Невеста ледяного дракона в академии (СИ)
Впрочем, вскоре позабыла, где я и с кем, — так увлеклась происходящим на сцене. Декорациями здесь служили изумительной работы иллюзии; куда там нашим наданским театрикам до такого совершенства! Живописный берег озера, где каждая былинка, каждая капля и ползущая по листику кувшинки букашка переданы с максимальной достоверностью. Вода — вернее, ее искусная имитация, отражала летящие по небу облака и шла рябью, когда по залу проносился настоящий легкий ветерок. Над поляной порхали яркие бабочки. В такой идиллической обстановке состоялась первая встреча благородной леди Аланиэль и юноши-человека (в этом, к великому ужасу матушки Эйнара, которая порывалась сразу же уйти, режиссер отступил от легенды). Положение молодого человека, разумеется, было намного ниже, чем у его возлюбленной, но любовь, как известно, не ведает сословных границ.
Красивые молодые актеры мне очень понравились. Легко верилось в их мгновенно вспыхнувшую страсть. Аланиэль была показана стройной блондинкой (что наверняка отступало от канона). А молодой охотник Габриэль, тоже белокурый, отдаленно напомнил мне Ги. Сердце защемило от сладких воспоминаний о встрече с красивым курсантом на балу в военной академии. Взгляды, легкое касание рук, вихрь вальса и непонятно откуда взявшееся знание: вот она, любовь; она пришла!
Смена декораций происходила за минуту: озеро растаяло на наших глазах, и открылась комната внутри огромного дерева, его зеленые ветви обрамляли богатый интерьер эльфийского дома.
Прекрасная Аланиэль оказалась весьма решительной особой. Когда глава дома Высокого клена отказал Габриэлю в праве ухаживать за его дочерью и выгнал, осыпая насмешками, девушка ушла из дома и обзавелась фамильяром.
Ну прямо как я!
Правда, у Аланиэль питомец оказался гораздо более экзотичным, чем мой ханн: с руки эльфийки стрелой срывалась зеленая лоза — эльфийский плющ. Сок этого магического растения известен, как идеальный яд — действует быстро и надежно, не оставляет улик. Плющ мгновенно опутывал и душил врагов. И первой жертвой стал отец Аланиэль, который замыслил похитить прекрасную деву. Его смерть повергла эльфийку в шок: ломая руки, она упала на колени и закричала, что проклята богами. Этот трагический момент дополнил удар молнии на заднике, разряд почти ослепил зрителей и сотряс всю сцену.
Я вздрогнула от неожиданности, как и многие дамы в зале. Смущенная своей реакцией, на секунду оторвала взгляд от актрисы…
…И встретилась глазами с Нико.
Дракон сидел в ложе второго яруса справа и, отвернувшись от сцены, смотрел прямо на меня.
Сердце подпрыгнуло в груди. Сперва решила, что мне кажется, будто это он. В неверной полутьме зрительного зала так просто обознаться и принять какого-нибудь высокого брюнета за навязанного жениха, от которого убегала через все Ничьи земли… только затем, чтобы обнаружить, что он все-таки догнал и спас меня. Но нет: ложа, в которой находился Нико, была на приличном расстоянии от нашей, но я отчетливо разглядела, как насмешливо сощурились его светлые глаза. Он наклонился к своей спутнице и что-то шепнул ей на ушко. Эффектная молодая дама с ярко-рыжими волосами и грудью, выпирающей из платья, расплылась в улыбке.
И моей души коснулась чья-то ледяная рука.
Ох, почему я не писатель? Кажется, я могла бы написать книгу о том, как ненавижу Нико арк’Оддена!
Я отвела глаза от этого негодяя, и с удивлением обнаружила, что ложи для знати уже заполнились. Блестящие благородные эйсы и сьерры; от пестрых нарядов зарябило в глазах. Мое внимание привлекли девушка и двое молодых эйсов, которые сидели в королевской ложе. Это члены правящего дома? Как интересно!
Светло-русые волосы девушки были уложены короной, надо лбом сверкала диадема. Открытые плечи и достаточно глубокое декольте свидетельствовали, что незнакомка замужем. Кто она? Неужели настоящая принцесса?
Рядом с красавицей вальяжно расположился молодой блондин. Его рука собственнически расположилась на спинке кресла девушки. Я грустно вздохнула, по-хорошему завидуя паре, которая обрела счастье в любви. В это время красавец, который сидел сзади — его русые волосы были заплетены по эльфийскому обычаю — наклонился и сказал что-то, что вызвало улыбки у сидящих впереди. Однако я заметила, что при этом он украдкой поцеловал чужую супругу в шею. Чего это он? Странно, но блондин ничем не выразил своего протеста, хотя не мог не заметить. Девушка улыбнулась, но тут же насупилась и бросила через плечо пару слов.
Я поскорее отвернулась от скандального зрелища, и только согревший щеки румянец выдал мое смущение. Это что я такое сейчас наблюдала? Что за нравы в высшем свете Зангрии?
А на сцене бушевали другие страсти: скрываясь от Повелителя эльфов и возмездия за отцеубийство, Аланиэль жила в лесу, но даже природа отторгала ее. Это для эльфийки означало смерть.
Закончился первый акт. Занавес упал под овации партера с галеркой и очень сдержанные хлопки из лож.
Зазвучала музыка, Эйнар пригласил меня и свою мать пройтись до буфета. Но леди энн’Галлдиор отказалась, заявив, что лучше навестит друзей и родственников в соседних ложах. Она поспешно поднялась и вышла. Наблюдая, как она спешит, я решила, что кому-то не терпится посплетничать.
Когда дверь нашей ложи открылась, стало ясно, что и выйти не так-то просто: по коридору густой толпой двигались зрители. Вливаться в этот поток сразу не захотелось ни мне, ни Эйнару, он предложил немного задержаться и подождать. Это было разумно, но я все равно предпочла бы выйти, пусть и пришлось потолкаться. Я отвернулась от зрительного зала, но желание убедиться, что Нико все еще там, в своей ложе, с этой яркой, вызывающе красивой дамой, было сильнее меня.
Эйнар занимал меня беседой о предстоящем завтра визите к ректору академии. Но в моем взвинченном состоянии я мало что воспринимала. Донимал зуд на затылке, словно от чьего-то пристального взгляда. В итоге, я не выдержала и все-таки обернулась: весь правый ряд лож второго яруса был пуст. Нервы, наверное… Но то чувство не исчезало.
— Уже можно выйти? Я хотела бы просто пройтись… Ноги затекли.
Эйнар кивнул и предложил мне руку.
Поднимаясь, я почувствовала, что подол платья за что-то зацепился. Нетерпеливо дернув ткань, услышала треск. Опустив глаза, с ужасом уставилась на прореху в юбке, виновником которой оказался толстый зеленый побег с острыми как лезвия шипами. Он пророс от одной из ножек моего кресла.
Мы с менталистом уставились друг на друга с одинаково ошеломленным выражением.
— Ну, матушка! — выдавил сквозь зубы Эйнар. В его руках появился небольшой кинжал, и срезанный свежий росток упал на пол.
Глава 2.3–3.2
2.3
Как хорошо Эйнар знает свою матушку! Благодаря защитному амулету пострадало лишь мое платье. Однако разгуливать в порванном наряде не годится. Эйнар проводил меня в комнату для дам, я рассчитывала найти набор иголок или булавок (в общественных местах Надании подобная предусмотрительность — обычное дело). Однако, как оказалось, в Зангрии другие порядки. Несколько помещений напоминали уютный будуар с множеством зеркал и удобных кушеток, но никаких швейных принадлежностей я не нашла. Не было и прислуги, чтобы с такой просьбой обратиться. И вообще никого.
Я плюхнулась на банкетку и честно попыталась не разреветься. Но не вышло. Злые слезы потекли по щекам, я стирала их порывистыми, резкими движениями, но это помогло мало. Разочарование и раздражение — плоды от знакомства с леди энн’Галлдиор, наслоились на непонятные и неприятные чувства от новой встречи с Нико.
Нет, не вспоминать об этом негодяе и особенно об его вульгарной рыжухе!
Тут дверь открылась, и я заранее напряглась, опасаясь, что сейчас войдет та, о которой не желаю думать. Однако в дамскую комнату вплыла та милая девушка из королевской ложи, за бурной любовной жизнью которой, мне довелось украдкой наблюдать во время спектакля. Платье особого покроя не могло скрыть ее интересного положения. Она направилась было к одной из комнат, но вдруг остановилась и повернулась ко мне: