Сценарист (СИ)

— Кажется, его звали Тигр. — ответил злодей, после чего глаза студентов расширились от ужаса.
— Почему вы его убили?! — не унимался Мидория, пытаясь вырваться из хватки своих друзей.
— Он узнал то, что не должен был, как и один из ваших одноклассников.
Вновь студенты ужаснулись от услышанных слов. В их головах образовались мысли, что и кто-то из их друзей стал жертвой этого жестокого злодея.
— О ком ты говоришь… — спросила Урарака, не скрывая ужаса.
— Айкава Син, но, к вашему счастью, он жив. — ответил злодей.
— И где же он? — поинтересовался Шоджи.
— Уже в нашем логове. Мы захватили его одним из первых. — сказал Чистильщик, после чего вновь повернулся, дабы уйти.
— Зачем вам всё это? — задала вопрос Очако, на глазах которой образовывались слёзы.
— Мы злодеи. Привыкайте. — ответил за своего коллегу Даби, после чего полностью скрылся в портале.
Примеру последнего последовали и все остальные, быстро отступив с поля боя. Последним остался сам Чистильщик, который будто бы был погружён в собственные мысли.
— Я никогда тебе этого не прощу! — заявил Мидория сквозь слёзы. — Я не прощу тебе того, что ты сделал с Джиро! Я не прощу тебе смерть Тигра! Я не прощу вам похищения моих друзей! Я отомщу всем вам! — кричал он в истерике.
Слова зеленоволосого изумили злодея.
— Отомстишь? — задал вопрос он.
— Да! — подтвердил свои намерения будущий герой.
— Тогда можешь сразу уходить из геройской академии, ибо с такими целями героями не становятся. — сказал он, после чего всё же скрылся в портале.
Фиолетовый туман исчез, оставив студентов наедине со своими мыслями. Все они были уставшими и подавленными. Никто из них не хотел произносить и слова.
Сегодня их победили.
Сегодня над ними надругались.
Сегодня их унизили.
Солнце медленно поднималось в небо, направляя свои первые лучики прямо на лица бедных детей, которые познали горечь поражения. Мидория, завидев свет, тут же отключился из-за усталости и полученных травм, а все остальные медленно направились к главному зданию, где должны были собраться все остальные студенты, что были в этом лагере.
Позже все узнают, что Кьёка получила несколько переломов и тяжёлых травм, которые не дадут ей проснуться где-то на протяжении нескольких дней. Она потеряла очень много крови, так что врачи, прибывшие на место позже, тут же погрузили её в автомобиль и отправили в больницу, где позже её поместят в отдел реанимации.
Тигра же найдут возле избитой Пикси-боб. Студенты долго будут плакать из-за его утраты, но также он станет причиной, почему они захотят стать сильнее. Он не сдался даже тогда, когда знал, что не выживет. Он боролся до самого конца, защищая того, кого действительно ценил. Тигр станет примером для всех остальных, каким героем действительно нужно быть.
С Котой же долго будет беседовать детский психолог, ибо тот собственными глазами наблюдал за смертью злодея. Безусловно, это событие испортит психику маленького ребёнка, но также это станет его личным стимулом стать героем, дабы такое уж точно больше не повторилось. Именно в этот день он даст клятву, что больше никогда не будет слабым, и поклялся он это перед телом убитого Тигра, который, кажется, будто бы улыбнулся, услышав его слова.
Киришима же догадывался о том, кто может стоять за всем этим. Он сжимал зубы и бил кулаками по бетонным стенам больниц, проклиная всё живое за то, что случилось. Больше всего он ненавидел себя — ненавидел собственную беспомощность и слабость. Той ночью он не отправился на помощь Джиро и остальным, за что будет винить себя ещё очень долгое время. Однако, в его голове начал складываться образ того, кто может стоять за образом всеми разыскиваемого злодея, который избил Кьёку и убил Тигра.
Он уже прекрасно понимал, что за маской злодея был тот, кто всё это время был с ними рядом.
Киришима был уверен, что за маской точно прячется лицо Сина Айкавы.
И он сделает всё, чтобы доказать это остальным.
 
Солнце медленно взошло на небо, одаривая своими лучами каждого, кто жил на планете Земля. Приход солнца ознаменовал собой конец ночи — приход нового дня.
Но кошмар на этом не закончился.
Он ещё только начинается. 
  
Глава 26. Точка невозврата. Часть 3.
 
— И что вы собираетесь со мной делать, кучка засранцев? — задал вопрос Бакуго, изображая на лице оскал.
В это же время все злодеи, находящиеся прямо сейчас в логове, медленно приходили в себя после совершения нападения на лагерь героев. К сожалению многих, некоторым вернуться так и не удалось. Разумеется, потери для таких, как они — самое обычное дело, да и взятые под стражу злодеи не были уж совсем значимыми фигурами, но этот случай дал понять, что не все студенты-первогодки настолько слабы, каковыми они их считали.
Что касается пленника, то его сковали довольно-таки быстро, привязав к стулу крепкой верёвкой. Да, это не совсем надёжно, но, по крайней мере, рыпаться он точно не станет, ибо прямо сейчас численный перевес на стороне злодеев, а Бакуго не был таким уж глупым, чтобы считать, что он в одиночку сможет справиться со всеми разом. Конечно, он мог бы взять на себя, как минимум, троих злодеев, и даже бы смог победить их, вот только остальные ждать своей очереди точно не станут, так что ситуация при таком раскладе может стать ещё хуже, чем наблюдается сейчас, так что Кацуки принял единственное верное решение — он просто позволил им себя связать. Да, он считал себя слабым из-за этого, а ещё приписал к себе такое описательное качество, как «жалкий», но он прекрасно понимал, что пока сделать у него ничего не выйдет.
Рядом за барной стойкой сидело несколько злодеев, среди которых был Чистильщик, Химико Тога и Компресс. Последний умиротворённо попивал крепкий кофе, делясь своими впечатлениями с местным барменом по имени Курогири, который был похож на фиолетовый туман. У них была своя атмосфера, нарушать которую никто не решался, ибо все в глубине души понимали, что не стоит тревожить тех, кто ведёт такую наполненную беседу о кофе — кофеманы очень страшные люди, если их разозлить или потревожить.
Чистильщик и Тога же о чём то мило беседовали во время того, как последняя обрабатывала полученную травму первого злодея. Ради этого процесса Чистильщику даже пришлось снять свою маску, дабы позволить немного поухаживать за собой, что удивило некоторых новых членов лиги, ибо те наивно полагали, что этот злодей — самый страшный и свирепый из всех тех, что они только встречали. В их головах застрял образ, в котором он рубит и уничтожает героев, и ему ничего не мешает поступать также и со злодеями, ибо, по их же впечатлениям, которые они получили благодаря ТВ и газетам, у него нет рамок и границ, а значит, что он может позволить себе абсолютно всё, что только душе угодно.
Кацуки пытался разглядеть лицо именитого плохиша, который убил уже множество героев, вот только тот сидел к нему спиной, что явно мешало узнать его личность. Однако, тёмные длинные волосы, которые свисали до плеч, навели некий образ в его голове, который он уже, наверняка, встречал. Бакуго пытался вспомнить, у кого же он видел такую же причёску, но память, как назло, подводила будущего героя, так что ему ничего не оставалось, кроме как слушать его разговор с девушкой в школьной форме, дабы попытаться узнать хоть что-то, что может помочь ему узнать о злодеях побольше.
— И как ты умудрился получить такой большой синяк? — с возмущением спросила блондинка, прикладывая лёд к полученной травме парня.
— Я не ожидал, что этот герой окажется настолько прытким. Он действовал наверняка, и, как мне кажется, он понимал, что наша схватка — последняя в его жизни. Поэтому, как я думаю, он и сражался до самого конца. — ответил злодей довольно-таки знакомым голосом, который Бакуго, кажется, узнал.
— Тебе нужно быть осторожнее. Вдруг в следующий раз удар окажется ещё сильнее? Синяком ты точно не отделаешься! — заявила Тога, намочив ватку небольшой каплей спирта, после чего поднесла её к небольшому рассечению под глазом злодея, от чего тот неприятно прошипел.