И.о. поместного чародея. Книга 2 (СИ)

– Кого-то постигло жесточайшее разочарование, – пояснил он, и я догадалась, что на домик наложены чары, не позволяющие никому приближаться к его порогу. Кто-то из местных жителей, прознав, что молодой чародей вернулся в столицу, решил поживиться оставленными за хлипкой дверью богатствами, но вынужден был уйти не солоно хлебавши.
– Ты колдовал около хаотического портала! – произнесла я, нахмурившись. Пока Аршамбо опасался, что его молодому аспиранту покажутся слишком дерзкими магические эксперименты магистра Леопольда, Искен творил чары около храма вовсю, не принимая во внимание запреты Лиги.
– Что ты! – отозвался Искен, хитро глядя на меня. – Портал расположен чуть дальше, в западной части храмового подворья – я покажу тебе на карте.
– Ты вновь изображаешь из себя нарушителя запретов, – сказала я из вредности, – но я скорее поверю, что тебе разрешили здесь колдовать, чем...
Лицо Искена на долю мгновения изменило свое выражение, став напряженным, и я с удивлением поняла, что попала в цель, сама того не желая. Первый ответ Искен дал мне чуть раньше, чем хотел: у храма он вертелся с разрешения неких высокопоставленных магических сановников, давших добро на кое-какие нарушения законов. Кто же мог позволить молодому чародею колдовать у хаотического портала? Разумеется, то были не последние чародеи Лиги...
Я заставила себя выбросить из головы эти рассуждения, явно не нравившиеся Искену, то и дело бросающему на меня острые взгляды. Это была не та часть правды, которой он собирался со мной поделиться. Хотя, возможно, после встречи с Сальватором многократно усилившаяся мнительность вводила меня в заблуждение, заставляя искать происки верхушки Лиги во всем, что попадалось мне на глаза.
Переведя дух, я посоветовала себе не искать черную кошку в темной комнате. Искен просто-напросто оказался уязвлен моими словами, оттого и переменился в лице, а вся возня вокруг магистра Аршамбо – всего лишь попытки семьи Виссноков получить для Искена ученую степень, обойдя корыстных недоброжелателей, которые не упустили бы возможность оставить могущественную семью в своих вечных должниках...
"Довольно выдумывать заговоры, завидев одну кривую улыбку или недобрый взгляд, иначе вконец запутаешься!" – твердо сказала я себе, и, изобразив на лице интерес, подошла посмотреть на карту, которую разложил на столе Искен. То был план храма с прилегающими землями, на котором было хорошо видно, что портал и впрямь находится чуть поодаль, на линии, изображавшей заброшенную дорогу – его отмечал красно-черный знак.
– Переход, – пояснил Искен, угадав, куда я смотрю. – В давние времена, когда Козероги были настоящим городком, и весьма богатым, пышные торжественные процессии шествовали по этой дороге, чтобы присоединиться со своими дарами к празднованиям в Иных Краях. После того, как усилиями чародеев этот путь был закрыт, образовался портал, а дорога превратилась в лесную тропку, теряющуюся в болотах.
– А куда она вела раньше? – спросила я, машинально потерев рукой лоб, на котором стояла невидимая метка короля Ринеке.
– В другой храм, – ответил Искен. – Где были свои... святыни. Но теперь и это здание, и то пребывают в запустении, поскольку смысл их существования без связующей дороги был утрачен...
– Откуда ты знаешь, что духи оставили свой храм? – спросила я, задумавшись над услышанным.
– Остались записи, свидетельствующие о том, что иногда люди пропадали, осмелившись пойти по той тропинке. Двое из них вернулись, и из их рассказов стало ясно, что второй храм был заброшен теми существами, что некогда охраняли его. Магистр Аршамбо нашел подобные свидетельства этих происшествий в библиотеке Академии, но, к сожалению, крестьяне те давно уж умерли, а другие, хвастающие и поныне тем, что побывали у духов, оказались обманщиками... По всей видимости, сейчас переходы закрылись окончательно, и попасть в те края уже невозможно, так что любые рассказы об этом – ложь.
Я вспомнила, что Аршамбо говорил то же самое, когда первый раз беседовал с Леопольдом. Конечно же, ученый маг не рассказал Искену о том, отчего на самом деле согласился принять к себе второго аспиранта, а сам Искен мог прочитать мои записи, но не разглядел знаков на моем лице, прямо указывающих на то, что двери в мир духов все еще можно открыть. Здесь ученый маг обвел молодого аспиранта вокруг пальца, и я не была уверена в том, стоит ли Искену об этом знать.
 
– Ты говорил, что Аршамбо до сих пор не утратил надежду, – сказала я небрежным тоном, – но если его затея безнадежна... Что тогда ты здесь позабыл, Искен?
– Невозможно при нынешнем положении дел, – ответил Искен невозмутимо. – Но если магистр все же сумеет воплотить в жизнь свой сумасшедший замысел, я с интересом буду наблюдать за ходом событий.
"Наблюдать и передавать собранные сведения кому-то еще", – мысленно прибавила я, приложив все усилия к тому, чтобы ход моих мыслей не слишком явно отражался у меня на лице. Теперь я была уверена, что магистру не случайно дали разрешение на исследование руин храма, и будь у меня возможность расспросить Искена поподробнее, не вызывая подозрений, то наверняка бы выяснилось, что прибегнуть к уловке с изучением сохранившихся барельефов, о которой говорил Аршамбо в свое время, магистру посоветовал его новоиспеченный аспирант. Сам ученый маг, по всей видимости, не всегда мог совладать со своим исключительным простодушием, и не додумался бы подобраться к хаотическому порталу мошенническим образом.
Тут магистр Леопольд, о котором мы на время позабыли, обиженно раскашлялся. Я увидела, как на лице Искена отразилась едва заметная досада – аспирант явно порицал себя за то, что наговорил столько лишнего в присутствии магистра, с которым даже не был толком знаком. Как и всем людям, имеющим за душой секреты, ему казалось, что все устремления окружающих сводятся к тому, чтобы завладеть этими тайными знаниями. Следовало успокоить молодого чародея, и я обратилась к магистру Леопольду с деланным радушием:
– Магистр, что же вы стоите? Подходите сюда, и посмотрите на карту. Прелюбопытнейший, знаете ли, чертеж...
– И не подумаю, – отозвался Леопольд с вызовом. – Знаю я эти ваши древние карты. Стоит только на них посмотреть, как тебе уже суют в руки лопату, кирку или мерную ленту, и отправляют ползать меж камней и крапивы. Сразу обозначу: я не настоящий аспирант, не ученый и не идиот. Не желаю слышать ничего об истории этих гнусных руин и что-либо в них искать. Научной работой я не занимаюсь!
Магистр не сказал ничего такого, о чем бы я сама не знала, так что его речь предназначалась в первую очередь для ушей Искена. И в самом деле, лицо молодого чародея просветлело, хотя, конечно же, следовало отдать должное выдержке аспиранта – сторонний наблюдатель не уловил бы и тени перемен, Искен владел собой безукоризненно. Но я знала молодого чародея куда лучше, чем ему бы хотелось, и умела толковать даже едва заметные искажения его красивых черт.
Однако я не собиралась останавливаться на достигнутом, чтобы окончательно развеять иллюзии, которые мог питать человек, плохо знающий магистра Леопольда.
– Мессир, быть может тогда вы покормите коней и соберете хворосту для костра? – еще более простодушно спросила я.
Леопольд издал возмущенный квохчущий звук и выпучил на меня глаза, точно заподозрив, что меня подменили по дороге. Видно было, что чародей потрясен до глубин души моим предположением.
– Я?! – вскричал он, придя в себя. – Собирать хворост? Кормить лошадей? Может, вы скажете еще, чтобы я вычесывал им хвосты?! Что за бред! Уж не спутали ли вы меня с Мелихаро? Даже не думайте, что я собираюсь идти по его стопам. Грязная работа не для меня!
Я повернулась к Искену, чтобы проверить, сообразил ли он, наконец, какой тактики следует придерживаться при обращении с Леопольдом, и с облечением убедилась, что Искену верно расценил все сказанное и даже не пытается скрыть чуть насмешливую улыбку.
– Разумеется, мессир! – любезно промолвил он, придав себе серьезный вид. – Вы не занимаетесь научной работой и не занимаетесь работой грязной...