Подкидыш из прошлого (СИ)

В лифте украдкой пытаюсь рассмотреть своего спасителя. И спасителя ли? Это слегка полноватый молодой человек. Ну, не совсем молодой. Наверное, ему под сорок. Но разве это сейчас важно! Главное, насколько безгрешны его помыслы.
Вот только в моем ли нынешнем положении задумываться об этом. Поздно. Думать надо было раньше. Когда можно было просто вернуться домой и не подвергать свою жизнь непредсказуемым последствиям.
Подумав о доме, я почувствовала, как болезненно сжалось сердце, а глаза заволокло влагой, готовой хлынуть неудержимым водопадом. Чтобы сдержать приближающийся ливень, слегка запрокидываю голову назад и пытаюсь проморгать предательские слезы. Помогает не очень. И две мокрые дорожки все равно струятся по щекам.
Мой случайный спутник упорно смотрит вниз. Дает мне время справиться с нахлынувшим отчаянием. Мысленно благодарю его за тактичность. Но тут же представляю себе, что она может закончиться, как только я переступлю порог его квартиры.
С опаской прохожу в прихожую и застываю в растерянности. Мне никогда не приходилось оставаться наедине с незнакомым мужчиной. Ночью. В чужом городе.
- Не бойся, проходи смелее. Здесь тебя никто не обидит.
Его слова обнадеживают. Хотя бы на сегодняшнюю ночь. Туманов почему-то внушает доверие.
Пока я раздеваюсь в прихожей и, озираясь по сторонам, медленно прохожу вслед за ним в гостиную, он уже возится на кухне.
- Извини, но кроме чая/кофе с бутербродами предложить нечего, - сообщает смущенным голосом.
Ничего себе, подобрал на дороге бездомную незнакомку, еще извиняется за то, что угостить нечем. Смешной. Да, именно какой-то смешной и странный. Наверное, все-таки добрый.
- Ванная там, - рукой показывает направление, куда мне можно пройти. И, надо сказать, его подсказка очень кстати. Сама бы я не осмелилась спросить. А уж очень надо было. Пока была в напряжении, как-то вообще не было никаких естественных желаний, а тут прижало. Да так, что едва успела добежать.
Кухня уже благоухала ароматным запахом мяты.
- Интересно, это пакетики или самые настоящие листики? – подумала я, выходя из ванной комнаты, и тут же отругала себя за мысли о каких-то пустяках. Но аромат был настолько восхитительный, а мне так хотелось пить, что ни о чем другом не думалось…
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
  
Глава 40
 
Мысли, не позволяющие уснуть, появились несколько позже.
Напоив меня душистым чаем с мятой, Антон постелил себе на диване в гостиной. Мне предоставил свою спальню. Успокоившись относительно своей безопасности, я надеялась, что сразу усну, как только коснусь подушки. Настолько была опустошена и обессилена.
Но не тут-то было. Воспоминания обрушились новой волной. Невозможно было избавиться от них, даже заставляя себя думать о том, что меня ждет впереди. А будущее не сулило ничего хорошего.
Как бы там ни было, измученная бесполезными терзаниями о случившемся и тревожными мыслями, что делать дальше, я уснула. Во сне, как ни странно, мне приснился Матвей. Вот уж, действительно, сон в руку – на новом месте приснился бывший жених бывшей невесте!
Пытаясь проанализировать свой сон, я пришла к выводу, что ничего странного в этом нет. Просто впечатления реальной жизни отобразились во сне. Когда-то он был моим женихом, теперь стал женихом сестры. И все. Но по-прежнему остался в статусе жениха.
Горько усмехнувшись и сдержав новый приступ слез, я прошла на кухню. Удивилась тому, что ужасно хочу есть. Таким необычным образом мой организм реагировал на стрессовую ситуацию.
Из продуктов, имеющихся в холодильнике моего нового знакомого, можно было приготовить только яичницу. Этим я и занялась, рискуя вызвать недовольство Туманова за своевольное вторжение в его владения.
Только вскоре оказалось, что ароматные запахи яичницы разбудили аппетит и у хозяина квартиры. Потирая сонные глаза, он неожиданно возник на кухне. И, улыбаясь, с восторгом наблюдал за моими действиями.
 
Смутившись от его присутствия, я пробормотала извинения, что рискнула воспользоваться его кухней. На что он тоже извинился в ответ, отметив, что ему самому надо было подумать, чем накормить неожиданную гостью. Мы обменялись любезностями и приступили к трапезе.
Мой разгулявшийся аппетит несколько поубавился, так как присутствие Антона напомнило о необходимости покинуть временное пристанище. А у меня не было ни малейшего представления, ни планов относительно того, с чего я могу начать новую жизнь. Ясно было только одно: после завтрака надо уходить.
Все прелести этой новой жизни начались буквально сразу после завтрака. Я решила, что поступлю крайне неблагодарно, оставив после себя немытую посуду. Поэтому, не откладывая, приступила к наведению порядка на кухне. Предварительно предупредила Туманова, что намерена сразу же после этого покинуть его гостеприимное жилище.
Он посоветовал не торопиться, убеждая сначала обдумать, куда я пойду и что дальше буду делать. Именно об этом я думала весь завтрак. Эти мысли не покидали меня, пока я медленно мыла посуду. Почему медленно? Да потому, что вообще не представляла, что делать дальше.
Туманов вернулся в гостиную. Ему надо было собираться на работу. А я с ужасом думала, что придется вместе с ним выйти из временного убежища и окунуться в незнакомый и непонятный мир людей без определенного места жительства.
Мои упаднические размышления прервал неожиданный вопрос Антона:
- Ксения Данилова? – в руках его был мой паспорт.
- Да как Вы посмели?...
- Паспорт случайно выпал из сумочки, которая упала со стула, где ты вчера забыла ее, - опередил он мое возмущение. – Но почему ты назвалась чужим именем? Мне, в принципе, все равно. Однако не хотелось бы помогать человеку, который не в ладах с законом. Поэтому ты сейчас оставишь в покое посуду и все мне расскажешь.
Тон был требовательный и не терпящий возражений. Я поняла, что в обратном случае он просто сдаст меня полиции со всеми вытекающими из этого последствиями. Безысходность пролилась потоком слез, сквозь которые я сбивчиво пыталась заверить его, что не совершала ничего противозаконного.
Но Туманов был непреклонен. Он потребовал признаться, по какой причине я оказалась в ситуации, которая вынудила меня назваться Мартой.
Выслушав мой сбивчивый рассказ, он долго смотрел на меня. А я, сжавшись от страха под его внимательным взглядом, думала, что он не верит ни одному моему слову.
Однако, помолчав, Туманов спокойно сказал:
- Считаю своим долгом вернуть тебя домой. Это моя ошибка, и я должен ее исправить. Дальше поступай, как знаешь.
- Нет-нет, только не это. Мне нельзя домой… Вы же понимаете, - с мольбой в голосе прошептала я.
- И что же мне с тобой делать, Марта-Ксюша? Выгнать на улицу, понимая, что ты там пропадешь? Или оставить у себя в надежде, что не укрываю человека, преступившего закон?
- Я никого не убивала. Мне просто надо было раствориться, исчезнуть, чтобы не мешать счастью сестры и моего бывшего жениха. Если кто-то и пострадал во всей этой истории, то только я сама. Еще, наверное,.. мама.
- Ладно… Пока оставайся. Все равно тебе некуда идти и не на что жить. Раз уж ты так решила, я постараюсь помочь.
- Правда?..
- Правда-правда. Но только до тех пор, пока я не выясню всей правды…
Туманов, не объясняя, как он собирается это сделать, собрался и отправился в клинику. Я же осталась один на один со своими безутешными мыслями. С одной стороны, я была благодарна ему за такое решение. С другой, понимала, что надолго оставаться у него не смогу. Но и отказаться от помощи было невозможно, несмотря на его недоверие ко мне.
- Это даже хорошо, что он отнесся ко мне с недоверием и даже недоброжелательно. Значит, как женщина, я ему не понравилась. Следовательно, хотя бы по этому поводу я могу быть спокойна. Это не то же самое, что бомжевать под открытым небом, подвергая себя опасности. А ведь другого варианта у меня нет.