Месть Артефактора 2 (СИ)

Даже не пришлось добавлять уточнение "пока". Все и так все прекрасно поняли.
"За тобой "косяк", придурок! Уж будь добр попрыгать!", — привычно перевел для себя витиеватый ответ брата орденец.
— В меру моих скромных сил. — В голосе Гастингса прозвучала легкая нотка злости.
"Да понял я! Но борзеть-то тоже не надо! Не последняя партия, в конце концов!..".
— Вы невероятно добры! — Заверил Ростов, кивнув своим мыслям. — А то злые языки шепчут, что появились в окружении монарха недостойные личности, рекомендующие пересмотреть договор о разделе добычи полезных ископаемых на арктическом шлейфе. Было бы очень неплохо, если бы нашелся голос разума, возразивший сим недостойным личностям, готовых поставит Государство на грань вооруженного конфликта из-за банальной жадности.
— В меру моих скромных сил. — Подтвердил с явной запинкой Гастингс.
— Ну, вот и замечательно! — Обрадовался глава. — К сожалению, сам я мало чего понимаю в хитросплетениях мировой политики. Однако мои знакомые из МИДа на этом собаку съели. Я обязательно сообщу им, что нашелся разумный человек, готовый слушать и СЛЫШАТЬ наши аргументы.
"А вот это правильно!", — оценил орденец, кивнув своим мыслям. Тут важно выжать этого засранца до суха, но не передавить, чтобы он с горяча не учудил чего. А в имперском Дипломатическом корпусе те еще зубры сидят. Обязательно разделают этого бельчонка под орех!
Связь прервалась.
— Господа, — торжественно объявил хозяин дома, поочередно глянув сначала в сторону Долгорукого, а затем и Воронцова. — Кажется, у нас есть целых два повода, помимо столь замечательной виктории, чтобы спуститься вниз и пропустить по бокальчику. Столы уже накрыты.
Предложение, понятно, возражений не встретило.
* * *
Несколько часов спустя братья Ростовы вновь поднялись в тот же кабинет, где их уже ждали начальник гвардии и глава службы безопасности.
Вместе с человеком, представившимся убийцей.
Первым слово взял Никита Иванович Добромиров. В конце концов, он начальник СБ рода и советник главы по вопросам безопасности. Именно за ним всегда оставалось первое слово в вопросах безопасности.
— Молодой человек около тридцати пяти лет от роду. Имя согласился назвать только вам. Утверждает, что принял участие во вчерашнем нападении на стороне противника. Двое стихийников идентифицируются как убитые им. Это дало возможность покинуть фургон и проломить щит экселенца. Так же именно он ранил куратора операции, дав нам шанс взять его живым. Сдался вчера около пятнадцати часов нашим гвардейцам, в доказательство предоставив крупнокалиберную винтовку и артефакторные патроны класса "Торез — 3" бриттского производства. Вместе с винтовкой обнаружена карточка ведения огня с отмеченными лежками и промерами расстояний до ориентиров по одному из маршрутов вашего следования.
— Мы должны были вернуться этим маршрутом? — Приподнял бровь Олег Ростов.
— Так точно.
— Насколько высоко вы оцениваете шансы на успех покушения?
На этот раз эсбшник молчал секунды три перед ответом.
— Как достаточные, чтобы представлять реальную угрозу.
Братья переглянулись. Орденец повел плечом. Глава Ростовых только дернул уголком рта.
— Как удалось взять?
Добромиров оглянулся на безучастно глядящего перед собой кавказца.
— Он сам сдался. Около пятнадцати часов просто вышел на один из наших патрулей и продемонстрировал винтовку. Согласно моему приказу взяли "аккуратно". Предварительных действий фактически не проводили. Единственное, убедились, что он не будет представлять опасности сейчас. Но вежливо.
— Точно? — Напомнил о случае пятилетней давности своему заму по безопасности глава.
Смотрел он при этом на закованного задержанного. Двое спецов плотного контакта контролировали каждое его движение.
— Со мной хорошо обращались. Условиями содержания доволен. — Ровно ответил тот, не меняясь в лице.
— Да слон я, слон, только в живот не бейте! — Усмехнулся орденец.
 
— Со мной хорошо обращались. Условиями содержания доволен. — Вновь повторил задержанный.
— Как твое имя?
— Тигран. Бероев Тигран Муратович.
В кабинете повисла тишина. Очень нехорошая такая. Никита Иванович аж в сторону сместился, готовясь открыть огонь в любой миг... По начальнику гвардии. Именно Каземир Валентинович Еговкин "представил" остальным молодого человека.
И отчего-то тон главгвардейца не оставлял вариантов, откуда именно он узнал паспортные данные молодого человека.
Тигран только кивнул, подтверждая сказанное.
— Каземир Валентинович, могу я узнать, что происходит?
Хотя орденец и так мог бы уже ответить на этот вопрос. Нашелся тот самый предатель, который помог осуществить захват заложников.
— Каземир... — Глава рода тоже соображал быстро. — Почему?
— Лика. — Коротко ответил тот. — И Света.
Молодцеватый пятидесятилетний начальник родовой гвардии подтянулся, поправив как всегда идеально сидящий темный деловой костюм.
— Причем здесь ваша жена и дочь?
— Их похитили, — просто ответил тот. — И пообещали убить, если подниму шум. Я... Я знаю все о протоколах. Но не смог.
Ростов кивнул. Поздний любимый ребенок и обожаемая жена. Нет, глава не мог себе позволить понять предательства. Просто отметил, на чем именно подловили уже бывшего начальника гвардии.
— А этот молодой человек?.. — Поинтересовался Олег Ростиславович, потирая переносицу.
— Мой протеже, — ответил Еговкин. — Он проходил отбор в гвардию, но его навыки оказались на несколько ином поприще. Идеальный диверсант. На тот момент был внедрен к Державиным как представитель бриттских интересантов. Задачей было максимально возможное обеспечение безопасности детей. После побега он предложил свои услуги, старому Державину, мотивируя их личной ненавистью и жаждой мести. Дефицит кадров у старика сделал свое дело — он отвел Тиграну роль контролера во время нападения на кортеж. К сожалению, он не смог сообщить точное время и место нападения, но сделал все, чтобы дети выжили.
— Лика и Света?
Каземир Валентинович покачал головой.
— Свету удалось спасти благодаря информации Тиграна. Лику — нет. Ее убили сразу после побега заложников.
В кабинете повисла гнетущая тишина.
* * *
Еще через несколько часов все в том же помещении остались лишь братья Ростовы.
Между ними стояла уже почти пустая бутылка коньяка.
— Ну и что мне с ними делать? — Негромко произнес в пустоту Олег.
— Тигран этот... Пусть живет... Спокойно, — орденец глубоко вздохнул. — Сработал он действительно классно. И... Наградить надо бы.
Глава рода вскинул брови. Игорь только плечами пожал.
— Он детей таки прикрыл. Да и если подходить с холодной головой, то результативность у него потрясающая.
— А по Еговкину что, тоже наградить?! — Горько усмехнулся Олег Ростов.
Орденец разлил остатки коньяка по бокалам.
— Нет, но в целом оставить без последствий...
Глава оторопел. Так быть не должно!
— Это. Твои. Дети.
Напомнил он.
— ... Для жизни и здоровья, — спокойно продолжил его брат. — Но отношения к роду он больше иметь не будет.
— Вот как? И что ты предлагаешь? — Поинтересовался он, махом опустошая бокал. — Отпустить? А уровень его осведомленности представляешь?!
Вообще-то Игорь тоже не очень представлял, как именно обойти этот щекотливый момент. Сам себе он объяснил это тем, что просто устал за последние дни. И переволновался.
— Я считаю...
Стук в дверь заставил его умолкнуть. Через секунду в кабинет ворвался Добромиров.
— Олег Ростиславович, — ровно произнес он. — Каземир Валентинович только что найден мертвым. Застрелился.
Братья переглянулись. По всему выходило, что бывший глава гвардии, не смотря на слова Игоря Ростова, избавил их от очень непростого решения.