— Теперь понимаю. — Ларс кивнул. — Мне не сбежать от себя. От прошлого. От моей крови. Но моё будущее только в моих руках. И я сам решу, кем мне быть в этой жизни.
— Ты…
Ларс метнул кинжал. Лезвие пронзило горло Арна. На пол полилась кровь. Изо рта вырвались хрипы и багровые брызги, окропляя зубы. Скребя пальцами по полу, Арн поднял глаза на Ларса. Раскрыл рот и…
Наружу вырвался последний вздох.
  
15
 
Лангус ждал его на террасе. Хоть дворцовые лекари намазали раны целебными мазями и надёжно замотали бинтами, лестница стала тяжким испытанием. Способного помочь в пути гвардейца в сопровождение не дали. На плечи давил окутавший дворец возмущённый настрой. Великим лордам пришлось потрудиться, чтобы воспретить поставку духов, никому ничего не объясняя. Они не знали, в какие флаконы Арн мог успеть подмешать яд, и не хотели рисковать.
Выйдя на террасу, Ларс увидел, что мастер ждал его в одиночестве. В абсолютном одиночестве. Ни у других краёв, ни даже в коридорах поблизости никого не виднелось. Они встретились наедине.
— Рад видеть в целости! — воскликнул Лангус, услышав приближающиеся шаги.
— Я тоже очень рад, что уцелел. — Ловчий шутливо оскалился. — Пожалуй, видя прошлых жертв Арна, мне следовало ожидать подобной битвы. Жаль, я слишком мало знаю о способностях мастеров запредельных знаний.
— Даже для ловчего?
— Даже для ловчего. — Ларс вздохнул и положил здоровую руку на балюстраду. Взглянул на яркое летнее солнце. — А пожалуй, и не жаль. Чтобы поймать зверя, нужно думать как охотник, а не как зверь. Иначе самому можно стать добычей.
— Планируете продолжать дело ловчего?
— Как только заживут раны. Ну, может, ещё недельку-другую добавлю к отдыху. Уверен, я заслужил.
— Заслужили! — Лангус рассмеялся. Перевёл взгляд на поблёскивающую вдалеке гладь океана. — Судя по выясненному вами, у Арна не было союзников. Настоящих союзников. Только те, кого он использовал ради достижения целей. Угрозы он больше не представляет.
— Это успокаивает.
— Мы проверили его историю и обнаружили некоторые факты. Шесть лет назад мастер из поместья лорда Дѐмика погиб при загадочных обстоятельствах, а его сын Арнэ̀лион пропал без вести.
— Всё сходится. История закончилась. — Ларс сделал глубокий вдох и повернулся к Лангусу. — Меня ждёт дорога в Двузубье. Благодарю за сведения, за помощь!
 
— Пожалуйста! — Мастер тоже повернулся к нему. — Как не помочь собственному сыну?
Воцарилось молчание. Взгляд Ларса бегал по лицу Лангуса. Только сейчас, приглядевшись, не отвлекаясь на дела и спешку, он заметил: у них идентичный цвет глаз.
— Ты можешь остаться, — заговорил мастер. — Я чувствую в тебе силу. Потенциал, способный обратиться в великую силу. Нужно лишь обучиться.
— Благодарю, но я уже обучен. Мой настоящий отец позаботился обо всём, что мне потребуется в жизни. Прочие уроки усвою сам. В тяжком случае любимый брат и близкие помогут.
— Уверен? — Лангус посмурнел. — Не потратишь ли ты жизнь попусту? Не станешь ли отнюдь не тем, кем можешь?
— Вся прелесть жизни в выборе. В том, что я могу стать тем, кем захочу быть. Как я уже сказал: меня ждёт дорога домой. — Ловчий почесал скулу, демонстративно выставив перстень с фамильным гербом. — Прощайте, господин мастер!
— Прощайте, господин ловчий.
Лангус отвернулся, обхватив руками балюстраду. Ларс направился к выходу. Разлившееся на душе тепло не смогла омрачить даже длинная лестница вниз. Он наконец-то нашёл ответ. Понял, кто он такой. Свободовольный человек по имени Ларс Футхиллс.
  
Эпилог
 
Обмануть информаторшу Ларсу не позволила совесть. Пусть руководствуясь банальными корыстными мотивами, она помогла ему остановить злодея и спасти многие жизни. В карете, запряжённой Мышкой, они вместе отправились в Двузубье. Ехавшая в постель милорда чернявка возмутилась, когда вместо ожидаемого ей подсунули место обычной служанки. Однако сытая жизнь, крыша над головой и приятная компания замковых рыцарей и прочих слуг вскоре сменили гнев на милость.
Оправившись от ран, ловчий вернулся к ремеслу. Долгие годы охотясь на затевающих недоброе мастеров, он отточил навыки до совершенства. В том числе гул, обзавёдшийся новыми мастями и куда вернее начавший служить своему хозяину. Использованный в битве с Арном приём Ларс больше никогда не применял, хоть и хранил в памяти воспоминания о силе собственной крови. Порой, посещая молельню, он задавался о ней тяжёлыми вопросами, а порой даже побаивался. Однако никогда не отказывался от принятого в Манвире решения.
Двузубье навсегда осталось домом для Ларса. Ставший хозяином замка Ронколм, когда лорда Тоскола затянувшейся зимой унесла лихорадка, неизменно осыпал странствующего брата письмами, зазывая на пиры, где каждый раз упрашивал рассказать новую страшную историю.
Вскоре после кончины лорда Тоскола леди Лиссея родила ребёнка. Крепкого мальчика с тёмно-русыми волосами и голубыми глаза. День радости стал и днём скорби, ибо леди не пережила родов, расставшись с мирской жизнью. Оплакав мачеху, Ларс надолго задумался, в конце порешив отдать новорождённого на воспитание ушедшему со службы сиру Накару Эвэйку. Если богам будет угодно, мальчик станет рыцарем под стать новому отцу, а дар в его крови никогда не проснётся.
Королевства и люд континента продолжали с опаской поглядывать на Империю Вечности, не дающую поводов усомниться — времена экспансии ещё не закончились. От года к году ситуация накалялась. Для мудрецов стало очевидно — худшее в противостоянии с мастерами запредельных знаний ещё впереди. Но это уже совсем другая история.
Хроники Сэмпеоко
786 год