Проданная невеста (СИ)

Я и не думала. Я просто стояла и смотрела на огромное лохматое тело, которое еще дышало. Голова оборотня лежала на полу, из раскрытой пасти вырывались рваные вздохи. Мне даже стало жаль Генриетту, если это, конечно, была она.
- Генриетта? – спросила я, глядя на существо.
Оборотница моргнула, попыталась поднять голову и не смогла.
- Вы ее знаете? – спросил королевский маг.
- Думаю, да, - ответила я тихо.
Торн посмотрел на меня и быстро спросил:
- Как вы себя чувствуете, графиня?
- Думаю, намного лучше, чем это существо.
Оборотница дернулась всем телом и вдруг начала меняться. Я отступила еще на шаг, пораженно следя за тем, как меняется это существо. Судя по всему, зверю было больно. Оборотень сжался и глухо, устало зарычал. Затем распластался, раскинув в стороны лапы, с которых начала исчезать шерсть. Она будто втягивалась под кожу и вот, минуту спустя, перед нами на полу лежало уже не тело зверя, а человека. И это была она – компаньонка леди Катерины.
На ее груди зияла темная рана, похожая на пятно от огромной кляксы. Я поняла, что это последствия удара магии Торна.
- Проклятье! – выругался мой спаситель и бросившись в мою спальню, быстро вернулся с простыней в руках. Набросив ее на голое тело оборотня, Торн присел рядом с женщиной и быстро спросил:
- Что вы здесь делаете? Зачем пришли за графиней Риверс?
Генриетта открыла глаза, устремила помутившийся от боли взор на лицо говорившего и тихо ответила:
- Я пыталась спасти Катерину.
- Убив меня? – ахнула я.
Даже несмотря на это, мне было отчаянно жаль бедную женщину. Я поспешила вон из комнаты. Нашла в коридоре прислугу и быстро велела привезти целителя. Один из лакеев тотчас бросился выполнять поручение, а я вернулась назад в комнату и увидела, что Торн простер над грудью умирающей ладонь, словно пытаясь помочь ей.
- Она же не умрет? – спросила я быстро.
Маг не ответил. Он смотрел на Генриетту, которая, в свою очередь, смотрела на меня.
- Я приходила не за вами, графиня, - еле слышно сказала оборотница. – Я хотела убить бастарда.
Голос ее слабел. Торн чертыхнулся и покачал головой.
- Держитесь, Генриетта! – сказала я. – Скоро здесь будет целитель! Вы ведь так нужны своей госпоже!
- Зачем вы хотели убить Риверса? – спросил Торн у оборотницы.
Она вздохнула.
- Я решила…я подумала… - и снова вздох, - что его смерть разрушит проклятие, которое убивает мою госпожу. Она слишком много страдала! Она должна жить, а проклятие отнимает ее жизнь, превратило ее в немощную калеку.
- Удивительная преданность, - хмыкнул Торн. – Но зачем же вы напали на графиню, когда поняли, что в замке нет графа?
Женщина вздохнула.
- Ее смерть принесла бы горе графу. А мне хотелось причинить ему такую же боль, какую испытывает моя хозяйка.
Торн отнял руку от груди несчастной. Поднялся на ноги, перевел взгляд на меня. Я вопросительно посмотрела на него, но мужчина только покачал головой и стало понятно, что целитель, скорее всего, не успеет.
- Я не жалею… - прошептала Генриетта, - ни на миг… ни на один удар сердца…
Она закрыла глаза, выдохнула и ее тело на миг напряглось, словно натянутая струна, а после обмякло.
Я отвернулась не в силах видеть чужую смерть. И пусть Генриетта желала убить меня и Рейна, мне отчего-то было ее жаль.
- Удивительная преданность, - повторил маг. – Предполагаю, что леди Катерина когда-то спасла это существо, или как-то помогла ей. Оборотни, как и собаки, бывают преданны. Но так или иначе, мы теперь не узнаем правды.
Он скупо улыбнулся мне.
- Ступайте в спальню Рейна, госпожа графиня. Я здесь все приберу.
- А что будет с ней? – спросила я еле слышно.
- Скоро прибудет целитель, зафиксирует смерть и заодно засвидетельствует факт нападения. Не переживайте. Думаю, все скоро закончится. Дело осталось за малым. За вашим супругом и леди Лайт, - произнес мужчина и я, кивнув, бросила последний взгляд на тело бедной Генриетты, а затем покинула свои покои, размышляя над тем, смогу ли после случившегося продолжать в них жить.
 
  
Глава 21
 
- Даже не знаю, что и сказать, граф, - леди Лайт выслушала Рейна и вздохнула. – Я вас прекрасно понимаю, но королева… - Морриган выдержала паузу. – Боюсь, она нас не поймет и не согласится. Не после того, как я едва смогла уговорить ее помочь нам. И вам, к слову, - тут же добавила женщина, прежде чем развернулась и прошлась по тайной комнате, нервно постукивая веером по руке.
- Мы должны с ней поговорить. До полночи еще есть время, - быстро сказал Риверс.
- О, Рейн, - вздохнула леди Лайт. – Не мне вам объяснять, кто такие короли. Ее величество уже мысленно примерила на себя корону и, предполагаю, даже начала также мысленно править страной. Она не захочет выслушать вас и пойти вам навстречу. К тому же вы точно не знаете, что нужно сделать с артефактом и как обратить его магию так, чтобы она помогла вашей супруге. Мне искренне жаль графиню, но я не могу пойти на такой риск.
Рейн стиснул зубы.
Нет, он понимал опасения леди Лайт, но для него сейчас важным была только жизнь его жены и их нерожденного ребенка. Все остальное, даже собственная свобода, жизнь и богатство были неважны в сравнении с тем, что было поставлено на кон.
- Тогда все, о чем я вас прошу – это разговор с королевой. Вы можете сделать так, что она примет меня на балу и мы поговорим, не привлекая постороннего внимания, - попросил граф.
Леди Лайт смерила его быстрым взглядом.
- Что ж, вы правы, Риверс. Я попробую договориться о вашей встрече. Но все необходимо делать прямо сейчас. В полночь его величество сломает артефакт.
- Кстати, он у вас? – уточнил Рейн, его взгляд невольно опустился на талию бывшей фаворитки короля, словно там, среди складок платья, могло находиться то, что он надеялся заполучить.
- О, нет, - тихо рассмеялась Морриган. – Ее величество забрала у меня артефакт. Было решено, что именно она вложит его в руки Леопольда.
- Как все должно будет случиться?
Леди Лайт улыбнулась.
- Король по-своему доверяет супруге. Он никогда не считал ее своим противником, а лишь приложением к власти. Леопольд уверял меня, что Алиссандра не опасна. Что она лишь пешка, хотя и важная. Пешка, которая подарила ему связи с Тальбалом, нашим соседним королевством. Думаю, вы помните свадьбу его величества. После нее у нас с Тальбалом установился мир и устойчивые рыночные отношения. Но я отвлеклась.
Морриган скрестила руки на груди.
- Еще во времена, когда я имела власть над Леопольдом, он всегда говорил о своей супруге, как о пустом месте. Я-то догадывалась, что королева не так глупа, какой ее видит наш светлый монарх. Даже было время, - Морриган хмыкнула, - когда я пыталась переубедить Лео в отношении его супруги. А теперь не жалею, что он не прислушался. Иначе осуществить план стало бы сложнее.
Рейн молча слушал леди Лайт, хотя сердце его стучало все быстрее. Странное чувство сжимало грудь. Страх? Волнение?
Он ловил себя на мысли о том, что снова и снова возвращается к Сьюзан. Да, он оставил супругу в замке, где достаточно прислуги, где рядом с ней верная Тильда и Торн в качестве отличного охранника. Тогда почему сердце не на месте? Отчего тревожит душу непонятное волнение?
- Его величество решил устроить бал в честь своей новой фаворитки, - продолжила Морриган. – Понятное дело, что королева не стала противиться, тем более что Леопольд объяснил этот бал своим желанием доставить, прежде всего, удовольствие своей супруге. Она сделала вид, что не понимает истинную причину, он сделал вид, что поверил в это. У многих мужчин, мой дорогой Рейн, и вы это, возможно, знаете не понаслышке, страсть затмевает все остальные чувства. В том числе и чувство самосохранения. Да, дворец по-прежнему полон охраны, но Леопольд живет слишком долго. И он стал беспечен в этой затянувшейся жизни, даже в каком-то понимании, пресытился ею. Его новая игрушка внесла разнообразие в существование короля. Алисия Алиссандра использует эту возможность. Но ты ведь понимаешь, Рейн, что для нее это шанс.