Охота на русскую Золушку (СИ)

— Может не стоит тебе подвозить ее на машине до стадиона? Скажи, где ее подобрать, я сделаю это с удовольствием.
— Нет, так нельзя. Я вас еще не познакомил, — Ал вертелся перед зеркалом в холе, словно не на игру собирался, где ему предстоит скакать на потной лошади в компании таких же мужиков в шлемах и с дурацкими колотушками, а на бал в королевский дворец.
А меня не покидало мрачное предчувствие. Что-то пойдет не так.
— Ну, что, пойдем выберем мне принца? — Лизи подхватила меня под руку, едва я вылез из машины.
— Нас слишком часто видят вместе, дорогая, — буркнул я, кинув ключи парню с парковки.
— Ты для меня мелковат. Слышал папашу? Он ведет переговоры с королевскими семьями! — отрезала чертовка и потянула меня ко входу.
Но я не дался. А потом посмотрел на нее с интересом. Лизи, конечно, та еще заноза, но сегодня она может помочь нам с Алом. Уж заболтать девчонку до радужных кругов перед глазами она запросто сможет. А нам нужно отвлечь внимание девушки от Ала и отвлечь внимание общества от девушки. Лизи тут прекрасный маяк. Когда она рядом с кем-то все смотрят только на нее. Тем более, когда она выглядит так вызывающе. Платье слишком короткое, а вырез такой откровенный, что смотреть выше груди ну, никак не получается. Даже мне. А ведь я купался с ней голышом в одной луже, когда никакой груди у нее и в помине не было.
— Слушай, тут такое дело… — я поднатужился и все-таки поднял взгляд к ее переносице, — Ал привезет на игру девушку.
— Да ты что! — Лизи ожидаемо округлила глаза, — Ал! Девушку?!
— Чего ты так удивляешься. Он же натурал, в конце концов.
— У него была только одна девушка. Та шлюха, которую ты ему подсунул. И он собирался на ней жениться!
— Ему было семнадцать! Сейчас он вырос и сам в состоянии знакомиться с девчонками. Ты просто давно его не видела.
— Тогда я остаюсь с тобой! — к моему удовольствию объявила Лизи, — Очень хочется увидеть ту единственную, неповторимую, добродетельную, невинную, затмившею своей красотою бренность этой жалкой жизни.
Мы посмотрели друг на друга и одновременно рассмеялись. Лизи процитировала десятилетнего Ала, который именно так, высокопарно описывал девушку, в которую он когда-нибудь влюбится. Помнится тогда мы сидели у костра и пытались поджарить чипсы вместо маршмэллоу. Я сказал, что влюблюсь в любую с четвертым размером груди, а Лизи заявила, что ее кумир Капитан Америка.
И в общем-то пока мы следовали заданной в детстве программе. И с нетерпением ждали, кого же предъявит нам поклонник истиной красоты и невинности.
— Это же Ал? — Лизи кивнула на неказистый автомобиль, парковавшийся у обочины.
— С чего ты взяла? Ал сроду на таком дерьме не ездил.
— Да нет! Там и правда Ал!
Мы удивленно уставились на что-то такое, на чем ездят наши слуги. Наш Ал вышел из Вальво в костюме для поло, который стоил два таких автомобиля. Он обошел машину, открыл дверь и подал руку своей спутнице. И вот тут действительно случилось что-то из ряда вон. Небо упало на землю. Цунами обрушилось на пустыню. Мы с Лизи замерли на мгновение ни в силах произнести ни слова.
— Только не говори, что ты не знал! — наконец прошептала она.
Я мотнул головой. Принц Альберт вел к нам Марию Зайцеву.
  
Глава 10
 
Маша
Ноги мои ослабли, едва я столкнулась с его хмурым взглядом. Он еще и брови сдвинул. Наверное, для пущего эффекта. Хотя куда уж пуще… А ведь мне буквально вчера вдруг показалось, что меня слегка отпустило. Нет, я не избавилась от наваждения по имени Марко Сеймур. До этого еще далеко. А если по-честному, то вряд ли и возможно. Но вот прошлой ночью он мне даже не приснился. Это ведь уже хорошо? Я решила, что встала на путь исцеления. И даже нашла тому явные доказательства. К примеру, еще неделю назад при мысли о Марко моя кожа и снаружи, и внутри напрягалась саднящими мурашками. А вчера мы с девчонками специально говорили о нем и даже фотки в Инсте разглядывали, чтобы проверить мой организм на устойчивость. И он выдержал. Не рассыпался на сотни ноющих осколков. Ну да, сердце заходилось аритмией, и горло сжимали спазмы. Такие, от которых воздух превращался в лед и застревал в легких. Но мурашек не было. Да и неделя выдалась напряженной. Под завязку напичканной событиями. Иногда я о Марко целыми днями не вспоминала. Зато ночью он владел мной без остатка. Неизменно являлся в то мое странное состояние, которое и сном-то назвать нельзя. Лежала на спине, упершись затылком в подушку, пялилась в потолок, машинально пересчитывая трещинки в штукатурке. В основном пыталась понять, что мне делать и как жить дальше. Не вообще, а хотя бы завтра. Неровные тонкие линии переплетались между собой, образуя замысловатые узоры, распадаясь на сероватый туман. Из него мой единственный, мой желанный и совершенно недоступный мужчина тянул ко мне руки, сверлил голубыми глазами, ухмылялся презрительно губами, которые могут быть такими нежными, такими мягкими. Я вздрагивала, возвращалась к трещинкам над головой, путалась, сбивалась, позволяла снова утянуть себя в мучительное междумирье. А этой ночью я вдруг полноценно уснула. Без видений, без Марко. Проснулась отдохнувшей, готовой к сегодняшнему важному разговору. Который планировала совсем с другим. С Берти.
 
И вот опять: кости превратились в кисель, сердце выстукивает джаз, ребра окаменели, заперев в груди вдох, перед глазами уже пляшут черные точки, а в ушах белый шум. Один лишь взгляд его потемневших до синевы глаз, и я почти в обмороке.
— Эй, Маша! — я только сейчас поняла, что судорожно вцепилась Берти в локоть. И, наверное, здорово его напугала. Он ведь не понимает, что я балансирую на краю пропасти.
Он накрыл мои пальцы своей большой теплой ладонью. Наклонился поближе к уху, проговорил хоть и весело, но как-то успокаивающе. Как педиатр малышу, перепуганному предстоящей прививкой:
— Не волнуйся, мои друзья прекрасные ребята.
О, да! В этом я как раз не сомневалась. И Марко, и Лизи сами по себя наверняка замечательные. Но в преломлении нашего недавнего совместного вечера друзьями я их вряд ли смогу назвать. Лет сто как минимум. А может быть и все тысячу. Одна увела моего жениха под белые ручки и спрятала его где-то в недрах ночного клуба. Мне было все равно, но она-то об этом не знала. Та еще подружка! А другой… а другой сделал все, чтобы я уже никогда не была прежней уверенной в себе девушкой, перспективной студенткой и будущим ученым. Нет, с его помощью я превратилась в жалкое нечто, которое и человеком-то назвать трудно. Так, системное приложение к его сверкающему эго. И нет, я не скидывала всю вину на него. Я и сама постаралась, ввинчиваясь в грязь с необыкновенным энтузиазмом. Вспомнить хоть мою утреннюю эскападу, когда я заявилась к нему домой. А что если он решит, что я его преследую? Выяснила его адрес, на мероприятиях караулю.
Отчаянно захотелось сбежать. Вот прямо сейчас, развернуться на каблуках и припустить вдоль парковки. Но Берти вряд ли такое пропустит. Кинется следом. Может даже окликнет, привлечет всеобщее внимание. Будет только хуже. А может быть Марко и Лизи вовсе не друзья Берти? Может, они случайно тут стоят? Но нет, какой бы раскисшей идиоткой я сейчас не тащилась к ним навстречу, я все еще студентка-отличница, голова которой даже в режиме форс-мажора может сложить два и два. Берти едва вывел меня из машины, как тут же кивнул на эту парочку. Пообещал, что они прекрасные люди и мне с ними будет весело, пока он скачет на коне, пытаясь попасть клюшкой по мячу.
Теперь я шла к ним и суматошно решала, как себя вести? Сделать вид, что я вижу Марко и Лизи впервые? Кстати, они все-таки вместе? Но кто тогда та девица, которая разгуливала по дому Марко в полотенце на голое тело? Случайная знакомая? Лизи настолько толерантна? Хотя… она ведь нас с Марко почти насильно оставила наедине в клубе, утащив куда-то Платона. Что за отношения у этих двоих все-таки? Я никак не могла решиться еще раз посмотреть на них. Зато чувствовала и макушкой, и плечами, и руками и животом, что Марко прямо таки сверлит меня взглядом. Во все места моего несчастного тела разом. Требовательно, неотрывно. И как у него получается? И… ну вот… Он обрушил мой последний барьер. Кровь понеслась по венам, прилила к щекам горячим жаром и погнала вниз по коже волны саднящих мурашек. Неделя усилий по изгнанию Марко из моей жизни коту под хвост.