Председатель 5 (СИ)
Ко всему прочему, было бы здорово оснастить ими армию. Уверен, что подобное новшество будет встречено среди солдат с восторгом. Уж для них это точно вещь первой необходимости.
Вот только, смогу ли я воплотить эту идею в жизнь с доступными на сегодняшний день материалами?
Конечно, сами рюкзаки вполне можно шить и из брезента. Но вот остальное…
Если уж всерьёз браться за их шитьё, то надо сделать всё как следует. С молниями, ортопедической спинкой, регулируемыми лямками и ремнями на пластиковых застёжками-фастексах.
Слава богу, производство пластмассовой галантереи в Советском Союзе было налажено. Осталось договориться с каким-нибудь заводом о производстве экспериментальных застёжек и спинок.
Но для начала я нашёл у нас в колхозе самую талантливую швею из тех, кто самостоятельно умеет делать выкройки, а не только шить по ним.
Таковой оказался тридцатидвухлетняя Ульяна Степановна Шишкина. Улыбчивая голубоглазая женщина с круглым лицом и густой русой косой, прямо эталонная славянка.
Когда я ей объяснил, что хочу, то сначала она запаниковала:
— Да вы что, товарищ председатель, одно дело платья для женщин шить, а другое — экспериментальный рюкзак!
— А вы попробуйте. Не получится — ничего страшного. Но вы точно справитесь, — подбодрил я её.
Так оно и вышло. Сначала Ульяна Степановна действительно терялась и не знала с какой стороны подойти к выкройке, но я терпеливо и подробно объяснял, что именно хочу увидеть. Так что, в конце концов, она включилась в работу. А спустя какое-то время и сама начала предлагать разные варианты.
Я старался прислушиваться, так как я всё-таки в шитье мало разбираюсь. Ну там дырку зашить или пуговицу пришить — вот и всё что умею.
Так что без знающего человека я бы не справился.
После того, как мы закончили с выкройкой и определились с точными размерами рюкзака, я пошёл с этими параметрами к нашим слесарям.
Прежде чем пытаться договориться с заводами, мне нужны готовые модели рюкзаков и всех их частей. И для начала придётся сделать их из металлическими.
Так что среди слесарей я повторил всё то же самое, что и с Шишковой, объясняя чем именно отличается задуманная мной «пряжка» от обычных. И какой жёсткости должна быть вставка для спины.
С последним кстати было сложнее всего, так что мы условились, что ребята сделают несколько вариантов, а мы уже потом примерим и решим, какой подойдёт лучше.
Слава богу, молнии давно существовали и легко приобретались, где угодно, так что здесь мне не пришлось ничего выдумывать.
К сожалению, не могу сказать, что всё получилось с первого раза. Первые две модели рюкзака оказались совершенно неудачными. Но Ульяну уже было не остановить. Я боялся, что она начнёт опускать руки со словами: «Ну вот, я же говорила, ничего у меня не выйдет», но получилось наоборот. Она так загорелась этой работой, что иногда мне казалось, что даже если бы я сам её отстранил, она бы всё равно довела дело до конца сама по себе.
А вот у слесарей никаких проблем не возникло. Уже на следующий день после нашего разговора, они подготовили мне то, что я хочу. Убедившись, что всё в порядке, я попросил их сделать ещё несколько партий того же самого. Чтобы хватило рюкзаков на пять.
Таким образом, уже через две недели, у меня на руках было несколько вполне удачных, на мой взгляд, моделей, которые уже не стыдно было кому-то показать.
Больше откладывать поездку в Москву было незачем, и я взяв как готовый рюкзак, так и отдельные металлические его части, поехал на фабрику, которая как раз производила разного рода галантерейные изделия из пластмассы.
Таких мелочей в советском союзе производилось довольно много. От украшений типа брошей и бус до всяких мелких предметов обихода, расчесок, мыльниц и т. п.
Оставалось только убедить руководство фабрики изготовить для меня партию нужных мне деталей.
И вот уж не думал, что мне так не повезет. получив отказ на одной из фабрик, я поехал в другую, потом в третью. Причем уже не только в московские. Но везде получал отказ
Причем не помогали ни разумные доводы вместе с демонстрацией готовой модели рюкзака, ни даже депутатский значок и награда героя труда.
Чаще всего я получал отказ просто потому что руководство не хотело связываться с чём-то новым. Другие явно ждали от меня чего-то, вероятно, взятки. Но так осторожно и витиевато давали об этом понять, что при всем желании заявить на них, у меня не было никаких адекватных для этого доводов.
В конце концов, я плюнул и вернулся в колхоз. Пора подключать тяжёлую артиллерию. И если даже здесь меня будет ждать неудача, то придётся выпускать их как есть, без лёгких пластиковых деталей. Уверен, уж Соколов-то, как умный мужик, возьмёт их в продажу и так.
Можно было, конечно, обратиться как раз к нему с просьбой помочь убедить какую-нибудь фабрику всё-таки сделать, что мне нужно. Но мне не хотелось лишний раз прибегать к его связям.
Тем более, что была возможность и получше. Говоря о тяжёлой артиллерии, я практически буквально имел в виду именно это.
Вместе со всеми рюкзаками я собрался и поехал в Тулу к генерал-майору Луценко.
Договориться с ним сейчас о встрече для меня было проще простого.
— С какими новостями ко мне? — улыбнулся он, пожимая мне руку в своём кабинете.
— С отличными, — также бодро ответил я, — привёз вам подарок.
— Подарок? — как-то сразу напрягся он.
И тут я понял, что мои слова можно воспринять превратно. Судя по реакции, Василий Тихонович, как и я, ко взяткам относился строго отрицательно. Так что я поспешил пояснить:
— Во время последнего похода по лесам с нашим поисковым отрядом, мне пришло в голову несколько идей, которые я поспешил воплотить в жизнь. Хочу поделиться ими с вами. Уверен, вы тоже захотите наладить массовое производство таких рюкзаков, какой прямо сейчас находится у меня за спиной. Вы же уже заметили ремни?
Я расстегнул грудной и поясной ремень и снял с себя рюкзак, после чего сразу протянул ему.
Луценко с интересом принялся его изучать.
— Выглядит необычно. И эти защёлки… никогда не видел ничего подобного.
Я сразу же начал объяснять ему все преимущества моего рюкзака, а он понимающе кивал. Я видел, что мои доводы ему понятно. Оставалось последнее:
— Вот только, чтобы модель стала ещё удачнее, мне нужны пластмассовые детали, но все, способные их сделать, фабрики, на которых я побывал, ответили мне отказом. Но, уверен, если это будет необходимо для нужд армии, то никаких проблем не возникнет.
— Но зачем? — удивился Луценко, — металлические детали более прочные и крепкие. Не думаю, что их надо менять.
— Тут вы правы. Но пластик тоже может быть очень крепким. И, к тому же, он гораздо легче, не подвержен ржавчине и менее травмоопасен. Да и никто не мешает изготавливать такие рюкзаки в нескольких вариантах, в зависимости от конкретных нужд.
Так мы продолжали обсуждать плюсы и минусы моей задумки ещё целых два часа. За это время, Луценко успел вызвать по одному почти весь свой старший офицерский состав и показать каждому из них мою экспериментальную модель. Отзывы были сплошь восторженными.
— Ну что ж, вы правы, товарищ Филатов. Нам такая вещь просто необходима. Давайте мы с вами поступим следующим образом: вы оставляете мне образцы, пять, а лучше десять рюкзаков и пишете обстоятельную сопроводительную записку. И готовьтесь к тому что скоро придётся вам ехать в Москву… В Министерство Обороны! — со значением добавил он после паузы.
Глава 17
Ждать долго нам не пришлось. Подав запрос в московский архив, Олег Михайлович довольно быстро получил ответ и вот, стоял на пороге моего кабинета с бумажным листом. Он выписал всё, что только смог узнать о погибших.
— Два брата, погодки, — начал свой отчёт замполит, — Дроздов Игорь Яковлевич и Дроздов Анатолий Яковлевич.
Погибли они молодыми. Что есть двадцать три года? Второму так вообще, двадцать два. Во время войны на защиту Родины рвались мужчины и моложе. Приходилось взрослеть здесь и сейчас, и никак иначе. Кто, если не они. Так и воевали.