Тайны Космера (сборник) (ЛП)

— Если честно, госпожа, вряд ли вы на такое способны.
Лифт зарычала, и он поник еще больше, но секрет не выдал. Бури, ладно! Он хоть не бесхребетный… или как там говорят о растениях? Не бескорный?
— Ты должен меня слушаться. — Лифт засунула руки в карманы и пошла по тропе к городу. — Ты не соблюдаешь правила.
— Я-то соблюдаю, — раздраженно фыркнул Виндль. — Просто вы их не знаете. И к вашему сведению, я садовник, а не солдат, так что не позволю разить мной людей.
Она остановилась.
— Зачем мне разить кого-то тобой?
Он поник так сильно, что чуть не ссохся.
Лифт со вздохом двинулась дальше. Виндль не отставал. Выйдя на широкую дорогу, они повернули к башне, служившей воротами в город.
— Значит, сюда мы столько добирались? — заговорил Виндль, когда они проходили мимо запряженной чуллом повозки. — В город, вырезанный в земле?
Лифт кивнула.
— Следовало сказать раньше. Я беспокоился, что во время бури мы окажемся без защиты!
— С чего вдруг? Дождя нет.
Плач неожиданно закончился. Потом снова начался. И снова закончился. Он вел себя совершенно непонятно, скорее как обычная погода, нежели очень долгая, но слабая великая буря, каким обычно бывал.
— Не знаю, но что-то не так, госпожа, — сказал Виндль. — Что-то случилось в мире. Я чувствую. Вы слышали, о чем король алети написал императору?
— Что надвигается новая буря? — спросила Лифт. — Не с той стороны?
— Именно.
— Олухи посчитали это глупостью.
— Олухи?
— Те, кто трутся возле Гокса, вечно нашептывают ему, как поступать. Они заставляли меня носить халат.
— Азирские визири. Главные чины империи и советники Верховного!
— Ага. Пустомели и нытики. Олухи. Так вот, они считают, что тот злобный типчик…
— …великий князь Далинар Холин, де-факто король Алеткара, на сегодняшний день самый могущественный военачальник…
— …все навыдумывал.
— Возможно. Но разве вы ничего не чувствуете? Где-то вдалеке? Что-то зарождается.
— Далекий гром, — прошептала Лифт, посмотрев на запад, мимо города, на горы вдали. — Или… или будто видишь, как роняют котелок, следишь за его падением и готовишься услышать лязг.
— Значит, чувствуете.
— Наверно.
Мимо прокатила очередная повозка, запряженная чуллом. На Лифт никто не обращал внимания, впрочем, как и всегда. И никто, кроме нее, не видел Виндля, потому что она особенная.
— А что говорят твои друзья-пустоносцы?
— Мы не… Лифт, мы спрены, хоть мой вид — спрены культивации — и не самый важный. У нас нет ни собственного королевства, ни даже городов. Нам пришлось связать себя узами с вами из-за того, что зашевелились криптики, спрены чести и все остальные. Мы прыгнули вперед ногами в стеклянное море, но едва понимаем, что творим! Все, кто имел хоть малейшее представление о том, как чего-то добиться, погибли много веков назад!
Они шли за повозкой, та дребезжала и раскачивалась, подпрыгивая на кочках.
— Все неправильно и лишено всякого смысла, — продолжал Виндль. — Считалось, что связать вас узами будет гораздо сложнее. Иногда память меня подводит, но я вспоминаю все больше. Со мной не произошло ужасного потрясения, которое все предрекали. Может, из-за вашей исключительности. Но, госпожа, прислушайтесь ко мне, когда я говорю, что грядет нечто значительное. Не следовало покидать Азир. Там мы были в безопасности. Нам понадобится защита.
— Некогда возвращаться.
— Да, скорее всего. Давайте найдем укрытие хотя бы здесь!
— Ага. Если Мрак не убьет нас раньше.
— Мрак? Неболом, пытавшийся вас казнить?
— Он самый, — проворчала Лифт. — Он в городе. Разве ты не слышал, как я жаловалась, что мне нужен осколочный клинок?
— В городе… то есть, в Йеддо, куда мы направляемся прямо сейчас?
— Ага. У олухов есть люди, которые его отслеживают. Как раз перед тем, как мы сбежали, пришло сообщение о том, что его видели в Йеддо.
— Постойте-ка. — Виндль метнулся вперед, оставив за собой след из лоз и кристаллов, взобрался на задок повозки и изобразил лицо прямо перед Лифт. — Поэтому мы сорвались так внезапно? Поэтому мы здесь? Вы гонитесь за этим чудовищем?
 
— Конечно нет. Что за глупости.
— Глупости — это, разумеется, не про вас.
— Не-а.
— Тогда зачем мы здесь?
— У них тут есть блинчики со всякими начинками, — ответила Лифт. — Говорят, очень вкусные, и едят их во время Плача. Десять разновидностей. Пальчики оближешь, наверно. Хочу стащить каждого по одному.
— Вы проделали весь этот путь, бросив жизнь в роскоши, чтобы съесть пару блинчиков?
— По-настоящему потрясных блинчиков.
— Несмотря на то, что где-то здесь бродит богоподобный осколочник? Который приложил столько усилий, чтобы казнить вас?
— Он не хотел, чтобы я использовала свои способности, — сказала Лифт. — Его и в других местах видели. Олухи за ним присматривают. Они им очарованы. Все внимание приковано к лысому парню, который коллекционирует головы королей, но этот типчик тоже оставляет трупы по всему Рошару. Людей незначительных, неприметных.
— И мы прибыли сюда, потому что?..
— Это место ничем не хуже любого другого, — пожала плечами Лифт.
Виндль плавно соскользнул с задка повозки.
— Совершенно очевидно, что это место не такое же, как любое другое. Здесь явно хуже…
— А ты точно уверен, что несъедобный? — перебила она. — Было бы очень удобно. У тебя куча лишних лоз. Может, я бы их обгрызла чуток?
— Уверяю, госпожа, я не придусь вам по вкусу.
Лифт что-то буркнула в ответ, ее желудок снова заурчал. Вокруг парили спрены голода — коричневые крупинки с крылышками. Ничего необычного. Их привлекали многие люди из очереди впереди.
— У меня две способности, — сказала Лифт. — Я могу скользить, используя потрясность, и могу заставить что-нибудь вырасти. Значит, и пару растений на еду получится?
— Чтобы их вырастить, почти наверняка понадобится гораздо больше буресвета, чем удастся из них добыть. Это предопределено законами вселенной. И прежде чем вы спросите, добавлю: даже вы не можете игнорировать эти законы. — На мгновение он задумался. — Скорее всего. С вами никогда не угадаешь.
— Я особенная. — Лифт пристроилась за ожидающими пропуска в город. — А еще голодная. Прямо сейчас больше голодная, чем особенная.
Она выглянула из очереди. В воротах стояли стражники на пару с писцами в странной ташиккской одежде — этаких длиннющих кусках ткани, которыми они обматывались с головы до ног. Кусок был цельный, и это действительно непросто — не только обвить по очереди каждую ногу и руку, но и обернуться им несколько раз вокруг пояса, чтобы получилось подобие юбки. Такую одежду носили все мужчины и женщины, кроме стражников.
Пропускать в город явно никого не торопились. Людей скопилось немало: все из народа макабаки, кареглазые и темнокожие, гораздо темнее смуглой Лифт. Среди ожидающих оказалось много семей в обычной азирской одежде: штаны, грязные юбки, некоторые с узорами. Вокруг гудел целый рой спренов истощения и голода.
Она ожидала увидеть по большей части торговцев, но никак не семьи. Кто все эти люди?
Желудок снова заурчал.
— Госпожа? — позвал Виндль.
— Цыц, — отозвалась Лифт. — Я слишком голодная, чтобы разговаривать.
— Так вы…
— Голодная? Да. Так что заткнись.
— Но…
— Спорим, у стражников есть еда. Их всегда хорошо кормят. Ведь с голодухи они и вломить толком никому не могут, это факт.
— Есть предложение получше: вы могли бы просто купить немного еды за сферы, которые вам любезно выделил император.
— Не взяла их с собой.
— Не… не взяли деньги?
— Избавилась от них, когда ты отвернулся. Нет денег — никто не ограбит. Носить с собой сферы — нарываться на неприятности. К тому же, — сузив глаза, она наблюдала за стражниками, — столько денег водится только у богатых чудиков. Мы, обычные люди, идем другим путем.
— Значит, теперь вы обычная.
— Ну естественно. Это все остальные ненормальные.