Брачные оковы. Под крылом его высочества (СИ)

– А есть другие маги с белыми крыльями? Почему я никогда о них не слышала?
– Были когда-то очень давно. Про них не рассказывают на уроках истории.
– Почему?
Карета остановилась, дверь тут же открывается. Нас встречает целый полк дворцовой стражи.
– Идем, Терин. Твое знакомство с моими родителями состоится раньше запланированного срока.
Стоило выбраться из кареты, и принц, наклонившись ко мне, тихо просит:
– Терин, выпрями спину, подними подбородок. Выглядишь, как напуганный кролик. Ты ни в чем не виновата. Веди себя соответственно своему статусу моей невесты, и именно так к тебе будут относиться.
Сделала как велит Каллен, он берет меня под руку. Медленно идем сквозь ряды стражи, словно на каком-то торжественном событии. Поднимаемся по широкой лестнице к парадному входу. Тут и прислуга из-за колонн подтягивается и любопытные придворные вывалили на крыльцо. Кто-то даже зааплодировал, не разобравшись в ситуации. Не хватает только остановиться на самом верху лестницы и всем величественно помахать.
В холле нас уже встречают очередным нарядом стражи, но уже во главе с магами. К нам с принцем подходит уже знакомый мне нерай Оквиудаертане. Окидывает меня снисходительным взглядом. 
– Чутье меня никогда не подводит, знал, что ты с проблемами. Ну что, Каллен, на допрос, наконец, я могу ее отправить? 
Маг тянет ко мне руку, собираясь перехватить и, наверное, увести в какой-нибудь подвал, а может и пыточную.
– Конечно нет, Рэвен, – усмехается в ответ его высочество, выступая чуть вперед и отклоняя руку лорда. – Разговаривай учтиво с моей невестой, иначе на допрос отправят уже тебя. 
– Серьезно? – очень удивился глава дознавателей. – О каком статусе невесты вообще может теперь идти речь? Вполне определенно – это дисквалификация. 
– Решать это только мне.
– Может быть нерри Одал сама пожелает выйти из отбора, чтобы не портить его высочеству репутацию и больше его не обременять? – посмотрев на меня, с нажимом спрашивает Рэвен. Ох, взгляд у него такой страшный, темный. – Пока вам достаточно только вслух заявить, что вы не желаете более оставаться на отборе, поскольку у вас нет чувств к принцу. К слову, в такой ситуации в принципе необходимо подтвердить наличие этих чувств, иначе возникают вопросы, что вы тут делаете. Артефакт правды у меня наготове, он все подтвердит и вы свободны. 
Дознаватель даже достал уже знакомый мне артефакт и положил себе на ладонь. 
– Нерри Одал не будет ничего подтверждать и… 
Речь принца оборвалась, когда я положила ладонь на артефакт. Рука Каллена, которой он меня поддерживает, заметно напряглась. 
– У меня есть чувства к его высочеству. Он мне нравится. 
Артефакт под ладонью посветлел. Каллен тут же снял мою руку с артефакта. 
– Ты получил ответ? – сухо спросил принц у Рэвена, и пошел вперед, довольно грубо отодвинув с пути друга плечом. 
  
Глава 3
 
– Это было довольно рискованно, – пожурил меня Каллен, когда оторвались от Оквиудаертане. Правда, он все равно следует за нами вместе со стражей и своими магами. – Как и тогда на проверке с нерри Афелирией.
Отрицательно покачала головой.
– Я редко отношусь кому-то плохо. Мне в большинстве своем люди нравятся. Если только это не отъявленные мерзавцы, но о них всегда вовремя предупреждают руны и я с ними просто не общаюсь.
– Знать, о том, кто опасен, весьма полезное свойство, – задумчиво произносит Каллен и загадочно улыбнулся. – А может быть мне стоит тогда порадоваться, что твои руны не читают императорскую семью?
– Почему?
– Тогда с проверкой на артефакте могли бы быть проблемы.
Хмурюсь.
– Это вы так хотите мне сказать, что считаете себя плохим человеком, о котором меня должны были бы предупредить руны?
– Я не плохой, Терин, но и хорошим в силу своей должности, быть просто не могу.
Заходим в какой-то кабинет и дальше для меня начинается настоящий допрос. Хотя и в довольно вежливой форме. Вопросы все задавал Рэвен, отвечала, положив одну руку на артефакт правды, а другую в знак поддержки держал Каллен, и когда вопросы были скользкие или опасные, слегка предупреждающе ее сжимал, чтобы лишний раз продумала ответ.
 
Еще меня несколько раз попросили показать и убрать крылья. Как открывать крылья мне Каллен объяснил, ничего особо сложного. Затем просили попробовать проявить посох, но ничего такого я им не сумела показать. Потом приходила женщина маг, досмотрела меня в магическом и физическом плане. Самое плохое для меня – забрали сумку с рунами. Прямо при мне раскрыли мешочек и высыпали их на стол, каждую ощупывали, проверяли магией. Руны – это очень личное. После такого с ними обращения… скорее всего мне придется с ними попрощаться. Эти руны были со мной с детства, делала их вместе с родителями.
Настроение, и без того не самое отличное, упало еще больше.
– Нерри Одал проверена, наше ведомство дает допуск на разговор с императорской семьей, но рекомендует для безопасности семьи, перед этим надеть ей антимагические оковы, – отчиталась та самая женщина-маг, что меня проверяла.
И вот, Каллен вновь ведет меня по коридорам дворца.
– О чем мне говорить с вашими родителями? – спрашиваю отстраненно. Эмоционально устала, перегорела. Проверка была очень долгой. За окнами уже вечер.
– Говорить в основном буду я. О продолжении твоего участия в отборе. Они будут настаивать на отказе.
Принц заводит меня в гостиную. Здесь все оформлено дорого, несколько таинственно, в бордово-золотых тонах.
Император с женой уже ожидают. Оба сидят в креслах. Неловко исполняю реверанс – ноги подкашиваются. Принц внешне очень похож на император, только глава семьи выглядит куда более сурово. На висках блестит седина. Взгляд такой, что кажется душу способен вынуть. Возможно со временем Каллен станет еще больше станет похож на отца, но, надеюсь, еще очень нескоро. Императрица… прекрасна. Идеальная внешность, иссиня-черные волосы тщательно уложены в элегантную прическу, лицо кажется безмятежным, но взгляд на меня недовольный, колючий.
Принц представляет меня своим родителям, сажает на небольшой диван и сам садится рядом.
– Отец, чтобы не затягивать этот вопрос. Нерри Одал остается в моем отборе, – сразу твердо произносит Каллен. – Служба безопасности ее полностью проверила, она не опасна, ничего плохого не замышляет и не знает. Да тебе, скорее всего все уже доложили.
– Это, конечно, твой отбор, сын, но участие в нем могут принимать только девушки, достойные в будущем назваться членом императорской семьи. Маг с белыми крыльями не может войти в императорскую семью. Ты должен это понимать, Каллен.
– Нет, не понимаю. Чем именно белые крылья хуже, чем остальные? Терин, раскрой крылья.
Неуверенно посмотрев на принца, все-таки сделала, как он велит. Взгляды членов императорской семьи приковались к крыльям. Выражение лица императора стало каменным. Они смотрят и, кажется, будто не в силах отвести глаз. Очень неуютное внимание.
– Видишь, отец, никаких отличий, кроме цвета.
Каллен осторожно провел ладонью по моему крылу. Я вздрогнула от неожиданности. Оказывается, прикосновения очень даже чувствуется. Как если бы принц погладил меня по руке. А Каллен говорил, что прикосновения не ощущаются.
– Каллен, ты понимаешь, что она скорее всего потомок тех, кто пытался уничтожить наш род? – жестко произносит император. – Однозначно королевская ветвь. Кто-то из бежавших и умело скрывавшихся.
– И что? Той страны давно нет. О ней даже не помнят. Это все дела давно минувших дней. Нерри Одал не давали никаких опасных знаний не воспитывали в ненависти. Она вообще ничего не знает о прошлом и о своей магии. Как, скорее всего и ее родители не знали.
– Что-то они определенно знали, иначе не прятались бы горах, – цинично хмыкает император.