Демантоидовая трилогия (СИ)

— Разведетесь.
— А Катерина?
— Я ей не нужен.
— А я?
— Ты спрашиваешь? Да я люблю тебя!
— Ты уверен? А если ты только мечтаешь о повторении того, чего давно нет?
— А мы повторим!
Родственники разъехались. Прохор перешел в дом Ирины. У него не было аллергии на домашнюю растительность. Квартирные дела и разводы за год каким-то образом, но были решены. Прохор жил с Ириной на круглой кровати посреди домашних цветущих цветов. Мать ее вышла из кризиса и мыслила вполне адекватно.
Ирина каким-то образом взяла в свое время пистолет со стола Катерины, когда еще разрабатывали «Астру», пистолет поискали, не нашли и забыли. А Ирина стала ездить по выходным одна в лес и стрелять по нарисованным мишеням, которые она с собой привозила. В ней затаилась злоба против Катерины и Захара, но внешне вида она не подавала. Счастливые улыбки пары, которые она случайно заметила, оскоминой сводили ее челюсти.
На проходной большие сумки часто просматривали до дна, маленькие сумочки не проверяли. Ирина стала ходить с маленькой кожаной сумкой, в сумке она носила пистолет. Захар носил с собой «Астру» во внутреннем кармане пиджака. Один образец под предлогом усовершенствования оставили разработчику нового оружия «магнитный луч».
Ирина знала привычки Захара и решила пугнуть его пистолетом. Утром, когда он первым приходит на рабочие место, она не могла простить ему улыбку, адресованную Катерине. Позвонила она ему по внутреннему телефону, который точно не записывается нигде, и пошла в его служебное помещение.
Захар, словно что почуял по голосу Ирины и достал «Астру», положив приборчик рядом с собой. Ирина хоть и работала рядом с Катериной, но конструкцию и назначение «Астры» так и не знала. Катерина умела разговаривать с людьми, держа в секрете свою работу. Надо сказать, что она вернулась на свое рабочее место после выполнения срочного и секретного задания на другой фирме.
Ирина зашла в комнату Захара, села против него на стул, слегка отодвинулась от стола, внимательно посмотрела на него, достала из кармана белого халата пистолет. В это время Захар взял в руки «Астру».
— Ирина! Спрячь пистолет или верни мне! Это я его дал Катерине! Он у нее пропал!
— Опять Катерина! Молись, я стреляю на счет три!
Захар, видя разъяренное лицо брошенной и любимой им женщины, не знал, что и делать! У него было время ее убить, но убивать ему не хотелось. Тут Ирина еще раз подняла на него пистолет. Захар, не поднимая «Астру» нажал на ней кнопочку, луч вылетел на пистолет Ирины.
Рука женщины лежала на курке, но нажать не успела, так с пистолетом ее рука и опустилась. Она вся обмякла и грохнулась на пол, как мешок картошки на поле при сборе урожая под дождем. Захар убрал в карман «Астру». В это время в помещение подразделения зашли две его сотрудницы. Они увидели, лежащую с пистолетом в руке Ирину, посмотрели на бледное лицо Захара.
— Захар, что случилось?
— Она хотела выстрелить в меня, подняла на меня пистолет, да, видимо, сердце не выдержало, она только что упала.
Одна из женщин подошла к Ирине.
— Она мертва. Что будем делать?
— Вам виднее, мне надо подышать.
— Идите, конечно, идите, вызовем кого надо.
На следующий день в проходной появился траурный портрет Ирины с надписью, что она скончалось от сердечного приступа. На столике перед портретом стояли астры в вазе. Катерина поняла почти все, когда вечером Захар пришел к ней, тогда она достала прибор из его кармана, пока он был в ванной, посмотрела на счетчик лучей в «Астре». Счетчик показывал, что прибором пользовались, на нем стояло время убийства Ирины. Катерина ничего не сказала Захару, она вообще чаще молчала.
Захар заметил все и сказал:
— Знаю, ты залезла мне в карман и посмотрела на счетчик магнитных лучей, не оправдывайся, я знаю, что ты знаешь про убийство Ирины.
— Дальше…
— Иди ко мне работать!
— Опять пистолет в «Астре» или «Хризантеме»?
— Умница! Надо «Астру» модифицировать. Прицел должен находиться на экране. Без тебя дело плохо идет.
«В том краю, где бродят метеоры, космонавты в небо держат путь, вот они альпийские просторы, если хочешь, можно заглянуть», — пела мысленно душа Катерины и смотрела на бескрайнее небо цвета ее глаза. Почки на деревьях готовы были выстрелить листочками в пространство, согретое теплыми лучами. Земная благодать окружала ее со всех сторон, кроме одной.
 
А где солнце не светило? В ее душе солнце не светило, душа летела в космические просторы, где почки на деревьях не распускаются. Зачем ей сдался алюминиевый космос? Начинка космолета, — это приборы, спрятанные в герметичных алюминиевых кружках. А где нужны такие кружки? В лесу у костра, значит, она на Земле, аксиома жизни и настроения доказана. Кому доказано? Паршивое настроение не соответствовало весеннему настроению Земли. Следовательно, пора уходить в подкорку сознания, в темноту своих мыслей.
Алюминиевый прибор стоял на столе, он уже совсем сформировался несколько лет назад в чужих мозгах, да так и не заработал, теперь это чудище земное надо было переделать так, чтобы оно заработало в космических просторах и работало до тех пор, пока будет в космосе космический корабль. Прибор отвечал за внутреннее воздушное пространство корабля. Сложный приборчик, многофункциональный.
Почему у прежних разработчиков прибор не заработал? Вот он стоит и не дышит, не работает, он не доработан. Автор этой разработки давно лежит в земле, не смог разработать космический прибор для космолета, и его душа тут же личной персоной посетила космос. Его убрали за невыполненное космическое задание. Кто убрал? Это вопрос не ее компетенции.
Рядом с Катериной сидел еще совсем недавно некий инженер, окончивший институт с красным дипломом. Он разрабатывал этот прибор с предшественником. Его имя в данный момент украшает институт золотыми буквами и его скромную могилу. Спился мужчина. Красный диплом ему не помог. После смерти своего друга он стал пить в обед джин с тоником. На работе этот запах кажется омерзительным, он не соответствует рабочей обстановке. И однажды он стал пить в день по бутылке водки без закуски, через пару недель он умер.
Значит, люди умерли за этот прибор, а он, треклятый, стоит и не дышит, не мигает своими светодиодами, не замеряет положенные параметры. Они умерли, Катерине осталась их работа. От таких дум прибор не заработает, а настроение не поднимется, несмотря на почки на деревьях, которые с рабочего места не видны. Прибор такой сложности в одиночку не разрабатывают, она не одна, их двое: Она и Он. От них зависит дыхание этого прибора и космонавтов в космосе.
Катерина перелистала конструкторскую документацию, оставшуюся на этот прибор, отобрала то, что можно использовать в новой версии.
Чертежи были выполнены на компьютере, но по ним чувствовалось, что они еще сыроватые, но некоторые вполне можно было использовать для дальнейшей работы. Она склонилась над собственной прорисовкой сложного узла прибора, который надо было заставить выполнять свои функции.
Гремя ключами, в комнату ворвался Захар, это он второй ум данного прибора в новой версии. По его внешнему виду ни один человек не догадается, что именно его мозг стоит дорого, его вечно обтрепанные джинсы говорили о его безразличии к своему внешнему виду. Неприглядность его старого свитера не поддавалась женскому пониманию, даже его жены. Этот молодой мужчина был семи пядей во лбу.
  
Глава 8
 
Катерина боялась лишь одного, чтобы Захар не спился, как его предшественник. Между собой они практически не разговаривали. Они всегда работали молча. Редкие диалоги возникали только тогда, когда интересы сталкивались на этом приборе. На работе они обычные сотрудники. Кураторов у нового прибора оказалось великое множество, работу постоянно проверяли сторонние организации. Захар трудился в обычном режиме, но все требования быстро выполнялись, если это касалось изготовления прибора, его частей, его комплектации. Вместо премии за свой труд или медали фирма подверглась финансовым потерям.