Трудовые будни Тёмных Властелинов (СИ)

Он усмехнулся.
— А ты смелая, — протянул вкрадчиво, сверкнув желтовато-оранжевыми хищными глазами. — Мне нравится.
Ну, предположим, что нравится, она и так видела: обнажённые мужчины в этом смысле — не особенно хорошие конспираторы. А вот то, что он ещё связно болтает и в чём-то там сомневается — непорядок. Потому Гун, будучи особой практичной, решила взять дело в свои руки. И в свои губы.
Истинный, что закономерно, на такую инициативу отреагировал с энтузиазмом, потому разговоры о сложных и потенциально опасных материях временно прекратились.
Признаться честно, Гун и сама непозволительно увлеклась: всё же, пара есть пара. Идеальное биологическое совпадение, чтоб его! И пусть у драконов обоняние не так уж сильно, а всё равно этот запах, и вкус, и магия, бьющаяся под ладонями — всё это сносит крышу почище приворотных и афродизиаков вместе взятых.
А потом Призрачный решил, что она достаточно покомандовала, и перехватил инициативу. И вот тут Гун на себе познала, что наличие у партнёра разнообразного опыта любовных игрищ — дело крайне вредное для концентрации и конспирации. По крайней мере, аналитические способности скромно шаркнули ножкой и сообщили, что они в таких условиях работать не собираются. Потому она просто прокусила губу, чтобы не кричать и не ляпнуть в порыве ничего лишнего.
Призрачному это не понравилось. Он сжал руки на её теле — не причиняя вред, но ощутимо, так, что следы на коже на пару минут, но останутся, а после поцеловал, смешивая во рту привкус крови с вкусом удовольствия.
— Хватит отвлекаться, — прошипел он. — Хватит сдерживаться. Я запрещаю тебе думать о чём-то, кроме меня. Я запрещаю прятаться от меня. Я заставлю тебя расплавиться от удовольствия… я сокращу твой мир до меня одного…
И этот придурок её укусил.
Тут надо сказать: официально драконы ядовитыми не бывают. Яд — удел фейри, подлое оружие, а драконы — дети чистых стихий, да-да, всё по учебнику. Тем не менее, на практике те же Призрачные и Ледяные при желании могли бы соревноваться в степени токсичности с целой ротой среднестатистических фейри. Об этом Гун знала.
Однако то, что яд Призрачных можно использовать для таких целей — это стало сюрпризом. А вот приятным или нет — по этому поводу она никак не могла определиться. Внятно думать вообще так себе получалось: её чувства обострились в разы, а этот садистичный придурок замедлился и совершенно очевидно решил её подразнить. Его медленные прикосновения, помноженные на усилившуюся до запредельных отметок чувствительность, заставляя её распадаться на части.
Гун почувствовала, что здравый смысл и остатки самоконтроля собрали вещи и ушли на вольные хлеба, уступая место звериной сути. Она вцепилась в него клыками, не жалея (по правде, ей всегда нравилась грань боли и удовольствия, привкус крови и ярости — она просто крайне редко себе это позволяла, ибо просто не осмеливалась давать кому-то в руки такую власть над собой). Он довольно зарычал: видимо, их вкусы совпадали. И дальше всё сорвалось совсем уж в безумие, которое обычно бывает, когда двое хищников оказываются в одной постели и спускают свои инстинкты с цепи, наплевав на все рамки.
В дверь несколько раз ломились, но Призрачный заблокировал комнату — повезло. Сама Гун успела благополучно забыть, каковы обстоятельства и ради чего это всё затевалось. Что уж там, она и имя своё вряд ли бы вспомнила, куда там о более сложных материях говорить!
К сожалению, всё хорошее имеет неприятное свойство заканчиваться. И истинный, чтоб ему, всё же решил поболтать вместо того, чтобы задремать или, на худой конец, зайти на новый заход.
— Ты ведь не лиса, — протянул он вкрадчиво, лениво. — Что доказывает, что я — дурак. Сама снимешь щиты или ломать заставишь? Лучше сама, а то ведь больно будет…
Гун потянулась и попыталась настроиться на деловой лад. Тело было категорически против: даже испугаться толком не вышло.
— Может, чуть позже? — мурлыкнула она и потёрлась о его плечо. — Всё равно я никуда не денусь.
— Рад, что ты это понимаешь, — сказал он спокойно.
 
Ну-ну.
— Я всё отлично понимаю, — заверила Гун мягко и принялась целовать его кожу, лаская языком.
По её прикидкам, положенное время уже почти прошло. Внутренние часы, конечно, сильно сбились, но примерно она всё ещё могла рассчитать. Хотелось закончить встречу с истинным на тёплой ноте.
О том, что артефакт может не вернуть её обратно по той или иной причине, старалась пока не думать, растворяясь в неге.
Но тут, как на грех, в дверь опять замолотили.
— Да что у них там произошло? — рыкнул Призрачный.
Гун поморщилась — у неё были некоторые догадки на этот счёт. Демон-помощник показался ей парнем обстоятельным и въедливым. Опять же, мозги набекрень у него на фоне Обретения не свёрнуты. Разумеется, он не поленился связаться с друзьями из Вечного Царства и расспросить, что это за девицы падают шефу на голову и согласованы ли хоть с кем-нибудь такие неожиданные осадки.
Призрачный поморщился и поднялся.
— Придётся выслушать, — сказал он коротко. — Прости. Зря Даани беспокоить не стал бы.
На плечи Гун легла накидка. Она только усмехнулась — сам Призрачный одеждой не озаботился. Впрочем, чего ему стесняться-то? Вечные существа вообще не столь помешаны на одежде, как люди, и не видят в наготе ничего особенно предосудительного. С другой стороны, на пару такой либерализм не всегда распространяется: собственничества никто не отменял.
Демон вошёл в комнату и бросил на неё нехороший взгляд. Гун лишь улыбнулась в ответ: свои перспективы она уже прикинула, и по всему выходило, что дёргаться не стоит. Да, она могла бы превратиться, выбить окно, попытаться сбежать. Она объективно хороший боец и выстояла бы против отряда магов или боевой пятёрки демонов из средней касты. Только вот тут незадача: на другой чаше весов находится Призрачный дракон, ещё и явно старше её. Тут бы пара десятков Оранжевых понадобилась, да с артефактами поядрёней и заготовленной ловушкой, а в идеале — ещё кем-то из боевой знати. Пытаться в одиночку с ним справиться или сбежать — занятие безнадёжное и априори глупое.
Опять же, неизвестно, как артефакт отреагирует на превращение. Вернёт ли её назад в драконьем облике? И, если да, не переломает ли в процессе перемещения все кости? Проверять ой как не хотелось.
— Даани, я искренне надеюсь, что у тебя что-то действительно важное, — отрезал истинный. — Коротко и по существу.
— Да, милорд. Пришёл ответ от лорда Лаари. Он тронут вашей благодарностью, но заверяет, что никаких оранжевых дракониц вам не присылал. В связи с этим заинтригован и жаждет поближе познакомиться и пообщаться с девой, которая сумела убедить вас в обратном.
Гун только вздохнула — ну да, глупо было рассчитывать, что демон тоже ни разу в жизни оранжевых драконов не видел.
Призрачный уставился на неё. Гун соблазнительно откинулась на подушки, позволив волосам разметаться по ткани в живописном беспорядке, и похлопала глазами.
— Неловко получилось, — сказала она. — Мне понравилось считаться лисой. Кажется, романтика на ближайшее время отменяется? Меня ждёт незабываемое приключение в пыточных Чёрного Палача? И что, прямо отдашь меня ему?..
Драконица несла всякую чушь, почти не вдумываясь в смысл. Главное — отвлечь внимание.
По её прикидкам, счёт пошёл на минуты или даже секунды. Только вот не хотелось бы, чтобы Призрачный раньше времени включил мозги, сопоставил всё, что она сказала, и сделал выводы. Пусть в теории божественную силу перебить и невозможно, но на практике всё не так однозначно. Особенно учитывая тот факт, что в генеалогии Призрачного Дома без божественной крови не обошлось.
 
— Милорд, скорее всего, она шпионка, — перебил Даани её разглагольствования. — Прикажете расспросить?
— Это не имеет смысла, — сказал Призрачный, в глазах которого и похоть, и шок отступили на второй план. — Совершенная ерунда. Зачем ей…
Умолк и вскинул глаза, полыхнувшие потусторонним светом.