Особенности национальной учебы (СИ)

— Сюда? К вам?
— Да. Спросите отца Андрея.
Виктор Павлович кивнул ему, попрощавшись, и молча вышел из церкви.
Сел на лавочку внутри ограды и в напряжении потер виски. Он не понимал ситуации. Все происходящее выглядело каким-то безумием.
Взял в руки пенал.
Открыл.
Внутри лежал обычный кусочек хлеба. Сухарик уже сморщенный. Следователь взял его и замер… заприметив на деревьях вокруг оградки ворон. Много. Слишком много. И все, казалось, смотрели на него.
Он стал подносить этот сухарик к лицу. Вороны почти мгновенно начали каркать. По нарастающей. А Виктор Павлович начал испытывать такое давление. Странное. Дикое. Даже какое-то жжение в груди и возрастающую тревожность. Хотелось вскочить с лавочки и броситься бежать куда-нибудь подальше. Однако он рывком закинул этот кусочек хлеба в рот и не жуя проглотил.
Мгновение.
И по телу растеклось странное тепло, а вороны просто стали разлетаться.
Еще пара секунд и в районе правой грудной мышцы, на коже начало жечь. Виктор Павлович расстегнул рубашку, заглядывая туда. И немало удивился проступающей татуировке.
— Это капли хаоса, — произнесла женщина, садящаяся рядом.
— Что⁈ — нервно вздрогнув, переспросил он.
— Печать, защищающая человека от одержимости. Теперь вы сможете на нее пойти только осознанно. Тепло же, разошедшееся по телу, очищало вас от влияния владыки. Но нужно время, чтобы ваша аура пришла в порядок. Поэтому отец Андрей и сказал вам о паре дней.
— А вы, собственно, кто?
— Держите, — протянула он ему невзрачный крестик. — Это простенький амулет. Питается жизненной силой, поэтому часто использовать не советую. Кладете руку на него, прижимая к телу. И закрываете глаза. Несколько секунд за раз вполне безопасно.
— Как печать с магией крови?
— Да, — кивнула она. — Это артефакт магии крови. Поэтому очень не рекомендую увлекаться. Один-два раза в день вполне безопасно. Если очень приспичит, не больше десяти. И после использования желательно плотно покушать, а потом поспать. Ясно?
— Отец Андрей же сказал, что поможет различать подменышей через пару дней.
— Так и есть. С этим артефактом вы вряд ли что-то поймете сами. — улыбнулась она. Встала. И пошла вглубь церковной территории.
— Как вас зовут?
— Это не важно. Не пригодится. — не поворачиваясь, произнесла она.
— И все же.
Она покачала головой и пошла дальше.
Виктор Павлович встал и побежал за ней, желая продолжить разговор. Но, когда, казалось, уже ее догнал, она зашла за угол церкви. Раздался звук взмаха крыльев. И он… Петров ничего там не увидел.
Пусто.
Никого.
Он невольно перекрестился. Машинально. И поехал домой. Все произошедшее требовалось обдумать. Да и крестик этот наводил на мысли о том, что его пытаются разыграть конкурирующие организации. После знакомства с волшебным миром города, он стал куда как осторожнее…
* * *
С поднятием этих белых магов у Ильи не задалось все с самого начала. Печати на коже — даже не беда. Так — подразнить для затравки. Оказалось, что у них все тело словно бы пронизано защитными механизмами, не позволяющими его даже выбрать как объект возрождения.
— Голем, — веско произнес призрак, тот, который разбирался в магии, глядя на мучения Ильи.
— Что голем?
— Расчлени тела крупными фрагментами. Например, отделив конечности. Перемешай их между собой. Пришей. И попробуй поднять как зомби. Если повезет, поднимется мясной голем.
— И что это за тварь?
— Отдельная ветка нежити.
— Почему я в «Око Думата» в описаниях не вижу такой ветки?
— А с какой стати ты решил, что у тебя там все? Призраков, например, ты тоже призывать не можешь. И упырей пробуждать.
— Это еще кто? Что за упыри?
— С них черные маги себе трансформацию для жизни в мирах Мора и сделали. Кровью питаются, клыкастые, быстрые.
— «Зов спящих» это позволяет сделать?
— Откуда я знаю? Синие маги редки, не разговорчивы и вообще — сведений о них мало. Кое-что есть, но не более. Например, про мясного голема я слышал неоднократные упоминания.
 
— А вас я развивать могу?
— Увы, нет. Только мы сами и очень медленно. Призванный дух и взятый на службу идут разными путями.
— Ладно…
Илья устало вздохнул и отвернулся от выложенных в ряд покойных белых магов.
Подошел к трупам «конского состава».
Выбрал одного коня покрепче.
Указал ее как цель своего «Зова», того, верхового. Подал силу. И «мохнатый кусок мяса» дернул ногами, а потом излишне резко вскочил, уставившись пустыми глазами на Илью.
— Имя тебе даю «Плотва». Ясно?
Конь никак не отреагировал. Слишком примитивный уровень развития.
Илья заглянул в настройки «Ока». Вручную прописал имя.
После чего мужчина перевел взгляд на тела остальных павших воинов и лошадей. С минуту подумал и меланхолично произнес:
— Если оставить так, то белые их ведь воскресят. И нам с ними снова драться придется. Может зомби скормить?
— А с големами попробовать не хочешь? — спросила Нефтис.
— Мне тошно от одной мысли, что придется заниматься такой… хм… аппликацией.
— Кстати, как ты себя чувствуешь после баньши? Не мутило?
— Тело тогда крутило и мутило страшно. До сих пор внутри что-то горит и жжет. И ощущение какой-то мерзости на грани тошноты.
— Это отравление.
— Серьезно?
— Предельно серьезно. Хапнешь так много красной энергии — и все. Не откачают.
— Я же синий маг. Почему у меня отравление от энергии нежити?
— Защитные механизмы. Мне показалось, что ты использовал одну из техник откачки жизненных сил. Вроде той, что используют черные маги в трансформации для миров Мора. Это, мягко говоря, не самые распространенные приемы, однако, и против них есть защиты. Одна из них — отравление откачиваемой энергии. Некоторые маги наносят себе на кожу такую печать, если ожидают угрозу столкновения с подобными техниками. Если что, все советники всех городов так защищены. Это обязательное требование.
— Ты на удивление наблюдательная и информированная.
— Тебе нравится? — улыбнулась Нефтис.
— Ты мне в целом нравишься.
— Так чего ты медлишь? Я ведь не шутила по поводу жены.
— А я не шутил по поводу все взвесить. Поправь меня, если я ошибаюсь, и в твоем предложении есть второе, а то и третье дно?
— Не совсем так. Есть последствия. — ответила Нефтис. — Но они есть у всего. Даже у бездействия.
— Давай сначала закончим это приключение и вернемся к этому разговоры. В спокойной обстановке, например, на этом Плюке.
— П-и-лаке, — поправила она его. — Но там нам будет сильно сложнее. — а потом добавила, после небольшой паузы. — Впрочем, ты, пожалуй, прав. Прямо сейчас — не время и не место.
Илья молча кивнул.
И, не желая продолжать этот разговор, отправился к группе покойных воинов, тех, что имели скромные доспехи, но тоже приехали верхом на лошадях.
Осмотрел их.
Защита от «подъема» здесь выглядела сильно жиже. Прямо практически символическая. Татуировки да несколько «заговоренных органов», если так можно выразиться.
Гули ловко избавляли их от ненужных компонентов эти тела. Белла, Оби и Уми — лечили, восстанавливая целостность тушек. Практикуясь и прокачиваясь.
Илья же шел следом и пробовал поднимать.
Первый. Мимо. Прозевали «заговоренный орган», какой-то лимфатический узел, и активировали что-то в печати. Раз. И кости внутри тела превратились в прах.
Все.
Такую «тушку» теперь можно было только в качестве скелета поднимать, да и то, с максимальным расходом энергии. Костяк ведь получался весь призывной.
Второй. Снова мимо.
Девятый. Получилось. Вон — зашевелился. И тут раз — из него мозг вытек, разрушаясь вместе с центром силы зомби и упокаивая его. Оказалось, они еще одну защиту упустили. В этот раз корневой печати.
Еще три десятка попыток.