Ведьма: пятьсот лет одиночества (СИ)

— А не! Он в своем уме? — посыпались слова возмущения, которые девушка пыталась завуалировать под приличные.
— Что? Этот проходимец решил нас надуть? — возмущённо накинулась на него Инга. — Ты что мне говорил? А как красиво пел? Аферист.
— Гони его отсюда, — строго сказала Маргарита.
Профессор понял, что аттракцион "Продажи древностей" с треском провалился, быстро сгреб все свое оборудование и начал запихивать его в портфель.
— А как же фолианты, написанные в 1695 году, ничего не помнутся? — язвила Маргарита.
Инга была в бешенстве, она едва сдерживала себя, чтобы не пойти в рукопашную с Жоржем, который хотел выудить за два листка, некачественных подделок, почти триста тысяч рублей — весь их первый заработок.
Когда профессор был уже готов к выходу из салона, Маргарита подошла к нему и, глядя в глаза, строго сказала:
— Я разгадала твои намерения! Ты хочешь нас обокрасть! Это был твой второй план!
— Что? — заорала зайка. — Мерзкий проходимец!
— Прошу без оскорблений! — вдруг, гордо взметнув вверх лысый затылок, проговорил он. — У каждого свой бизнес! Вы тоже тут не лекции по истории читаете!
— Что ты хочешь этим сказать? — заревела Инга.
— А где у вас кассовый аппарат? Или у вас бесплатные услуги? — мерзким голоском затараторил Кац.
— Шантажировать? — орала Инга.
— Нет! Это мой заработок! — уточнил мужчина. — Вы мне даете двадцать тысяч, а я забываю о том, что вы работаете нечестно! И обманываете государство!
— А ты честный? — возмущалась Инга. — У тебя что в штанах кассовый аппарат?
Пока зайка перепиралась с профессором, Маргарита призвала душу погибшего несколько часов назад Андрея!
— Что ты можешь сказать о нем? — беззвучно задала она свой вопрос.
— Если ты дашь ему тысячу рублей, то его сегодня ночью прирежут такие же проходимцы, как он. Если не дашь, то он приведет сюда еще троих. Они разгромят ваш салон, полиция их, конечно, задержит на пятнадцать суток, но платить за восстановление им нечем, поэтому шайку отпустят, а вы будете восстанавливать все.
— Да, перспективы не очень, — мысленно ответила она. — Что же делать? Не хочу я его смерти!
— Трудно принимать решения? — раздался в салоне голос, который Маргарита уже слышала сегодня.
— Инга! Ты слышала?
— Чего? — испуганно спросила зайка.
— Чужой голос?
— Вот! Одной из вас уже от страха голоса мерещатся! А я крещенный! И не верю во всю эту ересь, — заговорил Жорж с тревогой в голосе.
— Что ты слышал? — строго спросила Маргарита.
Профессор задрожал от страха, снял очки и упал на колени.
— Простите меня! — начал причитать он. — Я не знал, что ты…
Он прикусил язык и с мольбою посмотрел на Маргариту.
— Мы же работаем без кассового аппарата, — напомнила ему Инга.
— Смерти чеки не нужны! — простонал профессор и на коленях пополз к выходу. — Отпустите меня!
Инга быстро выпроводила профессора древностей из салона и плюхнулась на диван.
— Почему все хотя выудить из меня деньги? — с грустью спросила она.
— Закон бумеранга, слышала?
— Конечно!
— Тогда какие вопросы?
— Злая ты! — сказала Инга и пошла готовить кофе. — А знаешь почему?
— Следуя твоей жизненной философии, — поговорила Маргарита, — догадываюсь!
— Вот! Учись у меня! Найди себе богатого мужика и радуйся жизни.
— А ты его любишь?
— Кого? — удивленно спросила Инга и рассмеялась. — Мой кошелек с деньгами — самый лучший!
Зайка замолчала и сделала глоток кофе.
— А я хочу любви, — тихим голосом проговорила Маргарита.
— Любовь и деньги — понятия несовместимые, — ответила Инга, — запомни это!
— А я верю, что у меня будет любовь! Такая, как в романах или в фильмах, понимаешь?
— Алло! Очнись! Тебе сколько лет? — язвительно проговорила Инга. — Пятнадцать или тринадцать? Только в этом возрасте можно верить в любовь, да еще с первого взгляда.
— А почему ты такая злая? — спросила Маргарита и налила себе кофе. — Шоколадка есть?
— Лови! Сладкая душонка! — крикнула Инга и бросила собеседнице небольшую плитку.
— О, — простонала Маргарита, — швейцарский. Обожаю его! Я когда-нибудь ограблю твою тумбочку!
 
Девушки засмеялись и, забыв о неудачной попытке приобрести листки из Черной книги, начали обычный женский разговор. Помада, духи, белье, и конечно же, симпатичные парни- компьютерщики, которые на прошлой неделе возились с их сервером и программами.
Инга разделила остатки пиццы и салат по-братски, а потом предложила заказать еще еды. Маргарита не возражала, потому что решила для себя:
— Сегодня я снова буду ночевать в тайной комнате! А в понедельник поеду домой.
— Скажи, — вдруг спросила Инга, — а как ты догадалась, что Жорик нас хочет обмануть?
Маргарита рассмеялась и уронила роллу на пол.
— Инга, ты меня иногда просто удивляешь!
— Не смейся, — надув губки бантиком, проговорила зайка, — вот заставлю тебя весь салон мыть. Посмотрю: смешно тебе будет или нет!
— Черную книгу писал Максим Грек, — начала Маргарита, — поэтому он не мог писать печатными буквами современного русского языка. Понимаешь?
— Почти!
Глаза Инга были круглыми от удивления, но здравый смысл подсказывал ей:
— Не задавай больше глупых вопросов!
Зайка жевала и молчала, но вся ее сущность требовала ответа.
— Максим Грек писал на церковно-славянском языке, — сказала Маргарита.
— А ты знаешь этот язык?
Собеседница взяла блокнот и написала несколько слов:
— Отче наш, Иже еси на небесе́х!
Да святится имя Твое…
Маргарита прочитала написанное, а зайка, не скрывая своего восторга, слушала.
— Красиво! — с восхищением сказала Инга. — Очень красиво звучит! Я потом выучу это стихотворение.
— Это молитва, — исправила ее Маргарита.
— Скажи, этому всему учат в институте?
— Нет, это жизненный опыт. У тебя он один, а у меня другой! Ладно, — сказала Инга, — пойду я. Хочу выспаться! Завтра же у шефа похороны жены.
— Ты пойдешь?
— Я обязана быть везде и всюду! — по- деловому сказала зайка. — Это же моя работа!
Маргарита осталась одна и облегченно выдохнула:
— Столько событий за один день! Голова кругом идет! Но сейчас мне нужно сосредоточиться на очень важном дела
Девушка так волновалась, что даже в мыслях не называла имени той, чью душу собиралась призвать.
— Нужно подготовиться! — успокаивала она сама себя. — Это всего лишь душа! Я же общалась с ними! Души безобидные! Ага! А почему у меня руки дрожат и спина холодеет от мысли, что я буду говорить с Кэтрин.
Маргарита походила по салону, посмотрела на свечи, расставленные зайкой в хаотичном порядке. Передвинула несколько, взяла самую высокую и начертила крест.
— Поминальная свеча готова! — прошептала она. — А я?
Девушка посмотрела на себя в зеркало, которое стояло на столе в салоне, по мнению Инги, именно в этом зеркале можно увидеть будущее.
— Я не готова! — ответила сама себе Маргарита. — Тогда в душ! Вода — это единственная стихия, которая может смыть любые эмоции человека.
Девушка ушла в душевую, долго нежилась под струями теплой воды, а когда вернулась в салон, торжественным голосом произнесла:
— Вот теперь я готова!
Она села на диван, зажгла свечу, закрыла глаза и мысленно проговорила:
— Кэтрин фон Форбс, родившаяся с первым солнечным лучом пятнадцатого марта тысяча пятьсот второго года.
Маргарита ждала дуновения в салоне, затаив дыхания, но в комнате ничего не происходило. Она повторила имя, дату и место рождения еще раз, потом еще и еще — душа Кэтрин не появлялась. Девушка пробовала снова и снова, но в помещении было тихо.
— Почему у меня не получается, — с досадой крикнула Маргарита. — Что я делаю не так?
Девушка встала, нервно прошла от окна к столу, налила себе остатки холодного кофе, быстро выпила.
— Конечно, — обрадовалась она, — Луиза Берк, бабушка.