Обжигающий импульс (СИ)

Только сейчас я замечаю, что практически вскарабкалась в нетерпении на Влада, оттягивая полы его куртки, раздевая… Влад, хоть и не принял этому значения, но чувствую, как кровь приливает к лицу.
Боже, что я тут устроила?
Микроклимат в студии вновь изменяется в противоположную сторону, электризуется. Я перевожу взгляд с одного мужчины на другого, со странным вниманием осматривающие друг друга. Влад первый отпускает меня и протягивает ладонь для рукопожатия. Илья, кажется, расслабившись, принимает приветствие. Их сцепленные руки зависают в воздухе, но тяжелая атмосфера не рассеивается.
— Влад, тебе нужно переодеваться? — спрашиваю я нервно. — Раздевалка…
— Нет, все в порядке, — перебивает он, не отводя от Ильи взгляда. — А вот тебе нужно. Иди.
Сухость его интонации, полное игнорирование заставляет меня не на шутку встревожиться. Такое ощущение, что они друг друга загрызть готовы, но не понятно, по какой причине… Все ли будет нормально, если я оставлю их на пару минут?
— Что ж, тогда я… пойду?
Утверждение невольно становится вопросом. Не знаю, что еще можно сделать, чтобы смягчить обстановку. Влад, высвободив ладонь из рукопожатия и чуть развернув корпус, кивает мне головой. Его взгляд быстро смягчается, и он с лучезарной улыбкой подмигивает мне. Ох уж эта его кокетливая манера общения!
Я, с облегчением, выдыхаю и обеспокоенно поворачиваюсь к Илье, который, наоборот, еще больше хмурится. Заметив мой взгляд, он демонстративно отворачивается. Что это за поведение вообще? Нужно заканчивать со всем этим! Один танец с Владом, и он поймет, что и в подметки не годится, чтобы копировать нас и подбивать клинья к замужней Лене.
— Прекрасно! — возмущаюсь я и, на ходу снимая куртку, иду к своему кабинету.
Даже не включая свет, я прекрасно вижу открывшийся мне бардак на столе. Нужно будет навести как-нибудь порядок… Когда-нибудь… Я поворачиваюсь к шкафчику, достаю майку и свободного покроя юбку-миди, кладу вещи на стул, а куртку вешаю на его спинку. В спешке переодеваюсь, боясь, что что-нибудь случится за время моего отсутствия. Отчаянно прислушиваясь к звукам студии, я опускаюсь на корточки и пытаюсь ладонью нащупать тренировочные туфли в тени стола. Как всегда я забыла убрать их на полку…
Кажется, снаружи пока спокойно…
Переобувшись и кое-как закрепив на щиколотках ремешки, я поднимаюсь. Колени чуть ноют, видать, — старею уже. А я еще даже нормального парня не нашла, замужем не была, в Испанию не смоталась!
Отсчитываю пальцами четвертый диск на полке и выуживаю его. Нужная композиция для танца с Владом. Тогда-то Илья и сбежит. Понимание, что он никак не осилит танец, разобьет его мечты вдребезги. Чем быстрее вернется в реальность, тем лучше для всех.
«Для Лены особенно», — добавляю, успокаивая себя.
Когда я снова оказываюсь в зале, то от грузной атмосферы между мужчинами не остается и следа. Они что-то горячо обсуждают: Влад, уже снявший куртку, будто пытается что-то объяснить Илье.
— Ну что, Влад, начнем? — спрашиваю я, но тут же подхожу к мультимедийному проигрывателю, включаю его и загружаю диск.
— Я готов, запускай, — отвечает на мой быстрый взгляд Влад и сразу же отходит в дальний угол, встряхивает руки и ноги, словно выходя из оцепенения, и вытягивается в струнку, встав в начальную позицию. Он отводит назад плечи, поднимает высоко голову. Весь такой воинственный и одновременно мягкий…
Я нажимаю кнопку, прокручиваю колесо на седьмую композицию, давно заучив порядок, и веселая мелодия разливается из колонок, заполнив студию. Тело тотчас отзывается на ритм. Предвкушение танца затягивает, дыхание углубляется, а сердце учащеннее бьется.
Я оборачиваюсь под музыку, встречаюсь глазами с Владом, который, со звучанием джаза, притоптывает ногой в ритм, щелкает пальцами, раззадоривая, счастливо улыбается, вызывая во мне ответную улыбку. Одно музыкальное предложение — и он приветственно раскрывает объятия, манит к себе. Я подхожу к нему, заполненная музыкой, и чувствую, как на лопатку приземляется его правая ладонь, а левая, скользнув по пальцам, сжимает кисть. Я невесомо кладу левую руку ему на предплечье, повторяя изгиб его локтя, ощущая под тканью джемпера вздувшиеся мышцы.
 
— Сложней хореографию, я подхвачу, — шепчу я отчетливо, но чтобы услышал лишь Влад. Он хитро растягивает губы, его пальцы по-хозяйски касаются меня.
С новым тактом я изгибаюсь в спине, отворачиваюсь в сторону, прижимаюсь к его телу бедрами и искоса наблюдаю, как он с соблазнительной улыбкой отрывает от меня взгляд и смотрит прямо поверх головы. Я в его власти, теперь Влад управляет моим телом, раскачивая нас сначала в одну сторону, показывая меня, как партнершу, на обозрение судьям и зрителям. Но сейчас лишь одно лицо наблюдает за нами. Я, по-конкурсному радостно улыбаясь, запрокидываю сильнее голову, чтобы посмотреть, что сейчас испытывает Илья, но не могу понять эмоций, застывших в глазах. Влад плавно возвращает меня в вертикальное положение — последний такт проигрыша, — и со звучанием заливистого женского голоса, стремительно переходит на основной шаг. Он ведет нас против часовой стрелки по воображаемой схеме квикстепа, сглаживая углы зала поворотными элементами.
Квикстеп — танец одинаковых шагов, когда и партия мужчины, и женщины идентичны друг другу. Повторять несложно, но с непривычки контролировать скорость оказывается мучительнее. Шаги с поворотами быстро сменяются чередой прыжков и бега, перемежаясь со скольжением по ламинату. Мы резко и синхронно совершаем повороты головы под сильные доли в музыке, а со следующим тактом я подставляю вытянутую ногу, приподнимаюсь, встав ровно чуть слева от партнера.
Мелодия словно дразнит: то шутливые прыжки, вереница мелких шагов на носках, то туманное раскачивание, словно наши тела лишились чувства гравитации.
Наше дыхание смешивается, сцепленные ладони чуть скользят от влажности; Влад слегка размыкает наши руки и в следующий миг возобновляет хватку. Он улыбается, но я чувствую под руками его напряжение. Я глубоко дышу, сердцебиение взволнованно клокочет где-то в глотке, юбка развевается от быстроты шагов, путается в ногах. Его лоб едва заметно поблескивает в свете, тогда как я наверняка вспотела сильнее: пряди липнут к вискам. Несмотря на то, что я каждый день занимаюсь растяжкой и сольной тренировкой, все-таки настоящий конкурсный танец стоит на другом уровне.
Какие-то две минуты, а усталость такая, будто пробежал марафон дважды.
Композиция снова готовится к припеву, и Влад, вновь прокрутив меня в бегущем правом повороте, вынуждает подскакивать в череде прыжков по диагонали зала. Затем прижимая меня вплотную к себе, он резко поворачивает голову в ритм, и мне удается повторить, отстав на малейшие доли секунды. Думаю, Илья этого не заметил. Я настолько сосредоточилась на танце, что совершенно забыла о его присутствии. Думаю, на его выразительном лице сейчас отражается шок, недоумение, а может, и восхищение?
Влад решает закончить танец, снова выставив меня на обозрение. Я откидываюсь назад, вытягиваю ножку, стараясь держать все тело ровной линией, хотя тяжелые вздохи рвутся из груди, а руки желают обмякнуть в мужских объятиях. Несколько секунд, и Влад, опустив ладонь на талию, поднимает меня; сцепленные руки высвобождаются из хватки, от чего мне приходится ухватиться за его плечо, сминая пальцами ткань джемпера. Я упираюсь носом в его ключицу, успокаивая дыхание и наслаждаясь его поглаживаниями по спине. Сейчас свалюсь…
— Переборщил? — спрашивает тихо Влад, переместив ладонь со спины мне на макушку.
Этот невинный, кажется, жест вынуждает меня вздрогнуть и поднять взгляд. Я отрицательно мотаю головой.
— Я так скучал по тебе, — шепчет Влад, прищуривая глаза, — и до сих пор скучаю.
Я впервые за все наше общение и общую карьеру не знаю, что ему сказать. Своим заявлением он выбил почву из-под ног, поставил в ступор. Я судорожно ищу в голове ответ, но слова разбегаются, поддернутые дымкой тумана растворяются.