Охота на русскую Золушку (СИ)
Поначалу я еще надеялась, что он хоть по дороге что-то скажет. Но он предпочел пустую болтовню. Предложил познакомить со своими смирными лошадками. Их у него трое в конюшне. Потому что по правилам игры лошадей нужно менять раз в семь минут. Я сделала вид, что в этом нет ничего необычного, и каждый нормальный человек имеет возможность содержать трех породистых лошадей. Почему бы и нет? У меня же у самой своя конюшня! И у всех моих знакомых! Ерунда, право слово.
Я злилась. И все же, решила серьезный разговор по пути не начинать. Он, судя по моему настроению, ничем хорошим не может закончиться. А у Берти, каким бы вруном он не был, впереди игра. От него зависит успех его команды. Да и не получится разговора в машине по пути к стадиону. Тут ехать минут десять, из которых мы уже половину миновали. Я решила, что обязательно заставлю его признаться, но после игры.
Разве я могла предположить, как все обернется. Что вранье Берти — это лишь первый акт сегодняшней пьесы. Что мы с ним далеко не единственные герои на сцене. И судьба-злодейка уже гримирует за кулисами все мои ночные кошмары: Марко Сеймура и его веселую подружку Лизи. А ведь я с самого начала была против этой авантюры. Надо было держаться своих желаний, и не идти на поводу у подруг.
Вот и сейчас, я мечтала сбежать. Но Лизи-то что с того! Она снова схватила меня за руку и потащила к трибуне. Сильной оказалась, не вырваться. Я пыталась. Уселись мы в самой середине разряженной публики и тут же слились с десятками таких же ярких платьев и вычурных шляпок в одну большую карнавальную толпу. Некоторые экземпляры поражали. На голове одной дамы средних лет восседала самая настоящая птица. Вернее ее чучело, притороченное к плоскому блюду из плетеной соломы. Голова другой походила на гигантский букет из тех, которые дарят на юбилей. Лицо третьей потерялось в зарослях ненастоящих лиан. В общем, было, на что посмотреть и кроме игры. Тем более, что сам процесс погони за мечом на лошадях мне быстро надоел. Как и многим другие вокруг меня. А потому все занялись светскими разговорами, то есть сплетнями и оценкой соседей.
— Вы серьезно познакомились с Алом в музее? — Лизи как будто сомневалась, что люди вообще ходят в такие места.
— Так получилось, — я не стала ее щадить. Да ходят и даже знакомятся. Вот ведь незадача!
Мы еще и на выставку гравюр ходили. И вовсе не за тем, чтобы выгулять платье или шляпку. А потом у нас был пикник, и катание на лодке.
— Ал отличный парень, — дала оценку моя вынужденная приятельница, хотя я ее и не спрашивала, — Но старомодный, если ты понимаешь, о чем.
Как и все мы… Я оглядела наше цветочно-перьевое сборище. Усмехнулась. Мы помолчали какое-то время. Понаблюдали за атакой команды в сине-зеленых футболках на ворота белых. Белые атаку отбили.
— Так вы встречаетесь? — Лизи по-мальчишески пихнула меня плечом в плечо.
Я растерялась. Встречались мы Берти? Ну… Я не стала лукавить, ответила как есть. В конце концов, как я поняла они с ним друзья.
— Мы знакомы всего неделю. Рано пока что-то говорить.
— Неделю?! Вы что до сих пор не переспали?!
Лизи повернулась ко мне всем корпусом. И дамы вокруг нас, услыхав столь интересные слова, сделали то же самое. Разговоры смолкли. Я попыталась стащить шляпку на вмиг покрасневшее лицо. Но не тут-то было. Мия намертво прицепила ее к моим волосам. Надеюсь хоть невидимками, а не клеем. В конце концов, я просто закрыла лицо ладонями. Но разве остановит Лизи смущение жертвы. Как раз наоборот — только распалит.
— Ты чего? — деланно удивилась она, — Правда? А что же вы делали все это время?
Ближайшие к нам дамы закусили тонкие накрашенные морковными тонами губы. Спортивный поединок всадников с клюшками перешел для них в режим навязчивого фона. Я вздохнула, принялась перечислять:
— Ходили на выставку, ездили на пикник, катались на лодке, гуляли… Ну, что делают люди на свиданиях?
На сей раз Лизи дернула плечом и заявила:
— Понятия не имею, у меня никогда такого не было. Зачем зря тратить время, когда все обязательно сведется к сексу.
— Я бы так не сказала. Все сведется к отношениям. В которых кроме секса должно быть и еще что-то. Чтобы вместе было приятно и интересно.
— Приятно и интересно в постели, — отрезала Лизи, — Остальное глупость и притворство.
Я мгновенно устала от этого разговора. Словно мы стоим на разных полюсах земного шара и пытаемся докричаться друг до друга. Разумеется, безрезультатно.
Поэтому я сделала шаг к ней навстречу:
— Но вот вы же с Марко как-то проводите время. На скачки пришли, опять же.
— Что?! Я и Марко?! Ты серьезно думаешь, что мы с ним спим?!
Потерявшие было интерес тетушки, снова замерли и обратили взоры в нашу сторону. Я попыталась утихомирить свою собеседницу, осторожно ткнув ее пальцем в колено. Бесполезно. Лизи распахнула глаза и перешла на тот самый пронзительный голос, который слышен на другом конце стадиона. Как бы ты не затыкал уши.
— Я и Марко! Ну, надо же! Да как тебе такое в голову пришло?!
Мне показалось, что игра на поле переместилась ближе к трибунам. И игроки обеих команд чаще поглядывали на Лизи, чем на траву в поисках мяча.
— Но вы же всегда вместе… — тихо пробубнила я, уже сожалея, что затронула столь скандальную тему.
— Пфф! — Лизи мотнула головой, — Да мы друзья детства. Как и с Алом, кстати. У нас был один горшок на троих, если хочешь знать. И потом, отношения с Марко, это же сущий кошмар!
Я с ней согласилась, сама проходила как раз через этот сущий кошмар, но все-таки спросила:
— Почему?
— Потому что Марко в любой непонятной ситуации накидывается дурью и идет к шлюхам. Я не его девушка, но даже мне приходится доставать его из всех этих кругов ада. Так что нет, мне самой меня хватает.
Ну, да. А чего я ожидала услышать? Сама все прекрасно знала. Может быть, и не так четко себе представляла, какой он на самом деле, но ведь понимала же, что он не романтический герой. Скорее наоборот — анти романтический. Да и не герой вовсе.
— А у тебя что с Марко?
Я пожалела, что вовремя не увела разговор от опасной темы. И все, поздно. Стою в тупике. Лизи мастерски прижала меня спиной к стене. И выхода я не вижу. Окружающие дамы пожирали меня глазами. Как будто Марко был их сыном, за судьбу которого они очень волновались. Может как раз какая-то среди них и была его матушкой. А остальные его тетушками. Меня же не представили этому обществу. Лизи вцепилась в меня требовательным взглядом. А у меня воздух застрял в горле и начал оседать кислотой на языке. Я закашлялась, понадеявшись, что удастся все-таки спастись. Но Лизи и не думала меня отпускать. Не сводила требовательного взгляда. Какая же настырная девица.
— Пони гол, дамы и господа! — громко возвестил в рупор ведущий. Трибуны тут же пришли в шелест и движение.
Я тоже с огромным интересом посмотрела на поле, от всей души благодаря проведение за оказанную услугу.
— Рарити, под игроком Робертом Далзеллом забила гол в ворота Крайст-чёрч!
Игроки в сине-зеленом замахали клюшками над головой. На секунду среди них мелькнуло радостное лицо Берти.
Надо бы эту лошадку Рарити яблоком угостить. Или морковкой на худой конец. Я слышала, лошади все это любят.
Тут, перестав радоваться и махать рукой команде Линкольн колледжа, Лизи снова повернулась ко мне. У нее на лице читалось, что она намерена возобновить допрос про наши отношения с Марко. Если понадобиться, то и с пристрастием. Я снова прижалась к воображаемой стене тупика, и затравленно хлопнула глазами.
— Чиккер, дамы и господа! — Радостно объявил в микрофон ведущий, — Время притоптать траву!
Многие на трибунах повскакали с мест и побежали на поле, чтобы успеть за короткий трехминутный перерыв побегать по траве. И надо сказать, никогда я еще не возглавляла процессию с таким энтузиазмом. Я намерено оставила Лизи далеко позади, всерьез наметив перебежать поле, устремиться в прилежащий к нему пролесок и там пересидеть эту треклятую игру. А еще я подумала, что морковки и яблочка от меня заслуживает не только лошадка сэра Далзелла, но и замечательный ведущий, так удачно спасший меня от расспросов Лизи. Дважды!