Житие попаданки. Лес (СИ)

‒ Это мы теперь с молоком будем, ‒ женщины были довольны, ‒ у нас в посёлке только у богатых корова была, а свиньи у старосты. Не все могут позволить себе место для скота.
На заднем дворе также имелся огород, где уже копались оба старика, опять о чем-то споря. Рядками росла картошка, морковь и другие растения, которые я не смогла издалека разглядеть. Надо сказать, что здесь в месте силы все росло очень быстро. За несколько дня росла морковь и картошка, а лук вырастал и того раньше. Я расспрашивала токмо и узнала, что они огороды сажали редко. Им главное было, чтобы зверье не подрало людей, а еду можно найти в лесу. Там все росло, раньше при алай, конечно, было больше, но и сейчас токмо занимались охотой и собирательством.
‒ Мы ая просим нас за огородом оставить, ‒ сказал Ард, ‒ все будем в свежем виде на кухню поставлять, не переживайте.
‒ Справитесь? ‒ с сомнением посмотрела на мужчин.
‒ Справимся, ‒ поклонился Сай, ‒ чего не справится, траву скотинке рвать, а остальное знай поливай да землю рыхли.
‒ Как все наладится, будем думать, как с вами за работу рассчитываться, ‒ пробормотала я скорее себе, но мужчин услышали и стали отмахиваться
‒ Жить тут большая награда для наших лет, ‒ вон у Арда нога перестала болеть, а у меня спина, как у молодого гнется, ‒ Сай даже нагнулся, вырвал из грядки морковь, которая была уже длинной, но тонкой.
‒ Ну хорошо, тогда оставляю Арда и Сая работать на огороде, если что будет нужно, обращайтесь, ‒ я кивнула довольным старикам и пошла дальше. Передний двор тоже нужно осмотреть, а потом уже в дом.
‒ Ая, а можно нам тоже помогать, ‒ Резен пошёл со мной рядом.
‒ Помогать можно всем, ‒ кивнула я мальчишке и поправила на руках тяжелую Рыську, самая мелкая любила кататься на руках и уже сама тянулась, чтобы я ее взяла. Ну как отказать этому мелкому чуду. Я понимала, что дети хотят быть нужными и боятся остаться одни. Радость, уже то, что они не плачут и не истерят, что остались без родных, а накормить и предоставить им кров — это долг каждого взрослого.
Я пока еще с трудом понимала, что будет дальше, и просто радовалась тому, что мой быт стал походить на нормальный, а не доисторический.
В дом вошли через парадный вход. Здесь было большое крыльцо под крышей с подпирающими ее колоннами. Двустворчатая дверь того же качества, что и межкомнатные. Мальчишки торжественно распахнули передо мной их с двух сторон, и я в окружении ребятишек вошла в просторный холл. Здесь с одной стороны, была комнатка без дверей, где дети оставили свою обувь. Я последовала их примеру и также сняла сапоги с Рыси. Дети, кстати, были тоже в обновках. Мальчишки в светлых рубахах и темных штанах, девочки в тонких блузах и длинных юбках. Одинаковая одежда, но главное целая и добротная. В холле стояло несколько лавок, и небольшой столик. Я хмыкнула, не хватает только посадить сюда администратора и точно не отличишь от гостиницы.
Все же это место читает мои пожелания и просто копирует, создает то, о чем я думаю. Если это так нужно думать более прогрессивно. Хочу унитаз, хочу ванну, хочу… а что я еще хочу?
В холле нас встретила Угара:
‒ Госпожа, мы будем осматривать новые комнаты?
‒ Да Угара давай пройдемся, ‒ согласно кивнула. Я знала, что Майторан полетел к своим, но все же очень хотелось спросить Индира и Ласа, чтобы они подтвердили. Надеюсь, у черного дракона получится заручиться поддержкой своих сородичей в борьбе с нежитью, ведь это нужно всем.
‒ А где Онель? ‒ вдруг поняла, что не увидела с утра эйфара.
‒ Так на охоту ушли с вашим наиром, мясо уже кончилось, ‒ ответила токмо. Вполне возможно, едоков-то прибавляется каждый день.
‒ А вы чего за аяей ходите как хвосты, быстро на улицу гулять, смотрите во все глаза, если чужой, где появится, сразу сюда, ‒ цыкнула на детей Угара.
‒ Да пусть ходят мне не в тягость, ‒ успокоила я женщину, но Резен уже с серьезной миной посмотрел на своих товарищей и кивнул им на выход. Хорошо хоть девчонок не стал забирать, а те уже расселись по лавкам и перебирали друг другу волосы.
 
‒ Вы им только волю дайте, ‒ ворчала токмо, ‒ они с вас не слезут. Детей к алайям сильно тянет…
В общем, мы пробежались по всем новым комнатам и нашли новую мойку, новый туалет. Также новый чулан, полный добра и кладовку, где стояло наше мыло, которое женщины уже доварили, разрезали по кускам оставив сушиться. Но было там и другое мыло, которое токмо с любопытного обнюхивали. Пахло оно травами и в нем были заметны цветочные лепестки. Этого богатства было пару килограммов. Были тут свечи, ящик тонких и ящик толстых тут же стояли простые подсвечники. Вздохнула, конечно, лучше факелов, и не так гарью вонять будет. Пожара токмо не боялись, говорили, что в лесу не может быть пожара лес не допустит. Хоть в этом радость.
После обхода собрались в кухне и стали думать, что готовить на обед. В печи уже пекся хлеб, разнося по дому одуряющие запахи, а девушки перебирали крупу от мелкого мусора.
Но тут двери громко хлопнули, раздался топот ног и в кухню влетел Резен.
‒ Ая! Там! ‒ мальчишка почти задыхался, то ли от радости, то ли от страха.
‒ Успокойся, дыши, ‒ с тревогой сказала я, ‒ Кто там?
‒ Там… алайи! Много алай!
Глава 17
По голове словно пыльным мешком огрели…алайи… это же те, что создают миры! Меня накрыла паника, всесильные существа… Потом я выдохнула, посмотрела на побледневшие лица женщин и спокойным голосом сказала:
‒ Не переживаем, делаем все, как всегда.
Угара и остальные кивнули мне, но всей толпой пошли вслед за мной.
Дети были на крыльце, глазастая испуганная кучка, сердце сжалось от жалости. Рыська уже тянет ко мне ручки. Я подхватываю малышку, словно она мой якорь, я тут не одна, чего трясусь? Это мой дом! Мне есть кого защищать!
Видимо, Резен отправил гонцов ко всем, так что с двух сторон подходили мужчины, драконы и старики.
Я посмотрела на ворота, отсюда с возвышенности было видно, что за воротами стоит большая кавалькада и под всадниками не лошади, а какие-то зверюги, страшные, рогатые, словно быки яки, поросшие шерстью. Шерсть — это хорошо, мозг запасливого хомяка уже уводит меня в сторону от алай. Почему я не подумала о шерсти, а если зима…
‒ Что делать будем? ‒ Спросил Лас. Сейчас я бы сама послушала советов, как мне нравилось быть под защитой Майторана, тяжко вздохнула. Рыська положила голову на плечо и задумчиво грызла палец.
‒ Откроем, спросим, чего пожаловали, ‒ все же решилась я. ‒ Пока не спросишь, не узнаешь. Резен, ‒ решила обезопасить детей, ‒ возьми всех и зайдите в дом. Не выходите, пока не позовем. Мало ли что у этих созидателей в головах.
‒ Хорошо ая, ‒ мальчишка смышлёный и понимает, что алайя алайе рознь.
Рыська не хотела меня отпускать, вцепилась пальчиками за блузу и широко открыла глаза, разговаривать она так и не могла:
‒ Ну чего ты? — я погладила ее по голове, ‒ Я сейчас чужих встречу и приду, будем пироги печь. Я дам тебе самой пирожок слепить, хочешь? ‒ Девочка внимательно посмотрела на меня, а потом кивнула и как мартышка ловко перебралась на руки к Резену. Дети вошли в дом, а мне стало легче.
‒ Если что прячьтесь, ‒ строго сказала женщинам и старикам, ‒ а вы не лезьте, пока не позову на помощь, ‒ это уже драконам.
‒ Хорошо, ‒ легко согласился Индир. ‒ Главное — громко зови, алайи могут мозги дурманить, что себя потом не понимаешь.
‒ Думаю справлюсь, ‒ самонадеянно сказала я дракону.
Так, всей толпой мы к воротам и пошли, а когда подошли ближе, я скомандовала лианам открыть ворота. Наверно, от волнения я смогла послать зов во все стороны и золотистая сила, собиралась вокруг меня в настоящие смерчи, невидимая другим, она обвивала почти каждого моего домочадца, закрывая от мира магии.
Я осмотрелась уже нормальным взглядом и порадовалась, что сегодня моя одежда намного лучше, чем вчера, ведь алайи были разодеты как боги. Первым бросился в глаза мужчина, он и стоял первым. Легко спрыгнул с двухметрового монстра, передав поводья слуге из токмо, направился ко мне. За ним стали слезать со своих животных и другие алайи. Их было тут около пятнадцати, и в два раза больше токмо слуг, которые как раз были на небольших лохматых лошадках.