Восставшая из гроба (СИ)

Шестаков едва сдержал смех, представив на минуту ситуацию, как показывает её своим друзьям… Вот, знакомьтесь — Реянтина. А та кивает, и как в известном всем фильме, тянет руку пожамкаться со словами — «Очень приятно. Упыриха..».
Главное, чтобы не клыками своими приветствовала.
Но это сейчас ему было как бы весело, потому что остался жив.
Вот ведь… — продолжал молча рассуждать Шестаков — умеет общаться, нормально… словами… Неужели, надо было пройти через такие жестокие испытания, чтобы потом просто спокойно поговорить. Никогда не понимал женщин. Я ведь изначально ей не причинял зла. Точно ненормальная. Хоть теперь имею представление о её возможностях.
— Это же всё сказки… ведьмы, упыри, вурдалаки… их не существует. Ты ещё скажи, что Кащей жив. — не приняв всерьёз слова своей собеседницы, Алексей схохмил и как позже понял не совсем удачно.
Реянтина мало того, что не поняла смысл шутки, но и приняла его слова, неким вызовом. Шестаков заметил, как она сжимала кулаки, сдерживая себя от гнева.
— Верю… — глядя в глаза хищнице, он кивнул. — Почему? Почему же ты меня не убила? — сам того не понимал, как вопрос сорвался с языка… но сказанное не вернёшь.
Девушка улыбнулась, встала и подошла к Алексею. Указательным пальцем правой руки она провела по его щеке.
Внимательно наблюдая за каждым движением красотки, он снова внутри ощутил холод и пустоту… Дурак… Нафига я вообще спросил?
Реянтина хитро улыбнулась и блеснув белыми клыками, прижалась к телу своей жертвы.
У Шестакова сердце в пятки ушло.
— Страх… — прошептала она ему на ухо. — Ты знаеш-ш-шь, что такое страх. — девушка облизнулась, моргнула и сделала шаг назад. — Мне тоже было с-с-страш-ш-шно там в пещере, когда ты наставил на меня то неведомое оружие, так похожее на пищаль. Я видела твои глаза… чувс-с-ствовала твоё превосходс-с-ство и была беззащ-щ-щитна. Я испытала тоже самое. Но ты не убил меня… хотя мог. Твой крик и терзания… Так почему? Почему ты не убил меня? — Реянтина медленно опустилась на диван.
— Не смог.. — Алексей нервно сглотнул… Поговорили, называется, по душам..
— Вот и я… не с-смогла. И ты не представляеш-ш-шь, чего мне с-стоило с-сдержать себя. Ну так что? До сих пор считаеш-ш-шь, что я — это выдумка и хочеш-ш-шь испытать насколько ос-с-стрые у меня зубки? — улыбнулась.
— Убедительно говоришь… — и продолжил уже про себя — Капец… Когда она так шипит… аж до мурашек пробирает… я общаюсь с настоящей вампиркой, у которой настолько выражены хищнические инстинкты, что страшно представить, какова она в ярости… Кому расскажи — ведь не поверят… Я и сам в это сейчас с трудом верю. Фильмы смотрел, книги читал… всё воспринималось иначе, как будоражащая кровь сказочка, не больше. Но чтобы в реале это испытать..
— Как же ты оказалась в пещере? — наконец-то Алексей озвучил вопрос, который не давал ему покоя весь день.
— Сама приш-ш-шла. Спасалась от тех, кто хотел убить меня.
— А камень? Кто задвинул вход?
— Я сама..
Вот тут точно врёт… — засомневался Шестаков. — Ну как она, такая хрупкая девушка могла свернуть такой валун и закупорить вход? Я могу согласиться, что она сильная и возможно, очень… на себе испытал, но не на столько. Нафига ей тогда вообще прятаться от кого-то. Обхватила дерево за ствол, сломала об колено, размахнулась в одну сторону, пол деревни нет, в другую — всю деревню выкосила… Тоже мне, «сказочница».
— Как же ты дошла до ящика? Там такая темнота..
— Я хорош-ш-шо вижу… Мне не нужен огонь в темноте.
Больше похоже на правду. — продолжил рассуждать хозяин сего скромного строения, оценивающе разглядывая свою собеседницу. — Чёрт… До сих пор перед глазами проносится этот кошмар — как она набросилась в темноте, словно пантера в прыжке.
— Лампа, — пояснил Алексей, заметив, как девушка подняла голову и удивлённо посмотрела на странный для неё предмет, излучающий свет. Интересно, а как она реагирует на солнечный? — между тем он продолжил размышлять, — Во всех источниках пишут, что вампиры боятся солнца, серебра… так-так… Но сегодня днём, когда я заходил, чтобы проверить как она… Реянтина лежала на диване… В этой комнате всегда после обеда солнце… И почему, спрашивается, она никак не реагировала на это? Не берёт? Она что, какая-то особенная? Мутант? Может быть и меня не стала кусать, потому что уже укушен. Типа свои, своих не цапают и всё такое. Ловко выкрутилась с ответом, чертовка. Однако… Я ведь тоже на солнце никак не среагировал. Начал подстраиваться под навязанные шаблоны. Нет… Всё фигня. Я бы тоже крови возжелал и был бы сильней, и от гадости той… меня бы не воротило..
 
Кстати, стоит ли спрашивать вампирку про ту вонючую жидкость в кувшинах? Нее, лучше даже не заикаться. Да там и так всё понятно. Набадяжили по своим старинным рецептам какой-нибудь бальзам, который быстро восстанавливает силы. Вон она как преобразилась… Придётся ещё в гараж переться. И ведь она одного не отпустит… пойдёт со мной… Я бы её тоже одну не отпустил и не оставил здесь в комнате. Кто знает, на что эта бестия ещё способна.
Шестаков не знал в тот момент, шутя насчёт «старинных рецептов», как он был прав..
Рассматривая комнату, в которой она сейчас находится, Реянтина провела ладонью по дивану.
— Где я?
— Посёлок Рябинино, Чердынский район. — пожал плечами Алексей. — Что ей это даст? Скорее всего, в те времена, когда она жила, допустим даже в этих местах, названия были другие.
— Чердынь… Чердынь… — девушка так повторила несколько раз. То ли вспомнить пыталась, то ли название понравилось… — да, знаю.
Претерпев метаморфозы и набравшись сил, Реянтина наконец-то начала воспринимать окружающий мир иначе. Она уже не существовала одними инстинктами, которые сохранились для того, чтобы выжить первое время после пробуждения, а начала думать, хотела познать новый мир, подстроиться под него и активно развиваться. У древних «вампиров» это было заложено природой. Они легко схватывали информацию, запоминали любые мелочи и вливались в толпу людей, стараясь никак себя не обнаруживать. Изредка попивали свежую кровушку, никому об этом не сообщая… А потом, когда на них начиналась охота, снова уходили в спячку. Некоторым из родственников Реянтины было уже несколько тысяч лет, но внешне они выглядели гораздо моложе и привлекательней. Только где они сейчас и живы ли вообще — девушка не знала. Она уже чётко поняла, что пролежала в забытьи намного дольше, чем планировала изначально, скрываясь от преследования охотников за упырями, посланных Строгановыми.
Оставить этого человека, сбежать, скрыться в ещё одном известном ей убежище и впасть в очередную спячку — означало лишь одно — скорее всего, тихо уйти из жизни навсегда, не проснувшись.
Надо как-то договорится с назвавшимся «Алексеем» и постараться понять, каким стал мир вокруг.
— Жила там? — уточнил Шестаков, прикидывая, сколько же ей тогда может быть лет. Историю местного населенного пункта он выучил ещё с детства, со школьной скамьи, когда на уроках их возили в Чердынский краеведческий музей.
— Да… — кивнула она. — Хм… Даже одежда у людей не такая, — она аккуратно поправила юбку, вернее то, что от неё осталось после борьбы с «жертвой».
— Сейчас… — смекнув, что к чему, Алексей выставив ладони вперёд, как и в прошлый раз, жестом дал понять, что все хорошо, подошел к шифоньеру, открыл створку и достал на выбор своей «гостье» пару рубашек. — Держи… что есть… тебе должно подойти. Другой одежды у меня нет. — поделился чем смог. Порывшись достал ещё на выбор шорты. Всё-же лучше, чем в рваном тряпье… Ей бы конечно, не помешало в душ сходить, только как намекнуть? Хотя… К чему все эти сюси-пуси… Люди мы простые… чего уж там намеками… Она когда набросилась меня особо не предупреждала, будет кусать или нет… Ещё и поиздевалась. — Мыться… вода… понимаешь?
«Да» — кивнула вампирка, бросив взгляд на шифоньер, куда закинула шокер.
— Не буду брать. Ты обещала не кусать, я обещаю не брать оружие. Пойдем? — он выставил перед ней ладони. — Видишь ведь, у меня нет оружия. — Шестаков повел её в ванну, попутно показав, как пользоваться всей этой замысловатой сантехникой.