Житие попаданки. Лес (СИ)

‒ Отец, ‒ Онель смотрел на аму Нейслера, взглядом полным тоски.
‒ Я приму всех, кто пришел, ‒ сказала я аму Нейслеру и увидела, как его беспристрастная маска треснула, показывая, лицо усталого воина.
‒ Мне нужно с тобой поговорить, ‒ сказал Майторан эйфару. Я оставила мужчин и пошла к прибывшим эйфарам. Моя золотистая энергия пришла в движение, окружая пятерку раненых. Я не могла так просто доверять им.
Женщины, когда поняли, что их запускают во двор алайи, плакали, беззвучно и это еще страшней, чем если бы они рыдали в голос. Мельком заметила, что алайи стоят, неподалеку прислушиваясь к тому, что тут творится. Подслушала их разговоры, опять спорят с Намихаром, что нужно идти в их город.
Угара уже развила бурную деятельность, и я в который раз поблагодарила судьбу, что мне повстречалась эта шустрая токмо. На печи грелась в чанах вода для мойки. Женщины сначала мыли детей, переодевали их, рассаживая за длинным столом, давали тёплого взвара с краюхой хлеба, намазанного маслом. Быстрый перекус пока все помоются.
Тут же девушки резали мясо для супа, который все полюбили. В казан кидается мелко порезанное мясо, обжаривается с луком и морковью, хорошо солится, иногда мы кидали помидоры для красоты, но сегодня обжаренное мясо просто залили водой, довели до кипения. Туда же пошла картошка и несколько мисок крупы из тех, что быстро вариться. После того, как сварится картошка добавляется мелко порубленная зелень, быстро-суп готов.
Я замесила тесто на лепешки, хлеба теперь хватит не всем. Хорошо, что муки у нас было с запасом. Но я все равно понимала, что с прибытием почти пятидесяти эйфаров у нас становится тесно. Некоторые женщины эйфары стали помогать токмо и меня это радовало, значит, не совсем белоручки.
Только к вечеру прибывшие эйфары успокоились. Детей положили в детские. Они так же, как токмо, боялись спать по одному и жались к друг дружке. Резен как самый взрослый рассказывал всем сказки, подражая мне и вызывая умиление, я улыбнулась и прикрыла дверь.
Тут же попала в объятия своего дракона. Он подхватил меня на руки и понес в нашу комнату. На секунду мне стало тоскливо, что завтра он улетит, и я опять буду одна, но я с решимостью выкинула из головы слабовольные мысли. Нужно молится, чтобы с ним было все хорошо.
Эта ночь была волшебной, прекрасной, мне не хотелось засыпать, чтобы проснутся уже утром. Я хотела, чтобы ночь не кончалась, но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Майторан забрал с собой пятерых драконов и Ласа с Индиром в их числе. Пока Май нас не слышал, я твердо посмотрела на первых, кто поселился в моем доме и сказала:
‒ Прошу вас защитите его.
‒ Это же отшельник, ‒ хмыкнул Лас, но Индир ткнул его в бок кулаком и кивнул.
‒ Сохраним ая, по крайней мере, сделаем все, что от нас зависит.
Я выдохнула и передала им сумку с припасами еды.
‒ Вот тут вам перекусить, сколько до города лететь?
‒ Сутки, ‒ Лас взял сумку и отошел, так как к нам подошел Майторан и тут же обнял меня.
‒ Я скоро вернусь ая, не переживай. Поймем, как совладать с нежитью, выгоним их из наших земель и вернусь.
Рядом стояли пятеро раненых эльфов.
‒ Их беру с собой, почти все поселки эйфар сейчас осаждены нежитью, нам нужно как-то связаться со всеми главами.
Я поцеловала Майторана, вдохнула его запах:
‒ Возвращайся поскорее я буду ждать любовь моя, ‒ прошептала я ему.
На губах дракона медленно появилась улыбка, преображая его мрачное лицо:
‒ Ты впервые сказала мне о любви ая, разве я могу тебя разочаровать.
Майторан отошел и перекинулся в ипостась дракона, черная морда повернулась, пронзая меня взглядом, сердце сжалось от желания его остановить. Эйфары полезли на драконов, они полетят верхом. Укрепила их защиту блёстками, надеюсь, они не обернутся нежитью прямо в воздухе. Хорошо, что они сильные маги и могут бороться с поветрием. Сжала ладони перед собой боясь, что не выдержу и кинусь след за драконом, сжала зубы, чтобы не зарыдать. Почему мне так плохо?
Глава 25
 
Несколько дней прошли спокойно. Я работала как заведённая, не приседая ни на минуту, чем вызывала жалостливые взгляды девушек. Но ничего не могла с собой поделать. Я всегда, когда нервничала, начинала заниматься уборкой дома. А тут я не просто нервничала, я места себе не находила. Почему-то, казалось, что нужно куда-то бежать и что-то делать…
Онель по своим магическим каналам держал связь с отцом, и это успокаивало меня. Если жив аму Найслер, то и с Майтораном все хорошо. Самой хорошей новостью было то, что моя подпитка зараженных тел золотистой энергией давало эйфарам время жить. Я пожалела, что не было времени, чтобы попытаться убрать заразу полностью.
За это время приходил Намихар. Первый раз спрашивал, не хочу ли я переселиться к алайям. У них нормальная стена вокруг города, которая защитит от нежити, мне даже дали разрешения забрать всех своих слуг. Я была зла, но вежливо послала Намихара подальше.
‒ Вы думаете, они пришли ненадолго? ‒ спросила я. ‒ Сколько лет выдержит ваш город в окружении без внешних источников питания?
‒ Несколько лет точно выдержит, ‒ нахмурился алай.
‒ А потом? ‒ я хотела, чтобы до него дошло. ‒ Нежить не уйдет ни через два, ни через пять лет Намихар, она тут навсегда! Когда уже до вас дойдет, что с таким врагом нужно бороться здесь и сейчас, пока не стало поздно.
Второй раз он пришел один без своей поддержки молчаливых, по крайней мере, я сразу их не заметила.
‒ Я остаюсь с тобой ая, ‒ склонил голову. Я не знала, что сказать, потом выдохнула:
‒ У нас нет слуг Намихар, мы работаем сами, ‒ думала его отпугнуть, но алай поднял на меня взгляд ясных карих глаз и улыбнулся.
‒ Я готов пройти путь взросления с тобой исправляющая.
Видимо, это были какие-то ритуальные слова, о которых я не знала, потому что я увидела, как моя золотистая метка появилась на красной ауре мужчины, и он уверенно прошел мимо меня, внутрь двора. И только тут я увидела за его спиной молчаливых, которые проводили взглядом Намихара и повернули к своему каравану.
Все наши вышли провожать алай, даже эйфары, которые все еще не отошли от своего горя. Утробно мычали быки, гикали слуги токмо мельтеша между ними на мелких лошадках. Алайи прожили с нами рядом не один день. После их ухода поляна словно осиротела. Привыкли мы уже к белым шатрам алайев, лишь пара лошадок, которых привели из плена эйфар да наши коровки мирно паслись на опушке.
Был один плюс в том, что алай поселился у нас. Он стал больше рассказывать о магии. Я чертила ему знаки, которые иногда появлялись у меня перед глазами, а Намихар рассказал, что они означают.
Самым интересным был для меня опыт по выращиванию быков. Оказывается, алайи не растят их, а сразу делают взрослыми, привязывая к будущему хозяину на ментальном уровне.
В тот день мы решили вырастить бычков, хотя сначала у меня были сомнения, ведь они такие милые лапушечки, но алай сказал, что такими они и останутся, пока я их не выращу как положено, быки то магические. Все токмо, эйфар и драконы собрались на скотном дворе.
Я создала нужный знак из блесток и приложила его ко лбу первого теленка. Тот замер, постепенно покрываясь блестками как коконом.
Я собралась подарить его Рыське, девочка души не чаяла в телятах и дни напролёт бегала рядом с ними. Почему бы не дать ей защитника. Мальчишки завистливо поглядывали на замершую напротив бычка девочку.
Второго бычка я собиралась, естественно, забрать себе. И стояла напротив второго теленка, который тоже закрывался от мира золотой силой.
‒ Второй знак ая, ‒ шептал мне на ухо алай, стоя рядом, ‒ не торопись, сила не любит суеты, будь уверена в том, что имеешь право приказывать ей, она твоя.
Спокойный голос алайя поддерживал в трудные минуты, вымывая из меня тревогу, слишком много во мне сомнений. А когда через час работы со знаками и силой, золотые купола с быков опали, все ахнули. Напротив, стояли красавцы. Белоснежные с длинными вьющимися челками. Странно было чувствовать своего быка, словно у меня появилась еще одна рука или нога, которой нужно давать мысленную команду. Не сильна я в именах, но вспомнила, был у бабушки бык, деревенский осеменитель и звали его Гаврюша. Вот мой беленький и стал Гаврюшей.