Анжарская академия. Темный магистр исцелению не подлежит (СИ)
Память не давала подсказок. Ни гхарровой капельки. Я не смогла бы даже сказать, сама сюда приползла или меня перенесла чья-то добрая душа. Такая, знаете ли, с хоботком… И, может, не слишком добрая.
Произошедшее ночью показалось сном. Дурным. Вероятно, у меня из-за отката галлюцинации начались. Сообразительный морок-помощник, странная леди с золотом в глазах, птица, метущая хвостом джантарики? Что вообще происходит в странном доме на утесе?
Я попыталась осторожно сползти с застывшего камнем магистра, но вторая рука упрямо легла мне на бедро. Первая уже была там.
– Лежите уже… – недовольно прохрипел Райс. И вздохнул с такой надрывной тяжестью, словно я весила, как общественный вояжер. С шестью пассажирами. – Еще только рассвет, вы совсем без сил. К завтраку восстановитесь.
– Ваша рука. Она на моем бедре, – я без особого страха столкнулась с его черным засасывающим взглядом. Вархова воронка! Того и гляди затянет.
– До этой минуты оно не протестовало.
Каждым кружевным завитком я ощущала степень двусмысленности ситуации. То есть я, младшая целительница, воспитанница мэтра Сайлэ… Так вот я этой ночью тайно пробралась в чужую спальню, влезла в чужую постель, избавилась от лишних преград… И запрыгнула на магистра? Боги Эррена…
– Почему я на вас забралась? – обиженно всхлипнула. – И почему… почему одежду сняла?
– Вы не помните… Вика?
– Ни гхаррова копыта!
– Может, и слава богам, – насмешливо прохрипел Райс, и подозрения закрались самые дикие.
К счастью, мои волосы, беспардонно расстелившиеся по заросшей груди магистра, все еще были светлыми. Они забавно вились, на концах превращаясь в мелкие спиральки. И хоть немножко, но защищали настоящую Алиссу от неминуемого позора.
– Вы черпаете силы из нашей «брачной» связи. Восстанавливаетесь. Полагаю, инстинкт самосохранения присущ даже хавранкам, – магистр чуть приподнялся с подушки, чтобы получше меня рассмотреть. Красные щеки и перепуганные глаза его особенно порадовали. – Чем теснее контакт, тем…
– Не продолжайте, пожалуйста! – взмолилась в панике. – Удивительно, как на вас еще брюки остались.
– О… вы пытались, – глухо рассмеялся он без всякого смущения. – Ночью, когда вы пришли… вам было плохо. Вы бредили, говорили про тварей изнанки. Про птицу, про хоботок… Я хотел спуститься проверить, но вы меня не отпустили. Вы умеете быть очень, очень настойчивой. Что там произошло?
– Эйвелин стало дурно, она…
Нет, этот его пробирающий взгляд действовал на меня даже хуже, чем предыдущие, превентивно убивающие. От тех хотелось перейти на другую сторону коридора. От этого – провалиться в бездну Керракта.
– Она? – рука магистра перебралась с хавранского кружева на мой локоть и медленно поползла к плечу, исследуя изгибы татуировки.
– Упала в обморок в библиотеке, – я дернулась от его прикосновения, пробившего молнией до самого нутра. И осторожно сползла на соседнюю подушку. – Я пыталась помочь и… наверное, тоже упала. Я не помню, как поднималась наверх. Честно. Могла перепутать двери и…
– Ничего вы не перепутали… Вика, – уверенно прохрипел маг, морщась всю дорогу, что я сползала.
Да как же это не перепутала?
Виноват или бессовестный морок, или мой опустошенный резерв, или брачная привязка. Сама бы я точно не вторглась в комнату Райса! Добровольно. Имея в распоряжении свою спальню и постель.
– Вы выкупили мою душу у тварей изнанки, – напомнил магистр, поворачиваясь на бок и щурясь хищным грикхом, нацелившимся на жертву. – Что вы намерены с ней делать?
– Ничего не намерена, – сглотнула, неприлично тараща на него глаза. Надеюсь, голубые.
Брось, Лисси… Это ведь Райс. В смысле, Ра-а-айс, а не исчадие мрака. То есть исчадие, конечно, и мрачное запредельно, но не по-настоящему. И это не первый мужчина, в постели с которым ты оказалась. Второй. А после Криса, надолго отбившего всякие желания, тебя не так-то просто запугать.
Несмотря на опыт приютов и пансиона, сделавший меня куда взрослее, внутри все нервно трезвонило, дергалось, натягивалось и истерично подпрыгивало. Словно органы именно сейчас решили устроить перестановку и поменяться местами.
Темные воронки напротив засасывали меня на дно, с которого нет выхода. Если провалишься, то уже навсегда.
Расклады мира я освоила еще в детстве, спасибо настоятельнице. Я не была избалованной девицей и знала свое место. Понимала, к чему могу стремиться, а к чему путь закрыт. Но под этим испытующим взглядом сжималась до размеров себя десятилетней. Чувствовала себя маленькой глупышкой, которую вот-вот начнет отчитывать «всезнающий мрачный магистр».
Органы так и не определились с местами и, кажется, свалились в кучу. Легкие прижало чем-то тяжелым (быть может, сердцем), и те не справлялись с дыханием.
С феерически недовольным, укоряющим во всех грехах выражением лица Райс поднялся на локте. Порывисто перекинул себя на меня. И прижал к подушке. Все это – не отрывая серьезного взгляда.
Что он задумал, ради святого гхарра? К чему это все сейчас?
Я резко уперлась ладонями в его плечи, создавая преграду. Отстраняя, не позволяя сократить расстояние.
Райс так смотрел…
Но что видел? Голубоглазую блондинку в батистовой сорочке и хавранских кружевах? С такими же фривольными ажурными нравами? Ну еще бы, я всю ночь по нему ползала, старательно избавляя от одежды!
Но я не была ни хавранкой, ни психиёлогом, ни Викой. Я даже не была уверена, что после всех приключений внутри меня осталась Алисса. И ее он не видел точно: на младшую целительницу Райс так не смотрел никогда.
Каменное сердце спрыгнуло с придавленных легких, и я набрала воздуха в грудь. Продолжила упираться ладонями в плечи мужчины, нависшего надо мной темной карой. Наказанием за былые прегрешения.
Я часто сглатывала и так растерянно моргала, что глаза даже заслезились. Это все лишнее. Это сейчас… не нужно.
Выдающийся нос с горбинкой норовил уткнуться в мой, квадратная челюсть напряженно поджималась. А сам Райс словно бы тоже оцепенел. Как и мое сердце.
– Простите… Вика. Не знаю, что нашло. Дрянная привязка.
Он нахмурился грозовой тучей, резко встал и, на ходу запахивая рубашку, предоставил свою спальню в мое полное распоряжение.
Глава 24
Светило лениво поднималось над Эшерским морем, закидывая свои лучи, словно удочки, в окна имения. В смятенных чувствах я сидела на кровати магистра и наблюдала, как по белому подолу сорочки бодро скачут розовые блики. Как смело перебираются выше, на кожу рук. Как прыгают между пальцев, расцвечивая кисти в рыжий и желтый.
Из головы не выходил взгляд Райса. И его тело, стремящееся вжать меня в постель и продолжить «тактильное лечение». С Викой…
Сейчас белокурая хавранка, глядевшая на меня из зеркала (так, словно ни в чем не виновата!), вызывала раздражение. Что в ней привлекло магистра? Она же пустышка, маска. Ненастоящее. Только ли кружева? Или, может, легкая сумасшедшинка? Не всякая иномирянка станет торговаться на изнанке за чужую душу.
Я так завралась, что утонула в собственном обмане. Уже и не выплыть. Не признаться, не объяснить Райсу, что Вики не существует. Есть лишь Лисси… Лисси Лонгвуд, вызывающая в нем раздражение и зубную боль. Чуть-чуть потерянная, чуть-чуть напуганная, бегущая от Вейрона и от себя.
Тряхнув плечами и свалив на кровать Райса свои тяжелые мысли, я натянула платье. Поправила все завязки, вытянула одну из лент и туго затянула волосы на затылке. Каждой мышцей, каждой клеткой я стремилась к порядку. Сегодня особенно.
Внизу на кухне шумели голоса, в основном мужские. Изредка в спор вторгался уставший, но твердый голос Эйвелин.
– Доброе утро, мисс Вика? – интонация у хозяйки была вопросительной, что заставило резко потупить глаза. – Все… в порядке?
Я могла лишь догадываться, что ночевка в спальне магистра не осталась незамеченной. И вызвала массу вопросов у Рэдхэйвенов. Я поправила кольцо и мысленно натянула «маску» покрепче. Без Вики мне не выжить.