Невеста ледяного дракона в академии (СИ)
— Надеюсь. Так зачем ты меня звал?
— Я придумал, как нам быть. Смотри что у меня есть! — Оборотень извлек из кармана маленький фиал из темно-зеленого стекла. Внутри плескалась какая-то подозрительная темная жидкость.
— Что это?
— Снотворное, детка. Пожаловался знакомой целительнице, что плохо сплю. Сегодня ночью мы проберемся в мою комнату. Сосед уйдет ночевать к подружке, я уже договорился. Я проведу тебя к себе, и приму эту настойку. Таким образом, у нас будет все, что тебе требовалось: бесчувственный пациент и полная тишина.
Я во все глаза смотрела на оборотня, мысленно выискивая недостатки в его плане. Идти на этаж, где живут юноши, разумеется, рискованно. С другой стороны, моя комната тоже не подходит, ведь прямо над ней апартаменты магистра дей'Ханта.
— Ну что скажешь? Согласна?
— А как же твоя жена? Она не ворвется снова?
Яр презрительно махнул рукой.
— Нет, конечно! Маринель живет в первом корпусе вместе с остальными, и в третьем ей нечего делать. Никто не заметит, и это никак не скажется на твоей репутации. — Он озорно улыбнулся: — Обещаю вести себя прилично.
Я показала ладошку, на которой тут же расцвело яркое пламя.
— Надеюсь, что в бессознательном состоянии ты будешь безобиден и тих. А долго ты проспишь? И как мне потом обратно идти?
— Я все продумал: у меня есть амулет, меняющий внешность. Выйдешь утром в моем плаще, никто и не догадается, что ты девчонка. Ну что, встречаемся после отбоя в холле нашего корпуса?
— Договорились.
В волнении я сжала руки, пытаясь унять опасения по поводу грядущего приключения.
— Надеюсь, все пройдет гладко, и мне удастся проникнуть в твое сознание.
Остаток дня пролетел в предвкушении ночного сеанса. Я урвала от занятий пару часов после ужина и немного подремала, чтобы быть бодрой ночью. А когда провыл отбой, оделась в полевую форму, убрала косу так, чтобы ее не было видно, и тихонько выскользнула из комнаты.
18.1
Дверь в свою комнату не закрывала — оставила крохотный зазор, чтобы замок не захлопнулся и «система» не зафиксировала, что я вышла. Так посоветовал сделать Яр. Обычно ректор не просматривает ночные реестры, но подстраховаться — не лишнее.
Пробежала по коридору, стараясь ступать бесшумно, и быстро достигла холла. Оборотень уже был на месте. Впервые я увидела Яра не в форме боевика. Он был в темной шелковой рубашке, и этот неофициальный, почти домашний образ, почему-то показался более брутальным и опасным, чем строгая форма студента академии. Я слегка оробела, но тут приятель улыбнулся, и страхи улетучились.
— Звездной ночи, Дана. Ну что, готова?
— А ты? Готов?
— Всегда, — просто ответил Яр, взял меня за руку и потянул к входу в противоположную половину здания.
Мы без происшествий поднялись на второй этаж. Комната оборотня располагалась неподалеку от лестницы, так что и коридор мы миновали, никого не встретив.
Комната была куда больше моей, в два окна и разделялась тонкой перегородкой посередине. Яр провел меня на свою половину. Здесь помещались заваленный учебниками стол у окна, платяной шкаф — такой же, как у меня, и довольно широкая кровать, тщательно застеленная клетчатым покрывалом. Я подошла к высокому, узкому стеллажу в углу, рассматривая беспорядочно наваленные книги, шкатулки, амулеты из полудрагоценных камней с искусно вырезанным изображением оскалившегося зара.
Взгляд остановился на вставленной в рамку картинке большого размера — объемное магизображение кружащейся в вальсе пары. Пойманный и запечатленный миг беззаботного веселья. И причудливо украшенный зал, и зрители, которые отошли к стенам, чтобы не мешать, — всё было смазано, словно кружилось. Четкими оставались только главные действующие лица: высокий блондин с медальным профилем, в котором я без труда узнала Яра, и его партнерша — хрупкая девушка в скромном темном платье, с нежным розовым цветком в русых волосах.
— Это ведь ты, Яр?
Оборотень сел на кровать и посмотрел, куда я показывала.
— Да, случайно увидел у кого-то этот снимок. Вот как раз этот период жизни я и забыл.
— Но ты же помнишь, кто эта девушка?
Губы Яра искривила непонятная усмешка.
— Разумеется. Это сьерра Миарет дей'Ринор.
Я вгляделась в прелестное личико его партнерши по танцу. И как я сразу не узнала Мию?
— Если поспрашивать однокурсников, — недовольно продолжал альфа оборотней, — те с восторгом расскажут, как было дело. Ты сама разве не видела этого фрагмента? Какой-то идиот снял наш танец и выложил в инфо-континуум. Наверное, и сейчас еще можно найти.
— Не видела, я ведь тогда жила в Надании, училась в закрытом пансионе для девиц. Маговизоры у нас отнимали.
— Тебе там тяжело приходилось?
— Нет, что ты! Там было здорово! Все так просто: ни тайн, ни трудностей с магией. И никаких ледяных драконов.
Яр понимающе хмыкнул.
— Ты готов?
Оборотень показал зажатую в руке бутылочку.
— Я засну ровно на три часа. Думаю, этого времени хватит на то, чтобы у тебя что-то получилось. Если устанешь или ничего не выйдет, ложись на кровать соседа, он не придет до утра.
— Давай заранее условимся: поскольку неизвестно, что я увижу, и получится ли хоть что-нибудь, ничего трогать не стану, если только не буду уверена, что смогу немедленно помочь. Ты проснешься, я расскажу, что видела, и дальше будем думать, что делать.
— Звучит разумно, Дана. Так и поступим.
Одним глотком Яр осушил содержимое фиала, а затем медленно вытянулся на покрывале, даже не снимая сапог.
Я с тревогой наблюдала за ним.
— Яр, может, устроишься поудобнее? Давай, я помогу снять сапоги.
Но глаза оборотня уже закрывались, он с трудом разлепил веки и пробормотал сонно:
— Спасибо, Миа, не стоит.
Через несколько минут дыхание Яра выровнялось, наступил крепкий сон.
А я все стояла и смотрела на спящего, гадая, как лучше приступить к миссии. Мне было бесконечно жаль оборотня и его безответной любви. Насколько я успела узнать этого необузданного, но прекрасного душой и телом юношу, он достоин быть любимым женщиной, от которой чаще бьется его сердце. Надеюсь, одна из жен когда-нибудь станет для него хотя бы равной его первой любви.
Я осторожно присела на кровать. Слегка потерла ладони — показалось, что руки слишком холодные. Положила левую на грудь мужчине, верхние пуговицы рубашки были не застегнуты, и я ощутила под пальцами теплоту кожи.
На основании предыдущего опыта я понимала, что нужно делать. Постаралась отвлечься от мыслей, от ощущений своего тела, от волнующего знания, что я в чужой комнате, вместе с мужчиной, ночью. Все это лишнее, шелуха. Важно только то, что чувствует моя рука: теплая кожа, биение сильного сердца.
Тишина вокруг не была полной: где-то хлопнула дверь, в коридоре раздались мужские голоса и смех, снова стук двери и все затихло. Я даже не испугалась, теперь слышала все словно откуда-то со стороны. Спокойный ровный пульс Яра действовал успокаивающе, почти гипнотически. И все-таки я еще снаружи.
Нескоро поняла, что погрузиться в чужое сознание мешает собственное сбитое дыхание. Сердце билось, словно на бегу. Медленными вдохами и выдохами я заставила себя успокоиться.
Если не получится, ничего страшного, но я должна попробовать помочь Яру обрести мир с самим собой, найти опору в жизни. Найти себя ему мешает что-то, что потерялось в стертом годе жизни.
Вдох-выдох, удар сердца под ладонью.
И вот я больше не ощущаю сердцебиения Яра и нахожусь не в его комнате.
Я обнаружила, что зависла над темной водной поверхностью. Берегов у огромного водоема не было видно, но откуда-то я знала, что это именно озеро. Будучи бестелесным духом, испытывала очень странное чувство: видела отражение облаков в воде, а вот сама не отражалась.
Ладно, с этим разберемся позднее. Где же берега у этого озера и где тут искать проблемы? Вода темная, почти черная, такую я видела в илистых лесных ручьях и озерах. А вот облака в светло-голубом небе были по-весеннему легкими, перистыми. Игривый ветерок покрывал гладь озера рябью.