Дерзкая для Бандита (СИ)

— Булыжник, — я приобняла его, сложив голову ему на плечо.
Этот Король Лед мне хотя бы не врет.
— Да, Принцесса, — его теплая рука обхватила меня за поясницу.
— Я пойду с тобой на свидание, — неожиданно для себя, выпалила я.
Вот это я сказала и не подумала.
— Я знаю, — добавил он и ухмыльнулся.
Я отлипла и нахмурившись взглянула в его счастливое лицо.
— Булыжник, — прошипела я, — еще один стратег.
— Всего лишь мужчина, который знает, что ты еще будешь со мной.
— А я откажусь и не буду.
— Ты сначала с Владом поговори. Я его никогда таким не видел, честно, — сказал полушепотом собеседник.
— В каком смысле? — я правда не совсем поняла.
— Он всегда на юморе, он всегда очень как бы выразиться, требователен и вообще дядька он очень влиятельный, а сегодня как мальчишка. Я в шоке. Это правда хрень какая-то.
— Хрень, это то, что я росла хер пойми где, хер пойми с кем и могла бы вас не встретить если бы ты, — я ткнула пальцем в его грудь, — меня не похитил.
Ужас конечно. Я не понимала, что мне делать и о чем теперь говорить со своей веселой семейкой... Я потеряна, рассеена, просто в умате, если так можно выразиться. Стакан карвалола и валерьянки пожалуйста, чтобы хоть как-то утихомирить все внутри. Сначала Вика, теперь отец. Да уж. Весело уж точно.
  
Глава 26 Увези меня из ада
 
Карина 
Мы вошли обратно. Я вроде даже подуспокоилась, хочу выпить. Выпить и забыть вообще обо всем. До свидания. Я сошла с ума. Поздравьте меня. Эта чекнутая семейка сотворила со мной то, что не смог никто и ничто.
Идея для будущей книги. Напишу про это роман. Черт только пойми, как это будет бредово выглядеть.
— Кара,— Подозвал меня Коля, когда я итак уже поднималась.
Я кивнула ему.
Тоже вот, хотел как лучше, а получилось называется как всегда.
Ну от такого убойного сюрприза вообще можно с ног упасть, честное слово.
Отец сидел развалившись на диване, раскинув ноги и руки, залпом выпивая полный стакан виски.
Да уж.
Еще один, травмированный. Еще один раненый душой.
Интересно, насколько он сам в шоке? Насколько ему стыдно? Больно?
— Дорогая моя семья,— я развалилась на кресле, скопирова позу отца полностью,— что вы еще расскажете? Мама там случаем за углом не стоит?
Я вспомнила о матери. Ей так вообще все равно, она там наверное шастает за кенгуру или за пауками бегает.
Ей всегда было на меня плевать, но думаю ЭТО, ее бы точно заинтересовала.
Алик присел радом, раскинул руку, слегка меня приобняв.
Я закинула ногу на ногу и сложила руки на груди.
— Молчите?
— Карин, что ты будешь пить?— первым начал Коля.
В нем я вообще не сомневаюсь. Он меня точно любит, ну как, он точно мне рад, он точно ничего не знал. А вот этот седой двухметровый байкер? Он что скажет мне?
— Угомонись, Карин, лучше бухни, расслабься, у нас много времени впереди, все еще обсудим,— отец нахмурился.
— Слушай ты, дед, во сто шуб одет,
—Карина,— сжал мое плечо Алик.
— Нечего меня останавливать, так ты,— я наклонилась в сторону отца,— ты мне еще указывать будешь, как мне себя вести? Где ты был 16 лет? Воспитывать меня раньше было, а сейчас не хочешь со мной говорить так вали, я тебя не видела столько лет, даже о тебе не знала и еще столько лет знать не хочу.
— Это было для твоей же безопасности,— он наклонился ко мне,— перестань дерзить.
—А что папочка, не нравиться когда отвечают? Что для моей безопасности? Ты еще скажи лучше для моей психики.
Больше меня никто не останавливал. Все все понимали. Это был только наш диалог, в котором я, брошенная дочь и этот огромный буйвол, зовущий или не зовущий себя моим отцом.
Я чувствовала теплую руку Алика на плече.
Они с Николаем очень внимательно смотрели то на меня, то на отца.
— Просто так смерть не инсценируют и от родных не скрывают. Не задумывалась,— отец нахмурил брови.
— Просто так детей не бросают, не лгут и не исчезают,— ответила я, закусывая губу.
Чертовы голубые глаза. Это от него. У мамы не такие. А тут... Да я его копия в женском обличии. Странно смотреть было ему в лицо. Странно и страшно. Что будет дальше не знаю, но дуться я точно буду еще некоторое время. А как мы все понимаем, некоторое время, понятие растяжимое.
 
Я вскипала, как чайник. Даже пить уже передумала, это мне точно не поможет. Тут нужна холодная голова, а моя взорвется сейчас. папаша года. Где ближайший принтер? Я распечатаю ему грамоту.
Отец смотрел мне прямо в глаза. Тяжелый у него такой взгляд. Не знай, кто он, я бы его уже тристо раз испугалась, но сейчас нет. Я буду наглой, я буду дерзкой. Эта шайка-лейка не имела права меня бросать, а после не имела права меня похищать. Они облажались дважды.
— Я все тебе расскажу, все тебе покажу, только остынь пожалуйста, я понимаю все твои чувства. Я следил за тобой и знаю все о твоей жизни.
— А я вот о тебе ничего не знаю,— я сжала руки в замок.
— Обязательно узнаешь. Хочешь. Придумаем что-нибудь. Поедем куда-нибудь, все, вчетвером если хочешь,— он оглядел всех присутствующих.
Добрый взгляд. Тон тоже, но меня таким не возьмешь! Бросил меня, больно мне было без отца, больно и плохо. Теперь пусть больно будет ему.
— Вон ты как заговорил, мистер непостоянность. Хорошо, я поеду, но только не с вами, не с тобой,— я показала на него указательным пальцем и встала, подав руку Алику,— мы поехали, хорошего вечера, дорогая семья.
— Вы куда? — первым засуетился Коля и тоже встал.
Алик не растерялся, ухмыльнулся, и кивнув другу, приобнял меня за талию.
— Не переживай братик, твой друг просто очень хочет меня трахнуть,— я повела Алика в сторону выхода, даже не оборачиваясь на присутствующих.
Что они мне скажут? А вот ничего. Я больше не ребенок. 
Сама от себя в шоке, но что-ж поделать, когда такое окружение.
Хватит с меня нежностей и наивности.
Алик крепко держал меня за талию и не сказал не слова, пока мы не вышли.
А затем, усмехнулся и почти рассмеялся мне в лицо.
— Хочешь покажу тебе одно место?— он повел меня к своей машине и открывая мне дверь.
— А я думала мы к тебе,— отшутилась я в ответ, присаживаясь на передние.
— Не вешай мне лапшу на уши, принцесса, я выкупил твою шутку сразу же,— он подмигнул мне и искренне улыбнулся.
Хорошенький то какой сегодня, без шуток своих мерзких и приставаний. Надо же, я иду ему на пользу! Однозначно!
— Когда ты заделался в праведники, Булыжник?— я удивилась и вытянула ноги, устраиваясь поудобнее.
— А когда, позволь напомнить, ты стала такой стервой?—он вопросительно поднял брови.
— Тогда, когда родилась.
— Точно, ты же Халимова. Это у тебя в крови.
— Хватит о моей крови! Хватило на сегодня, доноров этих. Показывай давай свое место,— с улыбкой на лице произнесла я, откинув сиденье подальше,— увези меня из этого ада.
— Как тебе будет угодно, принцесса.
  
Глава 27 Обзываемся?
 
Карина 
Крыша дом. Очень мило. Высоко, красиво.
— Я прихожу сюда, когда мне хочется побыть одному,— Алик подошел ко мне сзади вплотную, обнимая меня обеими руками и прижимая к себе.
Я облокотилась о его грудь. Твердая и горячая. Он что вечная грелка?
Слышу стук его сердца, вижу ночной Питер. Прохладный ветерок щекочет мое лицо.
— Я не знала, что ты романтик.
— Я не романтик, принцесса,— прошептал он мне на ухо,— я булыжник.
Стало ужасно щекотно, я сжалась, попыталась вырваться от него, чтобы он уже прекратил, но он продолжал дуть мне в хо.
— Стой, стой, я сдаюсь,— пропищала я, в несчастных попытках предотвратить свои мучения.
Он прислушался. Остались мы так стоять, смотреть на десятки проезжающих машин, на огни ночного города, на нескольких пешеходов. Просто смотреть и обниматься на крыше дома.